— Все будет нормально, Дэн, не трусь! — уверенно говорит Терренс. — Уверяем тебя – эту Бланку ветром сдует, как только она поймет, что больше не сможет обманывать тебя!

— Хорошо бы, — задумчиво произносит Даниэль. — Ибо других идей у меня нет.

— Не переживай, Даниэль, мы поможем тебе избавиться от нее, — спокойно говорит Питер. — Выход есть всегда. Просто мы пока не знаем о нем.

— Черт… Надеюсь, в ближайшие несколько дней у нас не состоится выступление. Я должен разобраться с иностранкой до того, как мы вернемся на сцену.

— Не сможешь объяснить ей все сам – мы вправим ей мозги, — уверенно обещает Эдвард. — В следующий раз эта девчонка хорошенько будет думать, прежде чем лезть к чужим парням и пользоваться их слабостями.

— Это немного напоминает случаи, когда какие-то больные люди преследуют знаменитых людей и не дают им нормально жить, — задумчиво говорит Анна.

— А может, так оно и есть? — предполагает Питер. — Все-таки наша группа стала уже достаточно известной и сумела завоевать сердца многих людей. И противников у нас немало.

— Скорее всего, она одна из них, — задумчиво отвечает Даниэль. — Бланка – просто сумасшедшая фанатка. Она вбила себе в голову, что мы должны быть вместе, и была готова ради этого на все.

— Может, стоит обратиться в полицию? — спокойно предлагает Анна. — Поговорить с мистером Джонсоном! Уверена, что он придумает что-нибудь. А если дело очень сложное, то он и заявление примет.

— Мы и хотим это сделать! — уверенно заявляет Хелен.

Все, включая Сэмми, вопросительно смотрят на Хелен, Наталию и Ракель, которые присаживаются рядом со своими мужчинами.

— Еще не все потеряно, Даниэль, — решительно говорит Ракель. — Ты можешь избавиться от иностранки раз и навсегда.

— Что? — округляет глаза Даниэль. — Но каким образом?

— Просто обратись в полицию, — спокойно отвечает Наталия. — Напиши заявление о преследовании со стороны этой девчонки. И вскоре ты получишь документ, согласно которому этой Бланке будет запрещено приближаться к тебе.

— Э-э-э…

— Это самое настоящее преследование, Даниэль, — уверенно говорит Хелен. — Та иностранка маниакально одержима тобой. Она придумала себе историю, в которой вы живете вместе долго и счастливо, и хочет сделать все, чтобы это стало реальностью. Бланка уверена, что вы созданы друг для друга. И ей все равно, что у тебя другая.

— Я нисколько не удивлюсь, если она уже давно пытается подобраться к тебе, — добавляет Ракель. — Эта Бланка сто процентов знала про тебя все еще до истории с амнезией.

— Но я не могу просто взять и заявить на нее в полицию, — разводит руками Даниэль. — Мне нужны веские основания, чтобы сделать это. Хотя бы чтобы была угроза моей жизни и жизни окружающих меня людей.

— Она не оставит тебя в покое, Даниэль, — уверенно отвечает Наталия. — И дело не только в том, что эта иностранка не хочет, чтобы ее вместе с семьей депортировали в Испанию. Таких, как она, в стране так много, что никому нет до них дела.

— Ей нужен только ты , Даниэль, она одержима тобой, — спокойно говорит Ракель.

— Я знаю, но… — немного неуверенно отвечает Даниэль.

— Поверь мне, я прекрасно знаю, что это такое. Потому что когда-то и сама пережила подобное. — Ракель замолкает на пару секунд. — Мне тогда было восемнадцать. Тогда я еще жила в Кингстоне. Долгое время меня преследовал один мужчина средних лет. Он требовал, чтобы я вышла за него замуж, и говорил всем, что мы женаты. Это было невыносимо… Дошло до того, что этот человек узнал, где мы с дедушкой жили.

— Правда?

— Однажды он пробрался к нам домой, но слава богу, никого там не было, а соседи вызвали полицию. Его арестовали, но он сумел либо выйти сам, либо сбежать. И продолжил меня преследовать. В итоге мне пришлось самой пойти в полицию, чтобы получить защиту. Они подготовили ордер на запрет приближения, и уведомили того человека об этом. Сказали, что если он приблизится ко мне, то ему грозит тюремный срок. Правда его это не испугало, и он продолжил преследовать меня и даже угрожать расправой. Говорил, что успокоится лишь после того, как я стану его женой и рожу от него ребенка.

