А после очередного приступа кашля Эдвард резко выхаркивает небольшой сгусток крови прямо на ладонь, на которую он уставляет свои широко распахнутые, полные ужаса глаза.

— Японский городовой! — восклицает Даниэль, прикрыв рот рукой.

— Это кровь… — приходит в ужас Питер.

— Твою мать, что со мной происходит? — недоумевает Эдвард и с учащенным дыханием испуганно смотрит на Даниэля, Терренса и Питера. — Я ничего не понимаю! Что это такое? Почему я кашлю кровью? Я умираю? Я что, умираю?

— Тихо-тихо, брат, расслабься, — мягко произносит Терренс, взяв запаниковавшего Эдварда за руки и уверенно смотря ему в глаза. — Без паники, дыши глубже. Все будет хорошо. Я тебе обещаю.

— Мне страшно, ребята… Я… Я понятия не имею, что происходит… Почему мне так плохо?

— Не волнуйся, приятель, мы рядом, — немного дрожащим голосом произносит Даниэль, похлопав Эдварду по плечу и погладив по спине. — Только не волнуйся. Что бы это ни было, мы справимся.

— Нет… Нет, только не это… Я не хочу умирать… Я не хочу умирать, ребята. Не хочу! Я не могу! Я не хочу умирать! Не хочу! Я хочу жить! Я хочу жить!

— Спокойно-спокойно, МакКлайф, спокойно! — восклицает Питер, когда Эдвард дрожащей рукой вытирает кровь со рта, не на шутку запаниковав из-за своего ухудшающегося состояния. — Все хорошо.

— Я не могу умереть, не могу! — задыхается Эдвард, схватившись за горло, пока его начинает еще сильнее колотить. — Еще не время… Я не могу! Я не хочу умирать!

— Успокойся, приятель, мы рядом, все хорошо. Мы тебе поможем. Чтобы ни случилось, просто дыши. И помни, что мы с тобой. Мы тебя не бросим.

— Черт, мне нечем дышать… Я не могу дышать! — Эдвард хватается за сердце с чувством резкой боли где-то между ребер. — У меня, походу, приступ… Я сейчас умру!

— Тихо-тихо, брат, дыши глубоко, — настаивает Даниэль. — Не думай об этом. Сосредоточься на чем-то другом.

— Я задыхаюсь! Мне нечем дышать! Все болит! Мне плохо!

— Так, парни, быстро поднимаемся и немедленно ведем его ко врачу! — решительно командует Терренс и встает на ноги, изо всех сил стараясь не поддаваться панике, из-за которой его самого колотит, дышать становится тяжело, а учащенное сердцебиение бьет по вискам. — Это уже совсем ненормально! Поднимайте его! Быстрее! Чего медлите!

— Давай, Эдвард, поднимайся, — просит Даниэль.

— Концерт… — вяло произносит Эдвард.

— По хер на концерт! — восклицает Питер. — Сначала надо узнать, что с тобой происходит!

Сначала Питер и Даниэль сами поднимаются на ноги, а затем вдвоем помогают сделать Эдварду то же самое. После чего они закидывают его руки вокруг своих шей, начав крепко придерживать парня. Пока он сам продолжает жадно заглатывать воздух с мыслью, что его катастрофически не хватает в легких, перед глазами все расплывается, голоса друзей и брата доносятся будто сквозь глухую стену, а сердце из-за паники колотится как сумасшедшее.

— Держись, Эдвард, держись! — взволнованно умоляет Терренс, пока все четверо медленным шагом направляются по прямо по широкому коридору. — Все будет хорошо!

— Ох, еще и Блейк шляется хер знает где! — хмуро бросает Питер. — Сейчас бы поймать его и послать за Смитом.

— Если народ сбежится к нам, то и Блейк, и Джордж найдутся сами собой, — отвечает Даниэль.

— Потом с ними разберемся! — восклицает Терренс. — Сейчас главное – добраться до медицинского кабинета.

— О, нет, я, походу, не доковыляю до него… — мучительно стонет Эдвард.

— Потерпи, братик, надо пройти совсем немного.

— Мне становится только хуже, ребята. Это уже не просто слабость. Я… Я не знаю, что это…

— Пожалуйста, брат, терпи из последних сил, — просит Питер. — Все будет хорошо.

— Меня тошнит… Желудок режет… Сердце сейчас разорвется… Голова кружится… Дышать тяжело…

— Держись, Эдвард, держись! — восклицает Терренс.

