— Нет…

— И про тебя нам все известно. Знаем, где ты живешь, где работаешь… Даже в курсе про твою старенькую бабушку.

— Со мной вы можете делать что угодно, но не вздумайте ничего делать с моей бабушкой! — взволнованно отвечает Хелен. — Не трогайте ее даже пальцем!

— Не волнуйся, нас не интересует твоя бабка, которой все осталось жить два понедельника. Нас интересует Питер. И его дружки, которые, как мы поняли, отказались, жить своей жизнью и прекратить подтирать ему сопли. Ну и с тобой мы также хотим поквитаться.

— Что вам от него нужно? Что Питер сделал, раз кто-то так сильно его ненавидит? Почему вы пытайтесь его убить?

— Ну-ну, не все сразу, Хелен, — спокойно произносит незнакомец, приподняв руку ладонью к Хелен. — Если не сдохнешь раньше, то однажды ты обо всем узнаешь. Узнаешь, почему тебе тоже придется ответить перед нашим господином.

— Этот человек жил спокойной жизнью, никого не трогал и занимался своими делами. А тут нарисовались вы и ваш господин, которого он знать не знает.

— Да, Питер действительно с ним не знаком. Но однажды это изменится. Как только господин решит, что пришло время, то твоему ненаглядному придется с ним встретиться. И нам по хер, хочет он того или нет.

— Оставьте его в покое! Хватит заниматься тем, что не имеет никакого смысла!

— Это ты думаешь, что не имеет. А для моего господина это очень важно. Важно в один прекрасный день прийти на место захоронения Питера Роуза и плюнуть на памятник с его именем. Пожелать ему сгореть в аду.

— Неужели нельзя решить все словами? Уверена, что Роуз согласился бы поговорить с этим человеком и выполнить все его требования.

— В данном случае словами уже ничего не решишь. Потому что наш господин до сих пор не может оправиться от той боли, которую ему однажды причинил этот мудак. Даже если прошло уже очень много времени.

— Меня пугает то, что так много людей любит кого-то убивать. Пугает, что все могут решить, будто любой конфликт решается убийством.

— Ты девчонка, да еще и очень юная. Мозги у тебя как у курицы. Начнешь что-то соображать лишь через несколько лет. Правда, тебе до того времени не дожить.

— Неужели нельзя дать хотя бы один намек на то, в чем провинился Питер? — громко недоумевает Хелен. — Почему вы и ваши дружки говорят загадками и просто устраивают с ним мордобои? Вы пытались его придушить, другой с лестницы столкнул, а еще один и вовсе сбил на машине!

— А зачем мне на что-то намекать, дорогая моя?

Незнакомец скрещивает руки на груди, бросив неодобрительный взгляд на Сэмми, который ни на секунду не отходит от своей хозяйки и в любой момент готов ее защищать.

— Ты ведь и сама прекрасно об этом знаешь.

— Что? — округляет глаза Хелен.

— Не строй из себя дурочку. Мы оба прекрасно знаем то, что пока что неизвестно Роузу.

— И именно поэтому вы написали в сообщении, что я не так уж и честна и скрываю какие-то грязные секреты?

— Вот он «обрадуется», когда узнает о твоих делишках из прошлого, о которых ты так усердно молчишь. Но о которых известно одному из нас.

— Этого не может быть!

— Почему не может? Если мы очень захотим, то сможем без проблем подбавить масла в огонь и выдать все твои тайны. Отправим, например, еще одну SMS-ку Питеру.

— Чтобы он вообще отвернулся от меня раз и навсегда?

— Ну знаешь, судя по вашему разговору, он и так в тебе разочаровался. Думаешь, что ты не только скрываешь от него тайны своего прошлого, но еще и крутишь романы у него за спиной.

— Это ложь! Наглая ложь! Попытка меня оклеветать!

— Ну да, в этом случае мы немножко приврали, чтобы побольше тебя очернить. Ведь даже мысль об измене приводит человека в ярость и превращает его в чудовище. А уж что с ним будет, если он своими глазами зайдет в комнату и застанет свою девку в одной постели с каким-то левым мужиком.

— Вы не сможете доказать, что у меня романы с другими, — уверенно заявляет Хелен. — Я всегда была верна Питеру и люблю только его.

