— О, у тебя есть сестра? — удивляется Джереми.

— Да, младшая. Живем вместе после смерти родителей.

— А большая между вами разница в возрасте?

— Ей девятнадцать, а мне – почти двадцать семь.

— И вы до сих пор не поубивали друг друга? — удивляется Уильям.

— Нет. Нам вообще было все равно друг на друга, когда мы были мелкими. Мы лишь недавно начали сближаться.

— Я бы хотел иметь сестренку… А то как-то скучно среди трех братьев…

— Я бы реально боялся за свою сестру, если бы она у меня была, — уверенно заявляет Эдвард. — Какого бы ей было жить, если у нее было бы два братца, которые не упустили бы ни единого шанса поглумиться над девчонкой. Да и третий, который сговорился с этими идиотами и сделает все, что они ему скажет.

— Эй, будь у меня сестренка, я бы оберегал ее как зеницу ока! — возражает Терренс.

— И я бы с радостью играл с ней! — добавляет Джереми.

— Водили бы ее гулять, — задумчиво говорит Уильям. — Качали на качелях…

— Лопали бы мороженое…

— Я вас умоляю, ребята, не надо строить из себя идеальных папаш, — хитро улыбается Эдвард.

— Что? — возмущается Терренс. — Да я самый крутой старший брат на свете! Прирожденный лидер, который ведет всех за собой!

— Да, Даниэль… — тихонько хихикает Питер. — Походу, нам с тобой не место среди четырех братьев МакКлайф.

— Верно, нам лучше свалить отсюда и не портить гремучую смех МакКлайфов, — весело соглашается Даниэль.

— Так, я сейчас вам свалю! — уверенно вставляет Терренс.

— Не, ну а что нам делать среди стольких МакКлайфов?

— Черт, они скоро заполонят весь мир! — шутливо восклицает Питер. — А-а-а-а! Что делать? Что делать?

— Да ладно, ребята, не надо никуда уходить, — с легкой улыбкой машет рукой Уильям. — Классно, что мы с Джером встретились со всеми вами. Думаю, мы можем хорошо поладить.

— Вы все объединились ради общего желания, Уильям, — уверенно отвечает Эдвард. — Постебаться надо мной и настучать мне по башке.

— Ну знаешь, твой старший братец и твои друзья не возражают и с удовольствием слушают нас, — хитро улыбается Джереми. — Ну и мы с Уиллом тоже рады поболтать с ними и развеселить их рассказами о том, как ты оставался в лузерах.

— Ха, и чем вы их удивите?

— Мы можем рассказать еще очень много всего, — загадочно улыбается Уильям. — Терренсу мы рассказали лишь про один из таких случаев. А сколько их было! М-м-м…

— А с нами поделитесь? — интересуется Даниэль. — Может, и мы что-то возьмем на заметку…

— Эй, ребята, расскажите этим двоим то, что вы рассказали мне, — с широкой улыбкой просит Терренс. — Им точно понравится.

— А ничего, что у нас нет времени на бесполезные разговоры нет? — громко спрашивает Эдвард.

— Так Джордж-то еще не пришел! — отмечает Питер. — А раз так, то можно немного поржать в хорошей компании.

— Лучше бы сосредоточились на возвращении к выступлениям и подготовке к мировому турне.

— Да ладно тебе, братец, чего ты стесняешься, как девчонка! — по-доброму усмехается Джереми.

— То, что вы говорите, совсем не смешно.

— Ну да, не смешно! Вон как Терренс заливался смехом от того, что мы ему рассказали!

— Терренс всегда катается по полу, когда дело касается моих проколов.

— И кстати, чуть не забыл… Мы не можем молчать о том случае, после которого над тобой ржали даже твои дружки .

— О, ребята, ребята! — весело, с широкой улыбкой восклицает Уильям. — Вы обязаны об этом узнать!

— Так, не вздумайте! — громко бросает Эдвард, резко встает из-за стола и угрожает Уильяму и Джереми пальцем. — Только попробуйте раскрыть свой рот, придурки. А иначе вы очень пожалейте.

— Да ладно тебе, Эдди, чего ты стесняешься, — тихо хихикает Джереми. — Классно же было! Все повеселились!

— Я не шучу, дебилы. Раскройте рот и хотя бы намекнете на тот случай – я возьмусь за ремень.

— М-м-м, чувствую, там было что-то крутое, раз Эдвард так бурно реагирует, — с хитрой улыбкой потирает руки Даниэль.

