— Если бы он оказался рядом, то я бы предпочла сразу умереть … А не терять сознание…

— Нет-нет, не говори так! Подобные слова ранят меня.

— Прости… — низким, дрожащим голосом произносит Наталия и тихо шмыгает носом. — Но я ничего не могу с собой поделать… Воспоминания слишком сильны… А я слишком впечатлительная… Трусливая… Слабая…

— Ты совсем не слабая и не трусливая.

— Но это правда, Эдвард. Я всегда была жуткой трусихой, которая нуждается в защите более сильного человека…

— Я рядом, любимая, все хорошо. — Эдвард снова прижимает Наталию к своей груди и мило целует ее в щеку. — Никакого Уэйнрайта нет и не будет.

— Кто знает….

— Его нет! — Эдвард берет Наталию за подбородок и заставляет ее посмотреть ему в глаза. — Уэйнрайт мертв . Он умер два дня назад. От многочисленных трав и смешивания сильных наркотиков. А в связи с его смертью полиция закрыла дело.

— Это не сон?

— Нет, дорогая, не сон.

— И ты правда сейчас со мной?

— Сейчас отвечу. — Эдвард одаривает Наталию нежным поцелуем в губы, придерживая ее за затылок, и отстраняется спустя несколько секунд после того, как слышит очень тихий женский стон. — Теперь веришь?

— Кажется, да… — неуверенно произносит Наталия и мягко гладит Эдварда по щеке, скромно улыбнувшись сквозь слезы. — Уж ты точно настоящий…

— Ну все, радость моя, перестань плакать, — тихо говорит Эдвард и аккуратно вытирая слезы на щеках и под глазами Наталии. — А иначе я тоже заплачу.

— А ты будешь рядом?

— Несомненно!

— Сделай что-нибудь… — тихо произносит Наталия и с грустью во взгляде смотрит на Эдварда. — Пожалуйста, Эдвард, помоги мне… Я не знаю, как мне забыть этот ужас. А если я не забуду, то точно сойду с ума.

— Не беспокойся, любовь моя, я помогу тебе.

Эдвард медленно отстраняется от Наталии и начинает нежно массировать ее плечи и шею, уделяя внимание каждой косточке, которую чувствует.

— Я знаю, что поможет тебе, — более низким и приятным голосом говорит Эдвард. — Ты не сможешь устоять против того, что я сделаю.

Спустя несколько секунд Эдвард медленно опускается до верхней части спины Наталии, которой уделяет ничуть не меньше внимания. Девушка чувствует, как ей становится хорошо от тепла, что распространяется по ее телу, и иногда издает очень тихие, чувственные стоны, пока крепкие, но нежные мужские пальцы прикасаются к мягкой, гусиной коже.

— Хорошо, — с легкой улыбкой низким, бархатистым голосом произносит Эдвард, пока он массирует заднюю часть шеи Наталии, с прикрытыми глазами слегка склонившая голову. — Вот так…

— О, МакКлайф, ты просто волшебник … — чувственно вздыхает Наталия и, слегка прикусив губу, издает тихий стон. — Знаешь, где гладить…

— Я все знаю, красавица моя. — Эдвард оставляет нежный поцелуй на задней части шеи Наталии, пока его пальцы нежно, но крепко массируют ей плечи и руки. — Хотя я еще ничего не начинал…

— Ох… — слегка вздрагивает Наталия и скромно улыбается. — Если только я доживу…

— Тебе понравится, обещаю.

Эдвард еще несколько секунд массирует Наталии спину, не скрывая своей хитрой улыбки, когда он слышит ее полные наслаждения стоны. А в какой-то момент мужчина целует оба ее расслабленных плеча и медленно, но уверенно притягивает ее к себе, расположив девушку так, чтобы ее голова лежала у него на груди, а его руки обвивали талию.

— Наталия, моя прекрасная блондиночка… — с наслаждением тихо произносит Эдвард, медленно проводя кончиком носа по волосам и некоторым частям лица Наталии, прикладывает руку к одной ее щеке и нежно целует другую, а также лоб, нос, губы и подбородок. — Красавица…

— Опять собираешься медленно убивать меня? — со скромной улыбкой, тихим, низким голосом спрашивает Наталия.

