— ЭТО ВСЕ ИЗ-ЗА ТЕБЯ, БЛОХАСТЫЙ СОБАКА! — вскрикивает Бланка и указывает своим толстым пальцем на Анну. — ЕСЛИ БЫ НЕ ТЫ, ДАНИЭЛЬ И Я БЫТЬ СЧАСТЛИВЫ!

— Я серьезно , Морено. Посмеешь еще раз приблизиться к моему мужчине – тебе конец!

— БУДЬ ТЫ ПРОКЛЯТА, КРАШЕНАЯ ВЫДРА! СДОХНИ! СДОХНИ! ТАК ЖЕ, КАК И ТВОЙ ПОДРУЖКИ И МОЙ СЕСТРИЦА! Я НЕНАВИДЕТЬ ВАС, СУЧКИ!

— У тебя горло-то не болит вопить как больная истеричка? Так ведь можно и голос потерять!

— ПУСТЬ ЭТА МОДЕЛЬКА СДОХНУТЬ ОТ АНОРЕКСИЯ! ЭТОТ СИНИЙ ЧУЛОК ПОТЕРЯЕТ СВОЙ БЕЗДАРНЫЙ БЕЛОБРЫСЫЙ УРОД, КОТОРЫЙ БЫТЬ ОБЯЗАН СДОХНУТЬ, КОГДА ОН ЭТО ХОТЕТЬ! А ЭТОТ КРАШЕНЫЙ БЛОНДИНКА БЫТЬ БРОШЕННЫЙ ТОЙ МАЛОЛЕТКА! СДОХНИТЕ ВЫ ВСЕ! И ТЕ УБЛЮДКИ! ВЫ ИСПОРТИТЬ МОЙ ЖИЗНЬ! Я НЕНАВИДЕТЬ ВАС! НЕ-НА-ВИ-ДЕТЬ!

— Вали отсюда, пока ты не осталась без волос, — уверенно угрожает Ракель.

— Надеюсь, ты поняла, что не имеешь права уводить чужих мужчин и обманывать их, — холодно добавляет Хелен. — И что преследуя мужчину и пытаясь силой заставить любить его – это тоже насилие.

— ¡Adíos, enferma chica[199]! — с хитрой улыбкой машет рукой Наталия. — Te va a encantar la prisión. Espero que encuentres algunos amigos. ¡Disfruta de tu nuevo vida, chica! [200]

— ¡Idiotas[201]! — истошно вопит Бланка, пока полицейским все-таки удается завести руки за ее спину и надеть на нее наручники. — ¡MALDITA! ¡MUERE! ¡MUERE! ¡TE ODIO! ¡TE ODIO! [202]

Пока Бланка отчаянно сопротивляется с широко распахнутыми глазами, полицейские через силу подводят ее ко входной двери и собираются вывести девушку на улицу, полностью игнорируя ее истерические крики.

— МИЯ! — вскрикивает Бланка. — МИЯ, СЕСТРЕНКА, СПАСИ МЕНЯ! НЕ БРОСАЙ МЕНЯ В БЕДА! Я НУЖДАТЬСЯ В ТЕБЕ! ЭТИ МАНЬЯКИ ХОТЯТ УБИТЬ МЕНЯ!

— С какой это стати? — удивляется Мия. — Помогать той, кто меня ненавидит?

— Пожалуйста, милая, помоги мне! Обещать, я быть для тебя хороший сестра. Я любить и оберегать тебя и делать все что ты хотеть. Клянусь, я быть твой подруга и советчик!

— Наглая лгунья! Я не поведусь на твои обещания!

— ПОМОГИ МНЕ, POR FAVO-O-O-O-OR! [203]

— Я буду только рада, если тебя посадят в тюрьму или определят в психбольницу, — уверенно заявляет Мия, скрестив руки на груди. — Может, это хоть чему-то научит тебя…

— НЕТ! МИЯ! МИ-И-И-И-И-ИЯ-Я-Я-Я-Я-Я-Я! А-А-А-А-А-А-А-А-А! ПОМОГИТЕ МНЕ! КТО-НИБУДЬ! ¡POR FAVO-O-O-O-OR [204]! Я НЕ МОЧЬ ИДТИ В ТЮРЬМА, ПОТОМУ ЧТО Я БЫТЬ БЕРЕМЕННА! Я НОСИТЬ МАЛЫШ! ОТ ДАНИЭЛЬ! А-А-А-А-А!

С огромным трудом полицейским все-таки удается увести распсиховавшуюся Бланку из дома и посадить ее в машину с целью увести в полицейский участок. Даниэль мысленно выдыхает с облегчением, однако чувствуя себя морально измотанным после такого выноса мозга. Он крепко обнимает и прижимает к себе Анну, которая хоть и опустошена, но все же очень рада, что ей представилась возможность немного поквитаться с Бланкой. А в какой-то момент Хелен, Наталия и Ракель с сочувствием смотрят на Мию, которая заметно погрустнела после того, как Бланка была арестована. Девушки подходят к младшей из сестер Морено и гладят ее по плечу с надеждой вызреть свою поддержку. Та скромно улыбается им, хотя смотрит на них так, будто чувствует себя виноватой.

