— Я знаю, детка. — Терренс с широкой улыбкой кончиком носа касается кончика носа Ракель, трется об него и переводит взгляд в ее глаза. — Ты не найдешь мужчину идеальнее меня.

— Я имела в виду не только то, что ты красавчик.

— Знаю. Я имел в виду все . Все, что касается меня, Терренса МакКлайфа.

— Да уж… — скромно хихикает Ракель. — Тяжелый случай…

— Гордись, что такое сокровище досталось именно тебе. Его могла заполучить любая, но лишь одна оказалась счастливицей. Которая наивно думала, что сможет устоять против меня.

— Я думала, ты снимешь свою корону хотя бы на время. Но ты даже на больничной койке ведешь себя как король.

— Как я недавно сказал парням, король даже на больничной койке остается королем. Истинный король.

— О, боже…

— Кстати… — более низким голосом произносит Терренс и с загадочной улыбкой получше присматривается к Ракель, отмечая, что она потрясающе выглядит в сером топе с открытыми плечами и летучими двухслойными рукавами, который прекрасно сочетается с темно-синими скинни джинсами. — Ты сегодня такая красивая… Тебе так идет эта кофточка.

— Расслабься, красавчик. Пока не выйдешь из больницы, даже не думай об этом.

— Жалко… Очень жаль, что я не могу одарить тебя всей своей любовью… — Терренс кончиками пальцев медленно проводит по изгибу шеи Ракель. — Хотя я так хочу немного расслабиться… Хочу, чтобы ты снова показала мне все, на что способна…

— Господи, МакКлайф, ты сначала поправься и из больницы выйди, — скромно хихикает Ракель. — А уже потом будешь думать о сексе.

— В моих фантазиях ты покорно воплощаешь в жизнь все мои желания. — Терренс оставляет на изгибе шеи Ракель пару нежных поцелуев, полной грудью вдыхая запах мягкой кожи на ней. — А я возношу тебя на вершину удовольствия…

— Нет, не вздумай… — слегка дрожащим голосом с прикрытыми глазами произносит Ракель. — Не вздумай делать это прямо здесь…

— Только чуть-чуть… — Терренс проводит губами по всем частям лица Ракель и изгибу ее шеи и оставляет нежный поцелуй во впадине на передней ее части. — Ты придаешь мне сил… Так я поскорее отсюда свалю.

— Все, Терренс, перестань… — скромно хихикает Ракель и пытается мягко отстранить Терренса от себя. — Мы в больнице… Тут кругом люди ходят.

— Неужели не хочешь опробовать новое место для утех?

— Спасибо, но я еще с ума не сошла.

— Народ тебя не смущал, когда ты захотела секса в самолете.

— Жар твоего сексуального тела ударил в голову.

— Ну ладно, раз моя малышка стесняется, я не буду настаивать, — с хитрой улыбкой обещает Терренс, запускает пальцы в распущенные прямые волосы Ракель и пропускает их сквозь пряди.

— Не беспокойся, дорогой… — довольно соблазнительным, низким голосом произносит Ракель и берет лицо Терренса в руки. — Обещаю, когда ты вернешься домой, я устрою тебе незабываемый вечер. Или ночь. Как получится.

— И все мои пожелания будут тотчас исполняться? — с хитрой улыбкой спрашивает Терренс.

— Для меня ваше слово – закон, мой господин.

В глазах Терренса проскакивает яркий огонек, а он сам с широкой улыбкой покрепче приобнимает Ракель за плечи и прикладывает свободную руку к ее щеке, пока рука девушки покоится у него на груди.

— Ну… — загадочно улыбается Ракель. — Если ты очень сильно хочешь, то можешь поцеловать меня.

— Только поцеловать? — округляет глаза Терренс.

— Сейчас это единственное , на что ты можешь рассчитывать. — Ракель с широкой улыбкой приближает свое лицо к лицу Терренсу и большим пальцем проводит по его губам, чувствуя запах апельсинового сока, который он только что выпил. — Впрочем, я не заставляю. Если протянешь еще недельку без моих поцелуев, то ничего страшного.

— Если ты, сучка, будешь меня провоцировать, я пошлю все на хер гораздо раньше, — низким голосом отвечает Терренс, теплой, мягкой ладонью гладя Ракель по щеке с чувством легкого головокружения и учащенного сердцебиения, пока его мышцы напрягаются из-за ее опаляющего кожу дыхания.

