— Дочка… — тихо произносит Максимилиан, приобнимает Анну, прижимает ее к себе и нежно гладит по голове, пока та без эмоций смотрит в пол и крепко сцепляет пальцы рук. — Не бойся, милая, скажи нам, что ты хочешь. Твои папа с мамой тебя поддержат.

Максимилиан прижимает Анну поближе к себе и целует ее в висок с желанием что-то прошептать дочери на ухо:

— Помолчи немного и скажи, что согласна простить Джулиана. И не дергайся, если он полезет к тебе целоваться.

Анна медленно моргает своим родителям, давая знак, что она все поняла, и делает то, что ей было велено.

— Надеюсь, она понимает, что не должна верить этому ублюдку, — выражает надежду Даниэль. — Глядя на нее, мне кажется, что Анна и впрямь готова поверить ему.

— Не беспокойся, приятель, — задумчиво отвечает Терренс. — Анна знает, что от этого психа ей точно не стоит ждать ничего хорошего.

— Хоть Анна и не злопамятная, у нее есть гордость , — уверенно говорит Питер. — Она больше не позволит и дальше издеваться над собой. Одного раза ей было достаточно .

— Я удивлен, что она вообще согласилась проводить с ним время, — признается Эдвард. — Анна ведь знала , что это за сука, но она приняла предложение своего отца.

— Думаю, она хотела проучить меня, — уверенно предполагает Даниэль. — Хоть ни она, ни ее родители не говорили об этом, я уверен, что Анна хотела отомстить за измену с Бланкой.

— Возможно, — кивает Терренс. — Анна сама говорила, что от Поттера всегда веяло холодом, и он никогда не казался ей хорошим и… Теплым .

— Но вряд ли Анна хорошо знала о том, что происходит между Поттерами и ее родителями.

— Кто знает… — слегка хмурится Питер. — Но она вроде никогда не говорила про какие-то контры Сеймуров и Поттеров.

— Верно… Впрочем, это уже не важно.

Несколько секунд спустя Анна неуверенно смотрит на Максимилиана с Лилиан и на Джулиана с Норманом, пока они все терпеливо ждут ее ответа.

— Думаю, Джулиан и правда не хотел этого… — неуверенно говорит Анна. — То есть… Я… Я… Я не хочу верить, что человек, который знает меня столько лет, может быть настолько ужасным.

— Я правда не хотел этого, — с отчаянием во взгляде отвечает Джулиан.

— Хотя не буду скрывать, что мне очень обидно . Я глубоко разочарована . И чувствую себя оплеванной и преданной.

— Я все понимаю, миленькая моя…

Джулиан берет Анну за руку, пока Даниэль уже заметно напрягается и начинает буквально гореть от ревности и злости.

— Ты даже не представляешь, как мне было плохо все эти дни, — с жалостью во взгляде низким, дрожащим голосом говорит Джулиан. — Мне стыдно за все те истерики, которые я устраивал отцу и брату. Но я ничего не мог с собой поделать. Я не мог иначе выразить свою боль.

— Но мне было куда хуже , — без эмоций тихо отвечает Анна. — У меня до сих пор болит все тело…

— Умоляю, Анна, прости меня. Не вынуждай своих родителей сажать меня в тюрьму. Я правда очень сожалею о случившемся и обещаю, что больше не причиню тебе боль. Клянусь, что стану твоим самым лучшим другом. А, может быть, и чем-то большим, если ты захочешь. Только дай мне шанс. Я исправлюсь. Я стану другим. Обещаю!

— Мои родители уже сказали все за меня. Я не хочу повторяться.

— Ради бога, девочка моя, не губи моему сыну жизнь, — уверенно просит Норман. — Джулиан искренне сожалеет о случившемся и не спит из-за тебя по ночам.

— Хотелось бы верить…

— Обещаю тебе, я лично прослежу за тем, чтобы Джулиан научился себя контролировать. Уж я-то умею обращаться с женщинами как с королевами! Вспомни, какой счастливой рядом со мной была Женевьева. Как она заботилась обо мне и наших прекрасных сыновьях.

— Да, я помню…

— Прости Джулиана, миленькая. Тебе же будет легче, если ты отпустишь обиду. Надо уметь прощать и забывать. Особенно когда человек сам просит у тебя прощения.

