— Дорогая, прояви к нему хоть немного уважения, — шепотом мягко просит Максимилиан.

— Уважение ? — Анна громко ухмыляется. — Господи, папа, о каком уважении может идти речь, когда дело касается изменников, которые слишком хорошо умеют промывать людям мозги? И заставлять их плясать вокруг него на задних лапках!

— Дочка, не надо так говорить. Ему неприятно все это слышать.

— Да пусть слышит! Пусть еще раз услышит, что он – предатель, а потом катится на все четыре стороны. Живет с той жирной коровой, которая едва не завалилась на него со своим толстым пузом!

— Твой папа прав , Анна, — шепчет Лилиан, положив руку на руку Анны. — Будь повежливее с Даниэлем. Не забывай, что он все-таки спас тебя от Джулиана.

— Да его никто не просил меня спасать! Никто не просил припираться туда и строить из себя жалкого героя!

— Без него ты бы уже давно была мертва .

— Я тебя умоляю, мама, не надо говорить так, будто он сделал это один. Ему помогали Питер, Эдвард и Терренс! Без всех этих людей Перкинс уже давно валялся полумертвым.

— Прошу тебя, Анна, — с жалостью во взгляде умоляет Максимилиан.

— Да он – ничто без них! Что этот человек может сделать без парней? Да ничего! Кроме как кувырканий со всякими толстухами, которые облизывают его с головы до ног!

— Анна, сейчас же прекрати это!

— Все в порядке, мистер Сеймур, — с трудом выдавливает из себя Даниэль. — Пусть говорит что хочет.

— Извини, Даниэль, нам очень неловко перед тобой, — неуверенно извиняется Лилиан.

— Да, Даниэль, не обижайся, пожалуйста, — спокойно просит Максимилиан.

— Серьезно? — возмущается Анна. — Вы извиняйтесь перед этим человеком? Это гад меня предал, а вы еще и прощения у него за это просите!

— Дочка, пожалуйста, веди себя повежливее.

— Я веду себя так, как эта гадюка заслуживает!

— Не надо, мистер Сеймур, миссис Сеймур… — неуверенно произносит Даниэль, хоть и понимая, что ему не стоит надеяться на благодарность, но будучи не в силах спокойно слышать все эти слова. — Пожалуйста…

— Немедленно покинь палату, Даниэль, — низким, грубым голосом сухо требует Анна, указав в сторону двери. — И больше никогда не появляйся здесь!

— Я пришел узнать о твоем самочувствии… — неуверенно говорит Даниэль, крепко сцепив пальцы рук. — И…

— Ты слышал, что я сказала? Проваливай из моей палаты! Немедленно ! Я не желаю видеть тебя ни здесь, ни где-то еще!

— Но я…

— Ничего не хочу слышать! — прикрикивает Анна.

— Тише-тише, Анна, тише, — мягко говорит Лилиан, погладив Анну по плечу. — Не надо так нервничать…

— Пока этот предатель не покинет палату, я не успокоюсь!

— Дочка, не будь такой бессердечной, — спокойно говорит Максимилиан. — Ты хоть посмотри, как он изводит себя!

— Да, я вижу… — энергично кивает Анна. — Вижу, что он – очень хороший актер! Сделал гадость и теперь строит из себя невинную овечку!

— Не забывай о том, что мы с твоим папой сказали тебе, — мягко говорит Лилиан.

— Боже, мама, папа, ну выгоните вы эту гадюку! — холодно требует Анна. — Почему вы так спокойно относитесь к его присутствию и буквально ручки ему целуйте?

— Господи, откуда в тебе столько злости? — недоумевает Максимилиан. — Сроду никогда не проявляла такую агрессию, а тут вдруг начала грубить человеку. Который, можно сказать, жизнь тебе спас!

— Не надо делать вид, что ты не понимаешь, почему я хочу придушить этого чертового кобеля!

— Анна! — громко и строго одергивает Лилиан.

— Мне все равно, как этот человек переживает, о чем думает, как живет и тому подобное! Я уже давно опустила его и сказала, что между нами все кончено. Но раз он такой тугодум, то так и быть – я готова повторить все это еще сто раз!