— О, парни, вы очень многое упустили, — сквозь смех говорит Джереми. — Вам надо было видеть, какой причесон у него был после того, как мы приложили капельку усилий.

— Это самый лучший прикол, что мы когда-либо делали, — бодро добавляет Уильям.

— Да уж, лучший… — со скрещенными на груди руками бубнит себе под нос Эдвард. — Лучше уж сквозь землю провалиться! До сих пор хочу сдохнуть от стыда из-за того, что вы тогда сделали.

— Ну ладно тебе, чувак, подумаешь, покрасили твои шикарные волосики, — по-доброму ухмыляется Уильям. — Зато как тебе шел этот цвет! Ах! Мы с Джером были в восторге !

— О да, а как ровно легла краска! — с наслаждением произносит Джереми. — Идеальный цвет! Сочный, яркий, красивый… И так подходил твой милой мордашке.

— Но не розовый же, блять! — громко и раздраженно отрезает Эдвард. — Не розовый !

Даниэль, Питер и Терренс переглядываются между собой и мгновенно заливаются смехом, пока Эдвард выглядит так, будто готов убить кого-то из друзей или братьев.

— Розовый ? — сквозь громкий смех спрашивает Питер.

— Да ладно, вы серьезно? — встав из-за стола, весело спрашивает Терренс.

— Еще как! — восклицают Джереми и Уильям.

— О, черт, да вы жжете , чуваки! — по-доброму ухмыляется Даниэль. — Надо же… Эдвард с розовыми волосами…

— Это было нереально круто! — бодро признается Джереми. — Получилось даже лучше, чем мы ожидали!

— А как вы это сделали? — интересуется Терренс.

— Да легко! Пока Эдвард дрых без задних ног после ночных приключений со своими дружками, мы с Уиллом пошли в ванную и вылили всю розовую краску в бутылку с шампунем, которым он обычно мыл свою лошадиную гриву.

— Ну а когда он выдрыхся и поковылял в ванную принимать душ и мыть голову, то его-то и ждал сюрприз , — с загадочной улыбкой добавляет Уильям. — Мы с Джером в этот момент стояли рядом с дверью и внимательно слушали, что там происходило.

— Поначалу ничего не было, но потом…

— Ах! Вы бы слышали, как он заорал, когда все-таки получил наш сюрприз! Я до сих пор помню, что он как сумасшедший выскочил из ванной!

— Абсолютно голый! — активно жестикулируя, сквозь смех восклицает Джереми. — С розовыми волосами и краской, которая стекала по телу.

— И потом давай материться на весь дом. Отец с матерью такое бы устроили, если бы услышали, как Эдвард во весь голос выкрикивает матерные слова!

— Ох, ребятки, это было нечто! Мы тогда насмеялись лет на сто вперед!

Терренс, Питер и Даниэль начинают смеяться еще громче после того, как выслушали всю историю про розовые волосы Эдварда и с трудом сдерживаются, чтобы не засмеяться во весь голос, находясь в общественном месте.

— О, черт, я не могу, ребята… — схватившись за живот, сквозь безудержный смех говорит Терренс.

— О, мужики! — бодро восклицает Питер. — Я уже могу все это себе представить!

— А я слышу, как Эдвард орет на весь дом, бегая за вами голышом с розовыми волосами, — весело добавляет Даниэль.

— О, ему так шел этот цвет, м-м-м… — хитро улыбается Джереми. — Эдвард был просто красавчиком! Даже если у него была самая ужасная прическа на свете.

— Мы прямо-таки загордились собой и друг другом, — уверенно добавляет Уильям.

— Да я, сука, думал, что убью вас обоих, пока вы ржали, как кони! — раздраженно отвечает Эдвард. — Стою в душевой кабине, мою голову и никого не трогаю. И тут вижу, что у меня на руках какая-то розовая херня. Посмотрел в зеркало – а у меня вся башка ею окрасилась!

— Мог бы и поблагодарить нас за то, что мы сотворили такой шедевр.

— Поблагодарить? Ты это серьезно ? Да я кое-как смыл этот гребаный розовый цвет со своих волос и тела! Боялся, что краска останется на коже навсегда! Волосы стали нормальными лишь через несколько недель! Все друзья ржали надо мной и называли меня педиком из-за моих розовых волос. Розовых, мать твою! Ладно бы блондином или рыжим стал! Но, сука, розовый ! Кукла Барби, блять!