Анна еще несколько секунд ничего не говорит, радуясь, что ей не приходиться врать. Максимилиан и Лилиан всячески пытаются поддержать ее объятиями и одним лишь взглядом дают понять, что последнее слово останется за ней. А перед тем, как что-то сказать, девушка бросает взгляд вниз, тяжело вздыхает и неуверенно смотрит на Нормана с Джулианом.

— Я прощаю Джулиана, — без эмоций сообщает Анна. — И даю ему шанс.

— П-п-правда? — округлив глаза, дрожащим голосом произносит Джулиан. — Ты п-прощаешь меня?

— Это последний раз, когда я поверила тебе. Если подобное снова повторится, то я не стану уговаривать родителей не идти в полицию.

— Не могу поверить… — с широкой до ушей улыбкой изображает счастье Джулиан. — Боже… Неужели это правда? Ты простила меня? Правда?

— Да, — тихо подтверждает Анна, переведя взгляд на свои руки. — И надеюсь, ты все понял.

— Да-да, я все понял, — дрожащим голосом тараторит Джулиан. — Это был последний раз! К-клянусь памятью мамы. Ни ты, ни она, ни отец, ни мистер и миссис Сеймур – никто больше не посмеет разочароваться во мне.

— Последний раз, Джулиан. Я даю тебе последний шанс.

— Ох, Энни, дорогая… Спасибо огромное. Я обожаю тебя, обожаю… Милая моя… Хорошая моя…

Сначала Джулиан делает вид, что не знает, куда деть руки, и либо активно жестикулирует, либо трогает какую-то часть лица. А потом он берет Анну за руки и несколько раз целует каждую. Из-за чего девушка остро чувствует сковывающий ее холод и отвращение от его сухих и грубых губ, прилагая немало усилий, чтобы не начать этому сопротивляться. Пока буквально позеленевшего от Даниэля распирает от злости и ненависти так, как еще никогда в жизни.

— Эта сука сейчас выведет меня из себя, — сквозь зубы цедит Даниэль, крепко вцепившись в перила, пока его ноздри сильно раздуваются. — Убрал от нее руки, мудак! Она, блять, моя ! Ты не имеешь гребаного права даже смотреть на нее!

— Спокойно, Даниэль, спокойно, — похлопав Даниэля по плечу, спокойно говорит Эдвард. — Держи себя в руках.

— Думаешь, приятно торчать здесь и наблюдать за тем, как этот ублюдок трогает ее руки и целует их!

— Поверь, Перкинс, Анне сейчас не легче, — уверенно отвечает Питер. — Вон! Посмотри на ее лицо! Она и сама едва держит себя в руках!

— Сука, как я хочу сбросить кирпич на его гребаную башку. Или что-то потяжелее!

— Потерпи, братан, у тебя еще будет шанс навалять ему. Но сейчас мы не можем показать себя. Еще слишком рано.

— Черт, ну чего они так быстро свернули лавочку? Еще бы чуть-чуть потянули время! Глядишь, может, Поттер захотел бы осчастливить нас и убиться .

— Держи себя в руках, Даниэль, — сдержанно говорит Терренс. — Это шоу продлится еще очень долго.

— Ар-р-р, сука, меня распирает от злости! — тихонько рычит Даниэль, крепко сжав руками перила. — И от ревности! Свернуть бы шею этому ублюдку за то, что он смеет замахиваться на то, что принадлежит мне.

— Анне сейчас тяжелее, чем нам всем.

— Да мы вообще зря организовали эту встречу! Можно было бы обойтись без этой чертовой операции и разобраться с ним в безлюдном местечке.

— Так-так, Перкинс, не сходи с ума, — спокойно просит Питер. — Если выскочишь раньше – можешь все испортить.

— Знаю, Роуз, знаю ! — раздраженно бросает Даниэль. — Не напоминай мне об этом!

— Все-все, остынь. Поттер уже убрал от Анны руки.

Пока Даниэль раздраженно рычит с закатанными глазами, Джулиан действительно убирает руки от Анны и широко улыбается, делая вид, что он безумно счастлив.

— Спасибо, Энни, спасибо, — изображает облегчение Джулиан. — Ты спасла меня. Вернула к жизни. Спасибо-спасибо! Я тебя так люблю! Ты самая лучшая!

— Благодарю тебя от всего сердца, Анна, — с легкой улыбкой говорит Норман. — Ты всегда была очень доброй.

— Я сделала это ради вас, мистер Поттер, — неуверенно признается Анна. — Потому что уважаю и ценю за то, что вы всегда были добры ко мне.