Пристально посмотрев Ракель в глаза и переведя глаза на ее приоткрытые, в меру пухлые губы, Терренс оставляет на них короткий поцелуй, что заставляет ее сердце замереть. А одарив ее более продолжительным, мужчина слышит тихий, томный женский стон. Влюбленные чувствуют, как по телу распространяется волна ласкающего тепла, на какое-то время позабыв о том, что находятся в больнице, и сосредоточившись только на своих ощущениях. Впрочем, они решают не заходить слишком далеко и отстраняются уже спустя несколько секунд, не давая пламени страсти еще больше разгореться. Они с нежными улыбками смотрят друг другу в глаза, пока мужчина убирает некоторые пряди волос с ее лица, а девушка медленно водит рукой по его груди.

— Слушай, Ракель… — задумчиво произносит Терренс, сложив руки перед собой. — Я бы хотел поговорить с тобой кое о чем… Это очень важно…

— Э-э-э, да… — неуверенно отвечает Ракель, поджав напряженные губы и приняв сидячее положение. — Конечно… Я слушаю тебя…

— Мы уже много раз говорили о том, что с тобой происходит что-то странное. Но когда я спрашивал об этом, ты говорила, что с тобой все хорошо. Однако это не так…

— Послушай, Терренс, я… — хочет сказать Ракель, крепко сцепив пальцы рук и начав немного тяжело дышать.

— Милая моя, если ты боишься, что я не пойму тебя и разозлюсь, то твои опасения напрасны. Я не обижу тебя и приму все, что ты скажешь.

— Я знаю…

— Я вижу , что тебя что-то мучает… Но не могу помочь тебе. Хотя твое счастье для меня важнее всего. Если дело во мне, то так и скажи – не бойся. Я должен знать, что делаю не так и чем огорчаю или пугаю тебя.

— Любимый…

— Я тебе не враг. Мы не чужие друг другу люди. Если тебя что-то не устраивает, то скажи мне.

— Нет, Терренс! — с широко распахнутыми глазами качает головой Ракель. — Дело вовсе не в тебе.

— Но в чем же тогда? Что тебя беспокоит еще со времен суда над дядей Майклом?

— Почему ты…

— Я знаю, что все началось еще тогда. Но заметил это лишь после окончания суда. Мы все начали постепенно приходить в себя, но ты все равно очень сильно переживала. Во время суда я мог найти оправдание твоему поведению, но сейчас оно стало для меня загадкой .

— Да, но понимаешь…

— Ты пугаешь меня, Ракель. — Терренс мягко берет Ракель за руки и складывает вместе, с жалостью во взгляде смотря на девушку. — В последнее время ты так много плачешь, что я начинаю бояться за тебя. Многие люди понимали, что есть что-то, что убивает тебя изнутри. А некоторые видели твои беспричинные слезы. Да, мы не можем быть все время счастливыми и улыбаться. Иногда нам нужно немного поплакать и погрустить. Это нормально ! Но постоянные слезы и подавленное состояние – это уже сигнал тревоги, дорогая.

— Терренс… — с жалостью во взгляде тихо произносит Ракель.

— Ты как будто притворяешься счастливой, а сама едва ли не думаешь о том, как покончить с собой.

— Нет-нет, я не собираюсь убивать себя… — качает головой Ракель. — Ты что! Зачем мне это? Как я могу покончить с собой, если у меня есть столько людей, которые любят меня?

— И столько людей, которые переживают за тебя. — Терренс гладит Ракель по щеке и приподнимает ее лицо за подбородок, ибо девушка виновато смотрит вниз. — Все уже говорят, что твое состояние вызывает у них тревогу.

— Я знаю…

— Расскажи мне, что тебя беспокоит, — с грустью во взгляде просит Терренс и гладит запястье Ракель. — Раз уж мы решили пожениться, то должны переживать любые радости и печали вместе.

— Я знаю.

— Ладно, ты ничего не говоришь остальным, но я-то тебе не чужой. Я – твой жених.

— Любимый жених.

— Я хочу помочь тебе, дорогая… Хочу перестать переживать за тебя… Хочу, чтобы ты перестала плакать по ночам и падать в обмороки из-за кошмаров.

— Я упала в обморок всего один раз. А ты говоришь так, будто каждую ночь находил меня без сознания.