— Если захочешь – все вспомнишь, — отвечает Анна.

— И, кстати, ребятки… Если кто-то не знал, то спешу сообщить вам, что это я научила Дэнни играть на гитаре.

— Правда? — с легкой улыбкой удивляется Хелен.

— Нет! — возражает Даниэль. — Я сам научился играть!

— В смысле, никакое? — возмущается Кэссиди.

— Ты не имеешь к этому никакого отношения.

— Не слушайте его, ребята! Его навыки игры на гитаре – это моя заслуга! Так что… Можете оценить мои старания.

— Что ж, теперь мы знаем, кого благодарить за открытую звезду, — скромно хихикает Наталия. — Даниэль играет на гитаре и поет просто потрясающе.

— Благодаря мне! — с гордо поднятой головой восклицает Кэссиди. — Я часами учила его играть на гитаре! А петь он всегда умел!

— Ой, ладно, Кэсс! — качает головой Даниэль. — Всего-то показала мне пару аккордов, а хвалится так, будто учила меня играть с нуля.

— Да, а кто бегал ко мне за помощью?

— Это было всего несколько раз! А большую часть времени я учился играть сам.

— Ха, да без моей помощи ты бы не смог сыграть даже что-то элементарное в три аккорда, — по-доброму усмехается Кэссиди. — А вспомни, сколько раз ты бросал это дело, когда у тебя ничего не получалось! С каким трудом тебе удалось научиться располагать пальцы на грифе! Сколько ты пищал, что они у тебя болят и кровоточат!

— Это ты на тот момент играла уже лет сто, а я только взял гитару в руки!

— В любом случае без меня ты бы точно не справился!

— Не надо быть хвастуньей, Кэссиди.

— А ты не присваивай себе мои заслуги! И не делай вид, что ты не тугодум! Так порой тупишь, что хочется придушить тебя собственными руками!

— Это точно! — по-доброму ухмыляется Питер. — Иногда твой братик и правда бывает тем еще тормозом.

— А ты, блондинчик, не поддакивай моей сестричке, — качает головой Даниэль.

— Я всего лишь говорю правду!

— Я не тугодум!

— Ты осел!

— Согласна! — восклицает Кэссиди.

— Так, ты сейчас у меня договоришься! — с хитрой улыбкой показывает Кэссиди кулак Даниэль.

— Маме с папой ты не сможешь пожаловаться, — невинно улыбается Кэссиди. — А друзья сами отдадут тебя мне на растерзание.

— Да, Эдвард… — скромно хихикает Питер. — А Перкинсы не отстают от тебя и Терренса…

Питер переводит взгляд на Эдварда, который в этот момент снова задумывается о чем-то своем, пока девушки начинают головой, а парни тихо рычат.

— Нет, ну вы посмотрите на него! — резко выдыхает Питер. — Опять замечтался!

— Эдвард, ну чего ты сегодня такой задумчивый? — недоумевает Наталия.

— Он всегда такой? — слегка хмурится Кэссиди.

— Только когда о чем-то переживает, — задумчиво отвечает Анна.

— МакКлайф, мы здесь! — соскочив с койки Кэссиди, подлетев к Эдварду и начав размахивать руками перед его лицом, громко возглашает Даниэль. — Мы здесь! Земля вызывает тебя!

А как только Даниэль намеревается хлопнуть Эдварда по щеке, тот мгновенно убирает руку приятеля от своего лица, хмуро бросив:

— Перкинс, я не глухой! Не надо орать мне в ухо!

— Вот и замечательно! — с широкой улыбкой хлопает в ладони Даниэль. — Никуда не улетай! А иначе я усядусь рядом с тобой и буду надоедать.

— Как пожелайте, Ваше Высочество! — закатывает глаза Эдвард.

— О, боже мой… — обреченно вздыхает Хелен.

Удовлетворенный Даниэль под продолжительные тихие смешки друзей снова приземляется рядом с Кэссиди и перестает улыбаться, когда он бросает короткий взгляд на Анну, которая продолжает его игнорировать.

— Э-э-э, так… — неуверенно произносит Эдвард. — Кто там кого научил играть на гитаре?

— Я научила этого засранца играть! — хлопнув Даниэля по плечу, дружелюбно отвечает Кэссиди.

— Неправда! — с хитрой улыбкой возглашает Даниэль. — Моя неподражаемая игра на гитаре – результат моей долгой и упорной работы.

