— Могу за тебя и поесть, если очень хочешь. Я в целом не против, потому что и сам успел немного проголодаться.

— А тебе нельзя, у тебя диета! Ты лечишь желудок!

— Моя диета не такая уж и однообразная. На выбор у меня есть огромный список продуктов, которые врач разрешил употреблять. Да, от многого пока придется отказаться, но ничего, как-нибудь переживу.

— Ну вот я за тебя все это поем.

— Жри так, чтобы я тебя не видел. Потому что могу со злости придушить тебя собственными руками, если ты начнешь меня дразнить.

— Наоборот, ты должен это видеть! — весело восклицает Терренс, подходит к Эдварду и хлопает его по плечам. — Это же классный способ потренировать свою силу воли.

— Ты сейчас напрашиваешься на большие неприятности.

— Я всего лишь хочу тебя подбодрить и поддержать.

— Не знал, что человека можно подбодрить, пожирая вкуснятину, которую ему нельзя.

— Прости, Эдвард, но сидеть с тобой на диете мне что-то впадлу. — Терренс хитро улыбается. — Ведь на свете столько вкусной еды, что я просто не могу упустить шанс.

— Скажешь еще одно слово – и я покрашу твою морду вот этим валиком, — угрожает Эдвард, направив покрытый краской валик на Терренса. — Неделю будешь краску отмывать!

— Ой, слушай, а, пожалуй, я и правда сгоняю в супермаркет. Куплю себе несколько свежеиспеченных булочек с каким-нибудь джемом. Насколько я помню, тебе пока что нельзя есть выпечку. А еще я могу запить все это полным стаканом коровьего молока. Ням-ням…

— Ар-р-р, не беси меня, блять! — раздраженно рычит Эдвард, сжав свободную руку в кулак.

— М-м-м, я уже отсюда слышу, как у тебя сводит желудок. Слышу громкое урчание и вижу, как слюни рекой текут изо рта. Хотя это немудрено. Ведь как можно устоять? Еда – это не просто источник сил, а настоящее удовольствие.

— Слушай, братик, может, тебе выйти на улицу? Подышать свежим воздухом! А то ты, походу, краски надышался! Уже начал нести какую-то дичь!

— Что, у тебя уже начали летать розовые слоны? — весело спрашивает Терренс. — Бегемоты пустились в пляс? Или мыши вдруг начали спрашивать, в чем смысл жизни?

— Да уж, странные у тебя сны… — задумчиво произносит Эдвард и кладет валик в емкость. — Оказывается, там ты видишь не только свою мастурбацию перед зеркалом.

— А еще я вижу там свежеиспеченные донаты с разноцветной глазурью и различными присыпками. — Терренс прикрывает глаза и с наслаждением стонет, водя рукой по своему животу. — Нежные, воздушные, тающие во рту…

— Ар-р-р, заткнись, сука! — тихо рычит Эдвард. — Или клянусь святыми яйцами, я тебя придушу!

— А какой кайф есть их с чашечкой крепкого кофе! Свежезаваренного, только что из кофемашины… Добавить немного сахара и разбавить все это жирными сливками.

— Чтоб ты после этих жирных сливок сутки с толчка не вставал!

— Эти донаты так потрясно пахнут, что их хочется есть снова и снова. И в этот момент тебе вообще по хер, что на следующий день ты не влезешь в свои любимые джинсы, а свободная раньше футболка стала обтягивать твое тело, четко очерчивая внезапно появившееся маленькое пузико.

Пока Терренс с мечтательной улыбкой закатывает глаза, Эдвард хватает лежащую неподалеку крышку от банки с краской и с громким рыком бьет ею брата по голове. А когда он хочет треснуть еще раз, то тот резко уворачивается и со смешком пытается скрыть самые уязвимые места руками.

— Эй-эй, все, харе! — сквозь смех произносит Терренс. — Стоп, говорю! Слышь? Стой! Эй! Ты меня сейчас испачкаешь!

— Хватит испытывать мое терпение! — все громче b четче произносит каждое слово Эдвард, со всей силы лупя Терренса крышкой по спине. — Не беси еще больше!

— Я всего лишь хотел тебя поддержать!

— Ага! Поддерживать меня, кончая от рассказов про жрачку, которую мне сейчас нельзя хавать?

— Да ты не волнуйся, я охотно поем вкусняшки за тебя. Я поесть очень даже люблю.

— По твоей расплывшейся морде видно.

— Красивое у меня личико! На миллиард баксов!