— Не беспокойтесь, мы не позволим ей сбежать, — обещает Виктор. — Эта девушка получит свое наказание.

— Как вы думайте, есть шанс, что эту девчонку и ее семью депортируют в Испанию как нелегально попавших в страну иммигрантов? — тихо спрашивает Анна, пока Даниэль целует ее в макушку.

— Конечно, есть, дорогая моя. Мы свяжемся с нашими коллегами из Испании. И займемся теми обвинениями, которые вы ей предъявили.

— У нее определенно есть явные отклонения в психике, — отмечает Даниэль. — Кто знает, может, ей еще нужна медицинская помощь. Эта девчонка явно не в себе и плохо различает реальность и выдумку.

— Да-да, я заметил , — кивает Виктор. — Мы покажем ее врачам, и они оценят психическое состояние этой девушки. Если ее признают нездоровой, то она будет лечиться под нашим наблюдением.

— Надеюсь, это поможет… — выражает надежду Анна.

— В любом случае, господа, все, что будет происходить дальше – уже не ваше дело. Мы сами всем займемся и позаботимся о том, чтобы ситуация не вышла из-под контроля, и чтобы мисс Морено получила полагающийся ей срок.

— Спасибо вам огромное за помощь, мистер Джонсон, — с легкой улыбкой благодарит Даниэль. — Я искренне благодарен вам за все, что вы сделали. Не только сейчас, но и за все время, что мы с друзьями знаем вас.

— Это моя работа, Даниэль, — скромно улыбается Виктор. — К тому же, все прошло хорошо благодаря тому, что ты сделал все, что от тебя требовалось. Твоя награда – это возможность жить спокойной жизнью, которую ты так заслуживаешь. Ну и, конечно же, быть счастливым вместе с Анной. Которая все-таки простила тебя, как я понимаю.

— Простила, мистер Джонсон. И теперь я чувствую себя так, будто жизнь вновь обрела смысл и яркие краски.

— Наверное, это судьба, — с загадочной улыбкой пожимает плечами Анна. — Может, нам нужно было пройти через все это. Чтобы понять, как сильно мы любим друг друга, и стать намного ближе.

— В любом случае поздравляю вас с воссоединением, ребята. Я очень рад, что вы снова вместе.

— Спасибо огромное, мистер Джонсон. Спасибо за все, что вы для нас сделали.

— Обращайтесь, если у вас будут какие-то проблемы. С радостью помогу вам как добросовестный сотрудник полиции и как хороший товарищ.

Виктор пожимает руку Даниэлю и Анне, по-дружески приобнимает их и разговаривает еще о чем-то, пока Ракель, Хелен и Наталия как могут утешают Мию.

— Нам очень жаль, что так получилось, — с жалостью во взгляде говорит Ракель. — Но у нас не было выбора. Нужно было спасти нашего друга от этой девушки.

— Все в порядке, девушки, — без эмоций произносит Мия. — Должна признаться, я даже рада , что ее арестовала полиция. Я никогда не была настолько близка с Бланкой, чтобы переживать за нее. Она никогда не переживала за меня, так почему я должна беспокоиться о ней?

— Но твои родители-то будут опечалены… — с грустью во взгляде тихо отмечает Наталия.

— Да, но думаю, они не будут удивлены. Мама с папой были уверены, что однажды ложь моей сестры раскроется, и она столкнется с большими проблемами.

— Они знали, что Бланка обманывала Даниэля? — уточняет Ракель.

— Знали. Точнее, догадывались . Бланка всегда была той еще лгуньей и выдумщицей и обожает рассказывать то, чего никогда не было. Она всем врет: и родителям, и мне, и нашим родственникам, и всем тем, с кем общается.

— То есть, они знали , что Даниэль – не жених Бланки, когда она привела его к вам домой? — удивляется Хелен.

— Знали. Но мама с папой – люди гостеприимные и общительные. Не стали бы они выгонять гостя и быть грубым по отношению к нему. Они охотно поговорят даже с незнакомым человеком, который постучится в их дверь.

— Вот как!

— В любом случае не сожалейте о том, что так случилось. Бланка больная . У нее всегда была немного нестабильная психика. Чуть что, она сразу устаивает скандалы и начинает орать как резаная.

— Ничего, думаю, время, проведенное в тюрьме, пойдет ей на пользу, — уверенно выражает надежду Хелен. — А если будет нужно, то в психбольнице ей точно помогут.

— Да… Бланке самое место в психушке.

Наталия, Хелен и Ракель ничего не говорят и просто кивают. А спустя нескольких секунд к подругам и Мии подходят Даниэль с Анной, которые оставляют Виктора, который сказал им, что ему нужно кое-что обсудить с полицейским.

— Насколько я понимаю, ты хорошо знала о планах своей сестры? — уточняет Даниэль.

— Да, но я молчала… — виновато отвечает Мия. — Прости, что так получилось… Я просто… Боялась …

— Я понял это как только увидел тебя. Ты была очень испугана и зажата и тряслась рядом с сестрой.