— А разве Эдвард с тобой согласен? — интересуется Коди. — Ты уже его спрашивал?

— Мелких ни о чем не спрашивают. Мелкие подчиняются старшим и делают то, что те говорят.

— Пф, да когда Эдвард тебя слушался? — громко ухмыляется Бенджамин. — Если этот пацан чего-то хочет, то ему по хер, кто что говорит. Он буквально затыкает уши и закрывает глаза, когда решает бежать по прямой напролом.

— Да, наш маленький Эдди – вредный и упрямый поросенок. Вреднее даже, чем Ракель. Не спорю. Но иногда у него все-таки включаются мозги. И он выдает очень даже умные мысли. К которым ни хера не прикопаешься.

— Я смотрю, ты неплохо так освоился в роли старшего братца, — уверенно отмечает Коди и делает глоток из своего стакана.

— Ты прямо-таки был рожден им быть, — добавляет Джозеф.

— Да уж, в свое время мама с папой все-таки осуществили мою маленькую мечту и подарили мне вот этого спиногрыза, — скромно улыбается Терренс. — Который, правда, уже проел мне всю плешь и не устает играть на моих нервах.

— Да ладно, хороший же парнишка! Дружелюбный, скромный, порядочный…

— О да, скромный! Вы его, парни, очень плохо знайте. Ибо это самая настоящая заноза в моей заднице. Ахереть какая больная заноза. Мелкий несносный осел, которого так и хочется подвесить за яйца вверх ногами.

— Сомневаюсь, что он не хочет подвесить за яйца тебя, — вставляет Коди. — С таким невыносимым характером и огромной любовью к себе. МакКлайф, наверное, уже весь обскулился. От того, что его братец – самовлюбленный пингвин.

— А нечего мне подражать и метить на мое место короля. На место самого сексуального мужчины на свете.

— Ну знаешь, выбирая между ним и тобой, я уж лучше выберу это чудо, — заявляет Бенджамин. — За что Эдвард мне нравится, так это за то, что он не восхваляет себя в какой бы то ни было ситуации.

— Да что ты говоришь!

— Да, может, он и реально считает себя лучше и краше тебя. Но по крайней мере мелкий не орет об этом на каждом углу. В отличие от тебя.

— Ага! Только от почему-то слышу это от него каждый гребаный день. Малой смеет ставить себя выше меня!

— Ха! Нет, он тебе подыгрывать должен!

— Он мне ноги и руки должен целовать! Потому что я старше. А старшим, как известно, подчиняются.

— Ой, смотрите-ка, парни, наш Терри ревнует… — по-доброму усмехается Джозеф. — Ревнует к своему братику, который уверенно наступает ему на пятки.

— Чего? Я ревную?

— Ну не я же! У меня братьев и сестер нет! Ну… Если только парочка двоюродных…

— Да уж, он вряд ли думал, что братик вполне мог затмить его, когда мечтал о нем, — предполагает Коди.

— Да ладно вам, мужики, он же тогда был маленьким, — отмечает Бенджамин. — Маленьким, да глупеньким. Не понимал, к чему может привести рождение второго ребенка. Но сейчас Терренс вырос и задался вопросом: «А не дурак ли я?».

— Все мы совершаем ошибки, дружище, — хитро улыбается Джозеф. — Такова жизнь.

Коди, Бенджамин и Джозеф скромно хихикают, пока Терренс с тихим рыком закатывает глаза и выпивает немного напитка из своего стакана.

— Кстати, а чем сейчас занимается Эдвард? — интересуется Коди. — Не уж-то развлекается со своей очаровательной невестой? Которую Паркер так и не охомутал в свое время!

— Да скорее всего, этот котяра и правда трется где-нибудь возле нее, — задумчиво отвечает Терренс. — Но это не точно.

— А что же ты не следишь за своим братишкой? — удивляется Бенджамин. — Вдруг он найдет себе еще каких-нибудь приключений на свою многострадальную жопу?

— В этот раз я решил положиться на его благоразумие. С надеждой, что он не сделает ничего, чтобы вынудить меня посадить его на цепь как собаку.

— Это ты зря, дружище.

— Ой, да ну его на фиг! Надоел он мне до чертиков! Сегодня я хочу отдохнуть от него. Вон пусть Наталия с ним возится. Ну или мать с отцом. Он же пока что живет у них под боком и только готовит скромное гнездышко для совместной жизни со своей златовлаской.