— Ага, на квинтиллион!

Эдвард еще пару секунд продолжает с особым усердием дубасить Терренса крышкой куда только можно.

— Эй, да отвали ты от меня! — требует Терренс. — Отвали, говорю! Слышь! Я уже весь в краске из-за тебя!

— А я не хочу! — заявляет Эдвард. — Хочу тебя подубасить. Мечтал об этом даже тогда, когда не было на то причин.

— Я же пошутил! Пошутил, говорю! Ты воспринимаешь все очень близко к сердцу! Так нельзя!

— Ага, а издеваться над больным человеком, значит, можно?

— Ха, да какой ты больной? — громко ухмыляется Терренс. — Здоров как бык, прыгаешь как коза! Как будто ничего и не было!

— Неправда! Я больной! И все должны меня оберегать!

— Но вместо этого тебе надо как следует жопу. За безобразное поведение и отказ подчиняться старшим и мудрым.

Схватив Эдварда за волосы одной рукой, Терренс с легкостью отнимает у него крышку и сам начинает с толстым удовольствием лупить своего брата куда только можно. Пока сам парень всячески защищается и с громким визгами пытается убежать и где-то скрыться.

— Эй, так нечестно! — возмущается Эдвард. — Младших бить нельзя!

— Можно, если они ни хера тебя не слушаются! — возражает Терренс.

— Эй, ну все, хватит! Хватит, говорю! Слышь! Я теперь весь в краске! Эй! Ты мне чуть в глаз не попал!

— Прости, даже не знаю, как так вышло. Ведь я намеревался треснуть тебе по заднице.

Воспользовавшись удачным моментом, Терренс со всей силы лупит Эдварда по ягодицам крышкой от банки.

— Ай, больно, придурок! — морщится Эдвард.

— Класс, я просто кайфую! — с наслаждением произносит Терренс. — Мы здесь одни, никого нет. Никто не сможет вмешаться и помешать нам. Я могу делать с тобой все что захочу. И никто мне и слова не скажет.

— Что, Кэмерон давно не лупила тебя розгами по заднице? — усмехается Эдвард. — Не хватает тебе в жизни БДСМ-а?

— Буду очень благодарен Рочестер, если она несколько раз как следует звезданет тебе по голой жопе плетью. А лучше – по спине. Чтобы неповадно было идти против старших и делать всякие гадости.

— Ну уж нет, братец, так дело не пойдет!

Эдвард хватает стоящую в углу гостиной сделанную из соломы метлу и начинает отмахиваться ею от Терренса, в какой-то момент хорошенько так побив его по всем возможным местам.

— Слышь, крысеныш, я из-за тебя весь грязный! — возмущается Терренс, осмотрев свою покрытую пятнами краски и пылевыми кусками безрукавку.

— Ничего, красавчик, поедешь скоро домой и вылежишь свою облезлую шерстку, — ехидно хихикает Эдвард.

— Я возьму тебя голыми руками! А ну сейчас же иди сюда!

Отшвырнув крышку в сторону, Терренс бросается в погоню за Эдвардом, который также отбрасывает метлу и заставляет того преследовать его по всей гостиной.

— Сюда иди, я сказал!

— Терри дурак, Терри дурак! — весело дразнит Эдвард, строит Терренсу смешную рожицу и показывает язык. — Ля-ля-ля-ля!

— Ар-р-р-р, как ты достал, плешивый ты щенок!

— Взаимно, блохастый котяра!

Терренс раздраженно рычит и еще больше ускоряется, пока Эдвард продолжает провоцировать его всякими дразнилками, которые, однако, вполне себе безобидные. А в какой-то момент МакКлайф-старший все-таки настигает своего брата, схватив его за край безрукавки и резко потянув на себя. После чего он сильно взъерошивает ему волосы, зажав голову под мышкой, и крутит-вертит нос парня во все стороны, пока тот со всей силы лупит его руками куда только можно.

— Надо же, оказывается, ремонт – это не такое уж и скучное дело! — бодро отмечает Терренс. — Надо почаще заглядывать к тебе на огонек. Чтобы как следует помочь.

— Я еще сто раз подумаю, прежде чем приглашать тебя, — раздраженно рычит Эдвард.

— Мне не нужно приглашение. Потому что я – Терренс МакКлайф, парень, который сам придет даже туда, где его никто не ждет.

— Явишься без приглашения – кто-нибудь хорошенько отхлестает тебя по заднице и набьет тебе морду. А потом занесет в черный список.