— Главное – чтобы это нравилось нам с тобой . — Питер мило целует Хелен в щеку, приближает лицо к ее уху и ласкает губами его и довольно чувствительное место за ним. — А тебе это нравится . Вон как вся дрожишь… Взглядом просишь поцеловать тебя так, чтобы голова закружилась.

— Я не хочу, чтобы мой песик воспринимал тебя как своего врага.

— Не бойся, милая, он не будет, — шепчет на ухо Хелен Питер и оставляет короткий поцелуй на место за ним, пока легкая дрожь пробирает каждую клеточку ее тела. — Сэмми дал нам добро на недолгое уединение.

— Но это не значит, что Сэмми не захочет пошалить.

— Не в ближайшее время. — Питер бросает короткий взгляд в сторону и видит Сэмми, который во всю гонится за голубем и громко лает на него. — Его больше интересует тот голубь, которого он мучает.

— Этому голубю сегодня не повезло.

— Все хорошо, детка, расслабься, — тихим, низким голосом уверенно говорит Питер и уже обеими руками гладит Хелен щеки. — Неужели ты будешь отказывать себе в удовольствии из-за ревности собаки?

— Да… Верно … — Хелен намного шире улыбается. — Все-таки я – его хозяйка, а не он – мой.

— И ты принадлежишь не ему, а мне .

— Полностью, — более низким и приятным голосом произносит Хелен. — И навсегда.

Хелен прикладывает ладонь к щеке Питера, одаривает его коротким, нежным поцелуем в губы и проводит рукой по его взъерошенным светлым волосам.

— Вот и славно, — с широкой улыбкой мурлыкает Питер и кончиком носом трется об нос Хелен, придерживая затылок девушки и в какой-то момент начав ласкать заднюю часть ее шеи с помощью кончиков пальцев.

Питер оставляет короткий поцелуй на губах Хелен и некоторых частях ее лица, по которым он также медленно проводит губами, хорошо чувствуя ее учащенное дыхание.

— О, черт, как же ты вкусно пахнешь… — тихим, низким голосом отмечает Питер, пока он пропускает пальцы одной руки сквозь мягкие волосы Хелен и позволяет другой руке медленно, но уверенно скользить по ее коленям и бедрам.

— Нравится запах моих духов?

— Очень…

— Немного запаха жасмина в помаде… И немного запаха лаванды в духах…

— Я сразу учуял запах лаванды. И знаю, что ты всегда обожала ее и фиолетовый цвет.

— Я обожаю эти цветы… И в восторге от сиреневых и фиолетовых оттенков.

— А я в восторге от тебя .

Питер прижимает Хелен поближе к себе и одаривает ее чуть более продолжительным поцелуем в губы, сначала придерживая ее щеку, а потом снова запустив пальцы в ее волосы, но разрывает его спустя несколько секунд.

— Вижу, ты решительно настроен свести меня с ума, — со скромной улыбкой низким, тихим голосом предполагает Хелен.

— И у тебя есть выбор: либо ты отдаешься мне без боя, либо строишь из себя недотрогу, растягивая удовольствие и пробуждая во мне еще больший огонь, — с гордо поднятой головой уверенно заявляет Питер.

— Ты забыл третий вариант, милый: сказать, что я не собираюсь соглашаться на что-либо, — хитро улыбается Хелен.

— Забыл? Э-э-э… — Питер на секунду отводит взгляд в сторону. — Да нет, все верно! Два варианта! Никакого третьего!

— Что бы ты ни задумал, я не буду это делать.

— Будешь , красавица, будешь, — уверенно заявляет Питер и перемещает руку на внутреннюю часть бедра Хелен. — Потому что не сможешь устоять перед таким красавчиком, как я.

— Не будь таким самоуверенным, Роуз, — низким, приятным голосом отвечает Хелен, уверенно смотря Питеру в глаза и пальцами скромно ходя по его груди. — Это никогда не приводит ни к чему хорошему.

— Ну смотря, с какой стороны посмотреть.

Питер снова одаривает Хелен еще более нежным, волнительным поцелуем в губы, держа одну руку на ее щеке, и по-доброму усмехается, когда слышит едва уловимый для уха чувственный вздох.

— А говоришь, что не будешь… — тихо произносит Питер, слегка оттягивает обе губы Хелен и медленно проводит приоткрытым ртом по каждой части ее лица.