— Кстати, как там поживают твои родители? — интересуется Коди. — Живы и здоровы?

— Да, слава богу, с ними все хорошо. Мама присматривает за домом, а отец целыми днями пропадает в своей судостроительной компании и не перестает искать способы что-то улучшить.

— Представляю, что они чувствуют, готовясь женить сразу двух своим сыновей, — задумчиво говорит Джозеф.

— О, они уже ждут не дождутся дня свадьбы. И недавно намекнули, что готовят для нас шикарные свадебные подарки, от которых мы будем в полном восторге.

— Не сомневаюсь, что это будет что-то крутое, — с широкой улыбкой отвечает Бенджамин.

— Надеюсь, до этого времени ничего не пойдет через одно место и не нарушит наши планы, — выражает надежду Терренс.

— А что может пойти не так?

— Не знаю, что угодно.

— Слышь, Терренс, а чего это народ сейчас обсуждает историю с каким-то нападением на Питера после одного из недавних концертов? — интересуется Коди.

— Да-да, я вчера видел видос, на котором какой-то перец угрожал ему пушкой и несколько раз неудачно выстрелил, — добавляет Джозеф.

— А потом того отморозка все-таки скрутили охранники и куда-то увели, — вспоминает Бенджамин.

— Да мы и сами не поняли, что это было, — устало вздыхает Терренс, проведя руками по лицу. — Общались с поклонниками себе спокойно, а тут бац – раздается крик того ублюдка, который угрожал убить Питера и заставить его за что-то ответить.

— Это кому это Роуз так сильно навредил, раз его пытались кокнуть прямо на глазах толпы?

— Пит утверждает, что не имеет ни малейшего понятия.

— Думаешь, он врет? — слегка хмурится Джозеф.

— Нет, не думаю. Питер не стал бы нам врать и что-то скрывать. Он не такой.

— Интересно, это была одноразовая акция или же нас ждет продолжение эпопеи? — задается вопросом Коди.

— Мы молимся о том, чтобы на этом все и закончилось. Но никаких гарантий нет. Такие вещи просто так не заканчиваются.

— И что вы теперь будете делать? — спрашивает Бенджамин.

— Пока что ничего. Будем выжидать и наблюдать за ситуацией. Ну и стараться быть как можно осторожнее.

— А ваш менеджер уже в курсе ситуации?

— Да, мы с парнями вчера ездили в агентство на встречу с ним и проговорили почти три часа. Джордж заверил нас, что теперь на всех наших концертах будет усиленная охрана, а любого посетителя будут едва ли не раздевать до трусов и тщательно обыскивать. Чтобы никто не пронес никакого оружия или взрывчатку.

— Ой, если очень захотеть, то никто даже и не заметит, как человек пронесет какую-нибудь запрещенку, — уверенно отвечает Джозеф.

— Нет, Джо, теперь мимо охраны даже муха не пролетит. Наши менеджеры уже связались с организаторами наших будущих концертов и потребовали принять строжайшие меры безопасности. И будут лично следить за их исполнением.

— Ну посмотрим, как они сработаются, — пожимает плечами Бенджамин.

— А тот тип точно не был замечен на самом концерте? — уточняет Коди.

— Не знаю, Коди, нам говорят, что не был, но это еще ничего не означает, — отвечает Терренс. — Это ведь лишь слова свидетелей, которые были на концерте и остались, чтобы встретиться со мной и парнями лично.

— Вы уж будьте поосторожнее, ребятки, — проявляет беспокойство Бенджамин. — Кто знает, к чему все это приведет. В прошлый раз в опасности был Даниэль, а теперь кто-то мечтает о смерти Питера.

— А это не может как-то коснуться его девчонки? — слегка хмурится Джозеф. — Хелен, вроде бы… Он как-то упоминал ее имя.

— Это нас тоже беспокоит, — задумчиво отвечает Терренс, обеими руками обхватив свой стоящий на столе стакан. — Если ситуация окажется серьезной, то нам придется найти способ защитить не только Питера, но еще и Хелен. Да, тот тип ничего не говорил про нее и других наших девчонок, но тем не менее.

— Да, мужики, вы не можете долго прожить без приключений, — резко выдыхает Бенджамин, откинувшись на спинку стула. — Только недавно надрали жопу обидчику Анны, а теперь вылез какой-то новый таракан.