«О, боже, дай мне сил вытерпеть эту пытку… — с прикрытыми глазами тихо выдыхает Даниэль, отвернувшись в сторону и приложив руку ко лбу. — Это невыносимо… Хотя возразить я тоже не могу, потому что она абсолютно права. Я – предатель…»

— Значит так, дорогая моя дочь! — уверенно начинает говорить Максимилиан. — Мы с Лилиан не потерпим столь неуважительного отношения к человеку, которому ты обязана жизнью. И до тех пор, пока история с Джулианом не закончится, мы хотим, чтобы ты уважительно относилась к Даниэлю.

— Уважительно? — громко удивляется Анна. — Ты серьезно? После того как он на моих глазах целовался с другой, да еще и едва не переспал с ней?

— Ты слышишь, что я сказал! Никаких оскорблений в сторону этого парня!

— Я никогда не буду уважать этого ублюдка после того, как он поступил так со мной!

— Следи за языком, Анна! — резко одергивает Лилиан. — Мы с твоим отцом все понимаем, но у тебя нет никакого права опускаться до оскорблений и унижений. Веди себя как подобает хорошо воспитанной девушке из интеллигентной семьи!

— Я веду себя так, как этот человек заслуживает! — сухо заявляет Анна. — А уважения Перкинс точно не заслуживает! Не заслужит, сколько бы поступков он ни совершил!

— Вот когда Джулиан с Норманом отправятся за решетку, тогда Даниэль оставит тебя в покое. А сейчас он это не сделает!

— Или вы с отцом выводите эту тварь из палаты, или это сделаю я! И плевать, что у меня нет сил подняться. Ради этого я обязательно их найду! Потому что меня тошнит от одного только вида его наглой рожи!

— Анна, а ну-ка прекрати! — сухо требует Максимилиан.

Даниэль с прикрытыми глазами задирает голову, подходит к окну и опирается руками на подоконник, изо всех сил держа все эмоции в себе.

«Черт, как же сильно мне хочется свалить отсюда, оставить ее в покое, сидеть дома и ни с кем не разговаривать, — думает Даниэль. — Каждое ее слово причиняет мне боль… Боюсь, что я не смогу это выдержать… Ох, блять… И проблема в том, что я не могу оставить ее. Мой долг – быть здесь и защищать от того ублюдка. Мне придется все это терпеть и быть свиньей, которая не услышит, что мои усилия высоко оценены.»

А пока Максимилиан о чем-то спокойно разговаривает с Анной, Лилиан встает с койки и подходит к Даниэлю с целью поддержать и утешить его.

— Не слушай ее, Даниэль, — мягко советует Лилиан, положив руку на плечо Даниэля. — Ею одержимы злость, гордость и обида.

— Все в порядке, миссис Сеймур, — спокойно отвечает Даниэль. — Она права. Я не могу ей возразить.

— Скажу по секрету, пока тебя не было, Анна говорила совсем иначе. — Лилиан загадочно улыбается. — Сказала, что любит тебя и страдает от того, что не может простить.

— Правда? — с блеском в глазах удивляется Даниэль.

— Моя дочь борется с противоположными чувствами. Она любит, но не может простить.

— Мне безумно неприятно слышать все, что она про меня говорит, — с грустью во взгляде признается Даниэль. — Это очень тяжело.

— Ничего, Даниэль, рано или поздно она поймет, что ты не хотел этого.

— Кстати, а она ничего не сказала о том, как мы с друзьями спасли ее от Поттера?

— Только лишь пообещала выразить благодарность твоим друзьям.

— Я так и понял.

— Но ты, пожалуйста, не обижайся на мою дочку. Я уверена, что она не оставила это без внимания и однажды все-таки скажет тебе « спасибо »

— Если не скажет – ничего страшного, — пожимает плечами Даниэль.

— В любом случае ты на правильном пути, дорогой. — Лилиан мягко гладит плечо Даниэля. — Продолжай в том же духе и не отступай назад.

— Не беспокойтесь, миссис Сеймур, я буду рядом до тех пор, пока история Поттеров не будет закончена.

— Вот и правильно! А потом все может измениться. Да и дочка моя придет в себя и начнет слышать то, что ей говорят.

— Да, конечно… — Даниэль бросает легкую улыбку. — Спасибо за поддержку.

Лилиан ничего не говорит и лишь слегка улыбается. А потом она переводит взгляд на Максимилиана с Анной, подходит к ним и присаживается на койку. Мужчина же быстро говорит что-то своей дочери, встает и решает подойти к Даниэлю, который все еще стоит у окна.