— Надо же… — тихо хихикает Хелен. — А я-то всегда думала, что ты у меня очень скромный.

— Когда рядом находится такая привлекательная девушка, хочется сказать любой скромности идти к черту.

Питер медленно соскальзывает к шее Хелен, на изгибе которой оставляет несколько еще более нежных поцелуев, что вызывают у девушки чувство, что ее сердце на мгновение замирает, а голова слегка кружится.

— А еще мне нравится твоя шея, — низким голосом признается Питер и проводит по изгибу шеи Хелен разомкнутыми губами.

— Она короткая , — скромно хихикает Хелен, пока ее пальцы копаются в волосах Питера, а она сама блаженно улыбается. — И не очень красивая…

— Нет, солнце мое, это не так. — Питер продолжает с еще большей любовью покрывать уже переднюю часть шеи Хелен и другой ее изгиб нежными поцелуями. — Она просто прекрасна…

— О боже мой… — томно вырывается из уст Хелен, в этот момент прикрывшая от удовольствия глаза и начавшая немного чаще дышать. — Боже…

— Запомни, Хелен, ты прекрасна … — уверенно говорит Питер и, придерживая щеку Хелен ладонью, нежно целует место за ее ухом, которое он ласкает губами, и в которое хочет что-то прошептать. — Ты великолепна…

— Ох, Пит, перестань заставлять меня краснеть… — с легкой улыбкой смущенно просит Хелен.

— Однако это правда, детка. — Питер проводит губами по изгибу шеи Хелен и перемещается к ее плечу, которое он нежно гладит и целует, пользуясь тем, что на ней надет красивый фиолетовый топ из воздушной ткани с одним оголенным плечом и коротким рукавом. — И я не могу об этом промолчать… О том, как ты сводишь меня с ума…

Хелен ничего не говорит и с тихим, чувственным стоном и прикрытыми глазами прижимается поближе к Питеру, который покрывает поцелуями всю ее шею и оголенное плечо, ласкает уши и оставляет поцелуй за одним из них.

— Ох, Питер, что ты делаешь? — вздрагивает Хелен, неосознанно выпрямив спину и выпятив грудь.

— Пока что ничего особенного, — уверенно отвечает Питер и одаривает Хелен коротким поцелуем в губы, пока его руки уверенно скользят по ее рукам, изгибам талии, коленям, бедрам и внутренней их части. — Но это только начало…

— Еще немного – и я потеряю остатки разума…

— Я стараюсь. Делаю все, чтобы моя любимая девушка чувствует себя любимой, красивой и счастливой.

— С таким чудесным мужчиной любая неуверенная в себе дурнушка почувствует себя королевой.

— Надеюсь, под дурнушкой ты не имеешь в виду себя?

— Дурнушкой я себя не считаю, но и ослепительной красоткой не могу себя назвать.

— Зато я могу. И буду . — Питер крепко обнимает Хелен и начинает скользить по спине руками, одну из которых уверенно запускает под ее приятный на ощупь топ, чувствуя, как от его прикосновений к оголенной коже ее бросает в легкую дрожь. — Моя девочка… Умница… Красавица…

— Питер, любимый… — с более широкой улыбкой произносит Хелен и с тихим стоном прячет лицо в изгибе шеи Питера, чью спину она нежно гладит ладонями. — Ты самый лучший…

— И я тебя люблю, мой сахарок, — все еще гладя Хелен по голове и крепко обнимая ее, мягко отвечает Питер и оставляет короткий поцелуй на ее плече.

— Ты такой теплый… Можно просто обнять тебя, чтобы согреться.

— А стоит мне обнять тебя, как любая хандра мгновенно проходит.

— Скоро нам понадобится очень много любви и тепла…

Хелен отстраняется от Питера и уверенно заглядывает ему в глаза, пока ее рука скромно водит по крепкой мужской груди, прикосновение к которой заставляет ее вздрогнуть.

— Ведь через пару-тройку месяцев станет уже холодно. Хотя в такое время так хочется тепла… Тепла любимого мужчины.

— Не переживай, Хелен, — накрыв ладонью руку Хелен, что сейчас лежит у него на груди, с легкой улыбкой мягко произносит Питер. — Во мне достаточно тепла, которого хватит не только для меня, но еще и для тебя.

— Тогда давай будем согревать друг друга и спасаться от осенней депрессии.