Эдвард останавливается, резко сгибается пополам и, схватившись за горло, снова начинает давиться громким кашлем и выхаркивает еще немного крови прямо на пол. Из-за чего побледневшие от сковывающего их тело ужаса Терренс, Даниэль и Питер с тихим охом резко вздрагивают и широко распахнутыми глазами переглядываются между собой.

— Разрази меня гром! — широко распахивает глаза Терренс, приложив руку к сердцу, что отбивает бешеный ритм.

— Ох, вот дерьмо… — ругается под нос Эдвард.

— Блять, да что же это такое? — недоумевает Даниэль, приложив руку ко лбу. — Что это за херня?

— Слушайте, по-моему, я сейчас упаду в обморок. — резко встряхивает головой Эдвард. — Башка страшно кружится… И стоять я едва могу…

— Тихо-тихо-тихо, приятель, дыши глубже, — спокойно настаивает Питер. — Вдох-выдох. Вдох-выдох.

— Все расплывается перед глазами… — Эдвард на пару секунд переводит взгляд на потолок, продолжая отчаянно пытаться набрать в легкие хоть немного воздуха. — А в уши как будто что-то напихали…

— Эй-эй, оставайся с нами, не вздумай отключаться! — командует Терренс, похлопав Эдварда по плечам, взяв его лицо в руки и уставляя уверенный взгляд в бегающие из стороны в сторону глаза парня. — Посмотри на меня! Посмотри на меня! Слышишь? Эдвард! Умоляю, держись! Держись!

— Помогите… Пожалуйста, парни… Я не хочу умирать…

Произнеся последние слова на последнем издыхании, Эдвард лишь успевает схватиться за плечо Терренса до того, как с тихим стоном начинает камнем падать на пол, изнеможенный сдаваясь в этой борьбе и целиком и полностью отдаваясь в объятия бесконечной темноты.

— Эдвард?! — с широко распахнутыми глазами вскрикивает Терренс, едва успев подхватить Эдварда и не позволить ему удариться головой при падении на пол. — Эдвард!

— Эдвард! — резко побледнев, в разное время вздрагивают Даниэль и Питер и пулей падают на колени перед уже лежащим на полу с плотно закрытыми глазами Эдвардом.

— Эдвард, ты слышишь меня? — тараторит Терренс, хлопая Эдварда по щекам. — Эдвард! Эдвард, ответь! Эй!

— МакКлайф, скажи что-нибудь! — восклицает Даниэль, трясся Эдварда за плечо. — МакКлайф! Эй! Ты чего удумал?

— Не пугай нас, Эдвард! — наперебой с парнями восклицает Питер, повернув голову Эдварда к себе. — Слышишь? Ты чего? Эй!

— Нет-нет, брат, пожалуйста… — с еще большим отчаянием умоляет Терренс. — Пожалуйста…

Питер, Терренс и Даниэль еще несколько секунд безуспешно пытаются привести Эдварда в чувства с помощью легких хлопков по щекам, понимая, в насколько сильном напряжении находится каждая их мышца. Как им катастрофически не хватает воздуха. Как каждый учащенный удар сердца отдается болезненным эхом в груди.

— Пульс едва прощупывается, — сообщает Терренс, приложив два пальца к шее Эдварда, и проверяет пульс еще и у него на запястье. — Надо постараться…

— Черт, да он едва дышит! — ужасается Даниэль, поднеся руку к носу Эдварда. — Я почти ничего не чувствую.

— Реакции зрачков на свет нет, — говорит Питер, приподняв один веко Эдварда. — Никакой.

— Походу, дело серьезнее, чем мы думали, — предполагает Даниэль. — Это вовсе не легкая слабость или что-то вроде.

— Он все еще буквально горит, — задумчиво произносит Терренс, приложив руку ко лбу Эдварда. — Температура у него явно очень высокая.

— МакКлайф так сильно кашлял и харкал кровью, что я не на шутку очканул! Думал, все его кишки наружу выйдут! Да еще и задыхался… Говорил, что умирает…

— Так, вы оба оставайтесь с ним, а я за врачом! — уверенно говорит Питер. — Объясню ситуацию и немедленно приведу его сюда.

Не дожидаясь какого-то ответа, Питер поднимается на ноги и со всех ног бежит прямо по коридору, даже не вспоминая о своей больной ноге и заставляя себя помнить, что сейчас дорога каждая секунда. Пока тяжело дышащие, ошарашенные Даниэль и Терренс остаются присматривать за бессознательным Эдвардом, чье лицо выглядит мертвецки бледным.

— Черт, у него какое-то хаотичное сердцебиение… — отмечает Даниэль. — То билось ахереть как быстро, то теперь я едва его чувствую… Что за херня?