— Лично я знаю многих людей, для которых учеба – это смысл жизни. Они постоянно учатся и изучают что-то новое.

— Так или иначе я горжусь тем, что моя покойная жена подарила мне такого умного сына. Кто знает… Может, я даже устрою его к себе на работу после того, как Райан закончит учебу. Мне как раз нужен хороший и умный помощник.

— Берегись, Норман, с таким умом он и вовсе сможет управлять твоим бизнесом, — уверенно отвечает Максимилиан.

— Ну что ты, Макс! — тихо смеется Норман. — Что ты! Да я буду счастлив , если Райан будет управлять моим бизнесом. Я всегда говорю, что он весь в меня. Невероятно умный парень с прекрасным нюхом на выгодные вещи. А самое главное – быстро всему учится.

— Это точно…

Максимилиан закатывает глаза, буквально горя от злости и едва сдерживаясь, чтобы не выйти из себя, пока Лилиан с округленными глазами наблюдает за ним, с нетерпением ожидая, когда ее бывший супруг скажет что-нибудь интересное.

— Ох, слушай, Максимилиан… — задумчиво произносит Норман. — Вообще-то, я хотел поговорить с тобой не об этом… А кое о чем другом… Что меня сильно беспокоит.

— Э-э-э… — запинается Максимилиан, слегка прикусив губу. — Да-да, Норман, конечно. Я тебя слушаю. У тебя какие-то проблемы?

— Нет-нет, дело не во мне… Я хотел бы поговорить с тобой о Джулиане и твоей дочери.

— О моей дочери?

— Да. Ты сейчас можешь говорить? Или мне потом перезвонить?

— Э-э-э… — Максимилиан включает громкую связь, чтобы Лилиан тоже могла слышать разговор. — Да-да! Могу!

— Ой, прости, Макс… — задумчиво произносит Норман. — Наверное, я еще в самом начале разговора должен был спросить, как себя чувствует Анна.

— Не беспокойся, Анне уже лучше. Сегодня ее выписали из больницы.

— Уже? Но ведь девочку сильно избили !

— К счастью, с ней все хорошо. Врачи и сами удивлены, что они не обнаружили никаких критического. Анна пару дней пробыла без сознания и сейчас страдает лишь от болей во всем теле.

— Ох, слава богу! — резко выдыхает Норман. — А я уж перепугался, что бедняжка была едва ли не при смерти!

— Верно, она могла умереть. Но слава богу, ей повезло. Анна – девочка сильная и выносливая. Выкарабкивается тогда, когда другие едва ли не начинают терять надежду.

— Да-да, я знаю. Она доказала это, когда родилась. Все убеждали вас с Лилиан хоронить свою дочку, но она их удивила.

— Да, моя дочка стремилась жить.

— Я очень рад, что с Анной все хорошо. Что мой сын случайно не избил ее до смерти.

Максимилиан и Лилиан, сильно нахмурившись, переглядываются между собой, а женщина тихо хмыкает, закатывает глаза и скрещивает руки на груди.

— Да уж, случайно … — бубнит Лилиан.

— Мерзавец, — шепчет Максимилиан и резко выдыхает. — Так бы и врезал по его наглой роже!

Максимилиан замолкает на пару секунд и прикладывает руку ко лбу.

— Подожди! — притворяется, что он ничего не знает, Максимилиан. — Что значит, твой сын чуть не избил ее?

— Прости меня, Максимилиан… — изображает сожаление Норман. — Мне очень неприятно это говорить, но…

— Только не говори, что это работа Джулиана!

— К сожалению.

— Господи… — Максимилиан замолкает на пару секунд. — Какой кошмар… Не могу в это поверить.

— Послушай, Макс, мне очень стыдно перед тобой за Джулиана. Его поступок категорически возмутил меня!

— Но почему? Что Анна ему сделала?

— Клянусь, я не знаю, что нашло на моего сына, и чем Анна разозлила его. Но он никогда не вел себя столь безобразно! Мы с Женевьевой никогда не учили наших сыновей поднимать руку на девушку и всегда говорили, что это подло.

— Нет, Норман, прости, но я отказываюсь в это верить! Чтобы Джулиан, которого мы знаем и любим столько лет, избил мою девочку!

— Я уже высказал ему все, что думаю об этом непростительном поступке.