— Ну, это мы еще посмотрим… — загадочно улыбается незнакомец. — Мы вполне можем пощекотать ему нервишки, стоит Роузу немного успокоиться и поверить в твою невиновность. И чем больше ему мы будем капать ему на мозги, тем скорее он поверит, что ты – лживая дрянь.

— Я не лживая!

— Лживая, Хелен, лживая. Ты прекрасно это знаешь. Ты – темный ангел. Ангел в обличие демона, который хочет казаться всем идеальным и убедить людей в том, что теперь все совсем иначе.

— Откуда вам знать, какая я на самом деле? Мы с вами вообще не знакомы!

— Зато мы знаем человека, который может рассказать всем, каких дел ты наворотила в детские и подростковые года. Какой подлой сучкой ты тогда была.

— Кто должен, кто знает все, что нужно. А остальное касается только меня.

— М-м-м, значит, они ничего о тебе не знают. Соответственно, мы без проблем настроим Питера против тебя и заодно убедим твоих друзей в том, что они связались с не тем человеком.

— Не смейте! — восклицает Хелен. — Не смейте рассказывать никому ложь! Не смейте!

— В чем дело, Маршалл? — ехидно усмехается незнакомец, скрестив руки на груди. — Неужели боишься? Боишься, что все отвернутся от тебя, когда узнают правду?

— Что бы вы ни сказали, это все будет наглой ложью.

— Не надо делать вид, будто это тебя не касается. Не строй из себя саму невинность.

— Вы дорого заплатите, если из-за вас я потеряю Питера. Если он так и будет думать, что я его предавала и что-то от него скрыла.

— Честно говоря, мы с господином не были уверены, что это прокатит с первой же попытки. Но видно, у Роуза были причины в тебе сомневаться. Были причины спросить себя, такая уж ли ты скромная и воспитанная.

— Я не давала ему ни одного повода!

— Давала или не давала, но будь уверена, вы никогда не будете счастливы вместе. Либо мы с господином вас рассорим и вынудим расстаться, но сдохнет только Роуз, либо сдохните вы оба.

— Ничего, я сделаю все, чтобы убедить его в своей правоте, — уверенно заявляет Хелен. — Сделаю все, чтобы Питер поверил, что я его не предавала.

— Делай что хочешь, только тебе это все равно не поможет.

— Это мы еще посмотрим. — Хелен бросает короткий взгляд на Сэмми, все еще неотрывно наблюдающий за незнакомцем, но пока что на него не нападающий, и берет в руку его поводок. — И вообще, мне пора идти. Больше мне о чем с вами разговаривать.

Хелен резко разворачивается и хочет покинуть это место как можно скорее, чувствуя, как бешеный стук сердца буквально бьет по вискам. Но стоит ей сделать всего несколько шагов, как незнакомец резко сокращает расстояние, хватает ее под руку, разворачивает к себе и начинает угрожать пальцем, заставив девушку вскрикнуть и вздрогнуть.

— Куда это ты собралась, красотка? — низким голосом удивляется незнакомец. — Ты никуда не пойдешь!

— Отпустите меня! — требует Хелен, пытаясь вырвать руку из хватки незнакомца. — Отпустите, говорю!

— Нет уж, я так просто тебя не отпущу.

— Отпустите! Или я буду кричать! Я сейчас точно закричу!

— И кто тебя здесь услышит? Твой любимый Роуз, которому теперь глубоко по хер на то, что с тобой происходит?

— Пожалуйста, не делайте со мной ничего плохого… — с жалостью во взгляде умоляет Хелен. — Я отдам вам все, что у меня есть… Только не трогайте меня.

— Этот белобрысый правильно поступил, что свалил, а ты оказалась настолько глупа, что приперлась в то место, где никого нет.

В этот момент Сэмми опять начинает недобро рычать на незнакомца.

— Слышь, кусок дерьма, ну-ка закрыл свою пасть, — грубо требует незнакомец. — А иначе так звездану по морде, что мало не покажется.

— Клянусь, я никому ничего не скажу, — отчаянно клянется Хелен и тихо шмыгает носом. — Как не говорила и том, что у меня на пути вставали ваши друзья. Никто ничего не знает об этом. И не узнает, если вы захотите.

— Ха, да нам в принципе по хер, скажешь ты им или нет. Нам просто нужно было немного припугнуть тебя. Сделать так, чтобы у тебя от страха трусы промокли.