— Собираюсь доставить тебе удовольствие. — Эдвард убирает некоторые волосы Наталии в сторону, чтобы открыть себе обзор на ее ухо, которое нежно ласкает губами, и за которым оставляет пару коротких поцелуев. — Чтобы тебе было хорошо…

— Эдвард… Эдвард, я…

— Тс-с… — Эдвард прикладывает два пальца к губам Наталии и приближает лицо поближе к ее уху, в которое собирается что-то сказать низким, бархатистым голосом: — Расслабься…

Услышав этот нежный шепот у своего уха, Наталия понимает, как ее покрытые мурашками тело резко вздрагивает, а она сама забывает, как дышать.

— Тише-тише, милая, тише, — мягко шепчет Эдвард, гладит Наталию по голове и запускает пальцы в ее мягкие золотистые локоны. — Расслабься… А иначе ничего не получится.

— Но я и так расслабилась… — тихим, хриплым голосом возражает Наталия.

— Нет, не ври мне. Ты все еще очень сильно напряжена.

— Нет… Мне уже хорошо…

— А будет еще лучше, если ты расслабишься и позволишь мне поиграть на моем прекрасном инструменте.

— Но…

Эдвард заставляет Наталию замолчать с помощью короткого, нежного поцелуя в губы, придерживая ее за подбородок. Поначалу девушка слегка напрягается и понимает, что ее сердце на мгновение замирает. Но вскоре резко расслабляется с чувственным стоном, откинув голову назад после того, как мужчина начинает придерживать ее за горло одной рукой и подушечками пальцев нежно гладит его. А нежно оттянув обе ее губы, он отстраняется и тыльной стороной руки гладит ее по щеке, пока она словно околдованная пристально смотрит ему в глаза.

— Вот так хорошо… — с легкой улыбкой шепчет Эдвард. — Хорошо…

Эдвард убирает в сторону некоторые пряди волос Наталии и кончиками пальцев медленно проводит по ее губам, изгибу шеи и ее передней части, пока та начинает дышать немного чаще.

— Просто расслабься и доверься мне, — уверенно говорит Эдвард. — Я сам всем займусь. Тебе всего лишь нужно расслабиться и получать удовольствие.

Эдвард начинает медленно, с большим удовольствием оставлять поцелуи на лице Наталии, начиная от губ, уголков рта, скул, щек и носа и кончая висками, лбом, макушкой и затылком. Иногда он может подышать на какие-то участки то горячим, то холодным воздухом и не стесняется гладить их и целовать ее за ухом, мочку которого нежно прикусывает. Медленные, дразнящие поцелуи вызывают у девушки приятную дрожь по всему телу и все больше пробуждают в ней влечение к этому человеку. Сердце снова и снова пропускает удар после каждого прикосновения его мягких губ и нежных подушечек пальцев к ее чувствительной коже. Девушка прикрывает глаза и сосредотачивается на своих чувствах, окончательно перестав плакать, пока ее дыхание заметно учащается, из уст вырываются тихие чувственные стоны, а напряжение зарождается где-то внизу живота.

В какой-то момент Эдвард одаривает Наталию более продолжительным поцелуем, на который та безотказно отвечает, все еще оставаясь нежным, но лаская женские уста с большей напористостью. Он не может оторвать взгляд от своей любимой невесты, что выглядит невероятно привлекательно в топике с открытыми плечами из летящей ткани и джинсовых мини-шортах, что подчеркивают красоту ее стройных длинных ног. А пальцы так и тянутся к мягкой, бархатистой коже, которая пахнет чем-то сладким, и слегка волнистым длинным волосам роскошного золотистого оттенка, что красиво спадают с оголенных плеч и обрамляют изящное женское лицо.

— М-м-м, я чувствую запах ванили , — носом медленно проведя то по волосам Наталии, то по задней части ее шеи, с легкой улыбкой шепчет Эдвард. — Сладкой ванили…

Эдвард полной грудью вдыхает запах кожи на одном из изгибов шеи Наталии.

— Ты уже сводишь меня с ума… — Эдвард проводит губами по изгибу шеи Наталии и оставляет нежный поцелуй у нее за ухом. — Моя маленькая девочка…

Наталия ничего не говорит и с дрожью во всем теле прикрывает глаза, довольно тяжело дыша и чувствуя бешеный стук своего сердца где-то в голове.

— Ты великолепна , моя королева, — тихим, низким голосом произносит Эдвард, обеими руками берет лицо Наталии в руки так, что она смотрит на него снизу вверх, одаривает еще одним нежным, продолжительным поцелуем в губы, во время которого он слышит ее томный стон, отстраняется и с немного затрудненным дыханием кончиком носа трется об ее нос. — Такая привлекательная…