— Господи… — покачав головой, дрожащим голосом произносит Максимилиан. — Но я всегда думал, что Джулиан порядочный и вежливый! Что мы с Лилиан можем полностью доверять ему.

— Я могу предположить, что Джулиан просто немного переработал. В последнее время он и правда очень нервный и напряженный. Но максимум, что мой сын мог сделать, – это нагрубить. Однако избить девочку… Девочку , которую он так давно знает и всем сердцем любит…

— Если это правда, то я сильно разочарован и не знаю, как мне относиться к нему после такого. Анна и муху не способна обидеть! Она пострадала незаслуженно !

— Клянусь, Макс, я и сам был в шоке, когда узнал о том, что случилось с Анной, — уверяет Норман. — Ты ведь знаешь, что я люблю твою доченьку как свою родную.

— Погоди, а это сам Джулиан тебе сказал?

— Да, он. Сказал, что один человек приезжал мимо того места, где мой сын находился с Анной и жестоко избивал ее и оскорблял. Слава богу, тот человек вовремя вмешался, успокоил Джулиана и помог ему отвести девочку в больницу. А потом они оба сообщили врачам твой номер и номер Лилиан.

— Э-э-э… — Максимилиан задумывается на секунду, пытаясь решить, что ему ответить на откровенную ложь Нормана, пока Лилиан начинает довольно тяжело дышать, крепко сжимая руки в кулаки. — Да… Да, точно! Мне действительно позвонили из больницы… Сказали, что Анна попала в больницу… Мол, мой номер мне дал кто-то, кто привез ее туда. Я немедленно бросил все свои дела, позвонил Лилиан и поехал с ней в больницу. Только мы не видели там Джулиана.

— Так он ушел из больницы из страха перед вами, — объясняет Норман. — Поехал домой. Когда я туда вернулся, то сразу заметил, что он ведет себя как-то подозрительно. Я спросил, что произошло, и он все мне рассказал. В тот момент я чувствовал себя так, будто меня окатили ведром холодной воды. Был глубоко ошарашен всем, что натворил мой сын. Мой мальчик, который никогда не делал никому ничего плохого. И то мне пришлось клещами вытаскивать все из Джулиана, ибо он поначалу отказывался говорить.

— О, боже мой… — Максимилиан прикладывает руку ко лбу и смотрит на Лилиан, покачав головой.

— Нет слов… — шепчет Лилиан. — У меня руки чешутся что-нибудь сделать с этими гадюками.

— Послушай, Максимилиан, я прекрасно понимаю, что ты чувствуешь как отец, — изображает сочувствие Норман. — Я даже хотел приехать к Анне в больницу и извиниться перед ней от имени Джулиана, но никак не мог найти время. Знаешь, как сильно я переживаю из-за случившегося!

— Это не тебе надо переживать, а твоему сыну. Он же избил мою дочь.

— Я все понимаю, друг мой! И правда очень хочу загладить вину перед тобой и Лилиан.

— Вот уж от кого, но от Джулиана я такого не ожидал, — уверенно отвечает Максимилиан.

— Он валит все на помутнение рассудка и тяжелый день на работе. Тем более, мы только сейчас более-менее пришли в себя после поездки в другой город. Все это безумно утомляет. Ты же прекрасно это знаешь, потому что часто ездишь в Вашингтон или Чикаго.

— Да, но это не оправдание поступку твоего сына! Анна не сделала Джулиану ничего плохого, чтобы быть избитой до полусмерти!

— Знаю, но…

— А если бы она не дай бог умерла? — повышает голос Максимилиан. — Мы с Лилиан бы умерли от горя! Ты хоть знаешь, что мы пережили, пока она была без сознания? Да, врачи говорили, что все будет хорошо, но мы были уверены, что они нас успокаивают, а на самом деле все намного хуже.

— Мне очень жаль, Макс, — выражает сожаление Норман. — Клянусь, я крайне возмущен поступком своего сына, которого никогда не учил подобным вещам.

— Мне кажется, о таком стоит говорить не тебе, а Джулиану.

— Джулиану ужасно стыдно за свой поступок. Он до сих пор не может прийти в себя и боится смотреть вам и Анне в глаза. Знаешь, сколько раз я требовал, чтобы мой сын извинился перед тобой, Лилиан и Анной! Но он сразу же впадает в истерику и говорит, что боится даже говорить с вами по телефону.