— А он причинял вред твоему дедушке?

— Слава богу, нет. К тому же, я сразу же оповестила полицию о том, что он нарушил запрет. Через некоторое время того человека полиция арестовала его и заключила под стражу. А суд назначил ему наказание в виде лишения свободы на несколько лет. Ну а мы с дедушкой приняли решение немедленно переехать. Это было связано не только с тем, что так мне было бы проще работать, но еще и ради нашего блага. И погрузившись в работу, я быстро об этом забыла. А вот дедушка еще очень долго переживал и настаивал на том, чтобы я наняла телохранителей. Но я наотрез отказалась от этой затеи и понадеялась, что такого больше не повторится.

— У тебя хотя была причина заявить на того человека, — пожимает плечами Даниэль. — А я что скажу в полиции? Что иностранка обманула меня, прикинувшись моей невестой, и едва не поссорила меня с настоящей девушкой и всеми моими друзьями? Да меня просто развернут и отправят домой поспать!

— А то, что эта девчонка так нагло нарушает твое личное пространство – не причина? — удивляется Терренс.

— Да, но…

— Мне это тоже знакомо, приятель. Однажды я и сам пережил подобное. Я был на пике славы после выхода « American Love Affair », когда заявил в полицию на одну девчонку. Она болезненно была одержима мной и преследовала меня где только можно. Попытка спокойно поговорить с ней не привела ни к чему хорошему, и она тоже настаивала на том, чтобы я женился на ней, везде таскал ее с собой и говорил, что люблю. Ее несколько раз прогоняли со съемочных площадок и различных церемоний, но она все равно умудрялась пройти мимо охранников. Но благо, все закончилось хорошо. Полиция тоже сначала выдала ордер, а когда она ослушалась, ее арестовали.

— Ну не знаю…

— Вмешательство в частную жизнь – веская причина для того, чтобы потребовать ордер на запрет приближения.

— Но она не угрожала мне убийством и ничего у меня не крала! — восклицает Даниэль.

— А может, угрожала! — восклицает Питер. — Она могла как-то случайно бросить что-то вроде « я тебя убью » или « ты пожалеешь, если не будешь со мной ». Ну а ты мог не заметить этого и пропустить мимо ушей.

— Э-э-э…

— Подумай, Даниэль! — советует Эдвард. — Может, она и правда обмолвилась об угрозе. Если та иностранка сказала подобные вещи, то это уже прекрасный повод пойти в полицию и потребовать защиты.

— Да, Дэн, подумай, — мягко говорит Ракель. — Сейчас важна любая мелочь. И чем больше ты вспомнишь, тем выше шанс посадить ее за решетку или отправить на принудительное лечение в клинику.

Сэмми два раза уверенно подает голос, а Даниэль решает немного пошевелить мозгами ради того, чтобы попробовать вспомнить о том, говорила ли Бланка хоть о каких-то угрозах в его сторону. И через несколько секунд раздумья приносят свои плоды, поскольку мужчина вспоминает парочку таких случаев.

— Погодите… — задумчиво произносит Даниэль и окидывает своих друзей взглядом. — Точно! Она угрожала убить меня. Пару раз. Это происходило в моменты беспричинных приступов ревности. Один раз Бланка вообще устроила мне целое шоу прямо посреди улицы только из-за того, что я посмотрел в другую сторону и не слушал ее. Эта ненормальная начала кричать на всю улицу и говорить, что она убьет себя и меня, если я брошу ее и найду себе другую. Ну а мне тогда было ужасно стыдно… Хотелось сдохнуть от стыда… Так паршиво я не чувствовал себя даже тогда, когда лажал на концертах.

— Ну вот и прекрасно! — восклицает Анна. — У тебя есть причина заявить на эту больную гадину!

— Поговори с мистером Джонсоном, приятель, — уверенно предлагает Терренс. — Он точно поможет чем только сможет. На него ты можешь положиться.

— Да, он же помог нам покончить с Поттерами! — напоминает Питер. — А значит, приструнит и эту Бланку.