— Ха! Да если бы не я, то не видать бы вам звездочки по имени Даниэль Перкинс!

— Дорогая моя, то, как я играю сейчас, во много раз лучше того, как играла ты в свое время. Я научился гораздо большему и освоил самые сложные техники, до которых ты так и не добралась.

— Да что ты говоришь!

— Эй, Кэссиди, а ты научила его играть по своему желанию? — интересуется Эдвард. — Или твой братец что-то предложил тебе взамен?

— Как я могла отказать любимому братишке! — Кэссиди мило целует Даниэля в щеку и обхватывает его руку обеими руками. — Я не смогла это сделать, когда он, услышав мою игру на гитаре, зашел в мою комнату и попросил меня сначала сыграть, а потом – научить играть.

— Я всего лишь попросил показать мне, как сыграть какую-нибудь простую песенку, — объясняет Даниэль.

— Неужели твой братец по достоинству оценил твои таланты? — удивляется Хелен.

— Как ни странно, ему понравилось ! Ну или он просто повторялся за мной.

— Но зато когда я сыграл для родителей на гитаре, они были в полном восторге, — с гордо поднятой головой признается Даниэль. — Сказали, что если я захочу, то меня ждет блестящее будущее в музыкальной сфере.

— Пф, тебя невозможно было представить врачом, — с доброй ухмылкой отвечает Кэссиди. — Преподом математики или еще какой-нибудь сложной хрени…

— Ну знаешь, хулиганка, я вообще не могу никем тебя представить! Ты никогда не знала, кем хочешь быть, и даже не думала об этом!

— Я была ребенком!

— Я с детства знал, что буду работать лишь с чем-то, что связано с музыкой! Хоть продавцом в музыкальном магазине!

— И ты добился своего.

— Это был нелегкий путь!

— Ну да! — скромно хихикает Кэссиди. — Дружба с Терренсом МакКлайфом тебе никак не помогла! Нет! Вообще!

— Слушай, Кэссиди, тебе не кажется, что ты слишком разговорилась?

— Ничего подобного!

— Ладно! Но в следующий раз буду говорить я! Уж я-то расскажу обо всех твоих делишках.

— А я расскажу, как ты издевался надо мной в детстве, — с хитрой улыбкой обещает Кэссиди. — Сейчас я плохо помню все случаи, но в следующий раз обязательно все вспомню.

— Мне тоже есть что сказать! — уверенно заявляет Даниэль. — Даже наши любимые братья МакКлайф не издеваются друг над другом так, как эта бунтарка издевалась надо мной.

— Ну знаешь, мне кажется, что хуже Терренса надо мной еще никто не издевался, — скрещивает руки на груди Эдвард.

— О да, ты у нас такой невинный, милый и пушистый, — по-доброму усмехается Питер.

— Я просто иногда спускаю своего братца на землю, чтобы Терри не забывал о том, что он не такой уникальный и незаменимый.

— Да и он понимает, что если тебя не одергивать, то ты точно влипнешь в какое-нибудь дерьмо.

— А я его так называемое успокоительное. Если Терри его не примет, то пострадает чья-нибудь голова.

— Это мы уже поняли, — хихикает Питер.

— В любом случае у меня есть все шансы затмить этого писаного красавца в чем только можно и украсть сердца всех его фанаток.

— Ох, ну весь в своего брата… — с легкой улыбкой качает головой Хелен.

— Ага, такой же самоуверенный, — соглашается Даниэль.

— Где же тот скромный, тихий парнишка, которого мы встретили в первый раз? — тихо вздыхает Питер. — Тот, который сидел рядом со своим братиком за столиком и буквально боялся и слово произнести!

— Тот парнишка остался в прошлом, — с гордостью заявляет Эдвард. — Теперь я чувствую себя чертовски уверенным и знаю про свои самые сильные стороны. Хотя у меня таких не имеется, потому что я весь идеален! Чертовски сексуальный и неотразимый мужчина, которому от природы досталось все самое лучшее.

— Такое впечатление, что перед нами сидит Терренс, — по-доброму усмехается Анна.

— Да, Эдвард обожает вести себя как его братец, как того нет рядом, — уверенно отмечает Питер.

— Ну ладно вам смеяться! — мило улыбается Наталия. — Ничего вы не понимайте!

Наталия встает с койки и подходит к Эдварду, уверенно сидящему с закинутыми за спинку дивана руками, гордо поднятой головой и расставленными в стороны ногами.