— Проходил прослушивание?

— Нет, одна девушка, с которой он дружил, уговорила своего отца принять его в группу. А поскольку он очень любил свою дочь, то не смог ей отказать.

— Ясно…

— С нами в группе пела одна противная девчонка, которую мы все терпеть не могли. Она была жуткая эгоистка и самая грубая и невоспитанная девчонка, которую я когда-либо знал. Ох, как она доводила нас с Роузом! Мы были готовы придушить ее собственными руками. Хотя, с другой стороны, мы обожали издеваться над ней. Иногда было очень весело.

— И что случилось потом?

— Терренс покинул группу всего через пару недель. У него случился конфликт с дочерью продюсера группы, она пожаловалась ему, и он, грубо говоря, дал ему пинок под зад. Ну а через некоторое время мы с Питером тоже ушли. Тот продюсер и до этого нас не очень жаловал, но в последний раз он перешел все границы. Вот мы с блондином не выдержали. Мы перестали общаться с Терренсом из-за одного конфликта, но чуть позже встретили его, помирились с ним и познакомились с его братом Эдвардом. Мне в голову пришла идея создать свою группу, и я рассказал о ней Питеру, а он согласился попробовать. Потом к нам и Терренса присоединился.

— Ну да, а когда в холодильнике ничего не осталось, вам всем пришлось пойти на работу?

— Нет, на тот момент у меня были деньги. Я жил не так уж богато, но не страдал от нищеты. Даже регулярно оплачивая все счета, я до сих пор живу неплохо и всегда могу себя побаловать.

— Да ладно?

— Увлечение группой стало чем-то более серьезным после того, как мы сначала выступили на разогреве одной популярной группы, а потом получили предложение подписать контракт с лейблом.

— Серьезно? — округляет глаза Кэссиди. — Значит, ты скоро станешь известным?

— Уже стал, — с хитрой улыбкой гордо сообщает Даниэль. — Мы подписали контракт и начали работу над альбомом.

— Ух ты! — Кэссиди широко улыбается. — А оказывается, ты – везунчик ! Тебе все довольно легко досталось!

— Не совсем… После подписания контракта наша группа едва не распадалась. И мы чуть не потеряли Питера.

— А что с ним случилось?

— Пытался покончить с собой.

— Да ладно? — широко распахивает глаза Кэссиди. — Вот этот милый блондинчик пытался умереть?

— У него было много личных проблем, о которых мы не знали. И… В какой-то степени подтолкнули его к этому… Ибо мы, сами того не осознавая, задевали его за живое своими обидными шутками.

— Ничего себе… Как хорошо, что его удалось спасти.

— Да, к счастью, мы успели. И нам удалось спасти группу. И даже расширить ее, предложив Эдварду присоединиться к нам. Таким образом нас стало четверо. Мы все поем, я – все еще бас-гитарист, Питер – барабанщик, Терренс – главный вокалист и ритм-гитарист, а Эдвард – соло-гитарист.

— А почему Эдвард присоединился к вам последним?

— На самом деле он с самого начала помогал нам в работе группы. А мы долго не могли понять, чего нам не хватает. Но в итоге до нас дошло, что нам не хватает еще одного гитариста и немного мощной энергии. Эдвард идеально подходил нам, и мы предложили ему стать одним из нас. А что? Талантливый парень с огромным потенциалом! Знаешь, как наша группа изменилась с его приходом!

— Неужели стало так круто?

— Ты узнаешь, когда наш альбом выйдет в продажу!

— Вау! Вы что уже успели альбом записать?

— Успели. До истории с Уэйнрайтом мы активно продвигали его и даже выпустили свой первый клип.

— Да, Дэн… — загадочно улыбается Кэссиди. — Я смотрю, ты совсем не скучал все это время!

— Да, мне не пришлось сидеть в каком-нибудь магазинчике и пробивать товары на кассе. Мыть полы… Или консультировать покупателей.

— В любом случае ты сделал правильный выбор. Ведь ты всегда классно играл на гитаре! И поешь ты просто шикарно!

— Спасибо, сестренка, — с легкой улыбкой благодарит Даниэль. — В те минуты, когда ты соглашалась быть милой и любезной, я научился брать несколько аккордов на гитаре.

— Я показывала тебе, как играть, когда ты иногда мог перестать быть надоедливым засранцем.

— Только не вздумай сказать всем, что это ты научила меня играть на гитаре, потому что это не так.

— Почему это нет? Пусть твои дружки знают, кого они должны благодарить за столь талантливого чувака!

— Да, Кэсс, чувствую, что ты ничуть не изменилась и осталась такой же надоедливой врединой.

— Уверена, что ты такой же наглый осел, как и несколько лет назад.

— Буду считать, что ты поздравила меня с тем, что я добился таких огромных успехов.

В воздухе на пару секунд воцаряется пауза, во время которой Кэссиди просто скромно хихикает.

— Слушай, братец, а я как-нибудь могу послушать тебя и парней? — интересуется Кэссиди. — Я бы хотела узнать, как вы поете!

— Мы подумаем над этим, когда ты покинешь больницу, — задумчиво обещает Даниэль. — А пока могу включить на телефоне наш первый сингл с альбома.

— Включи, пожалуйста! — Кэссиди кладет подушку немного иначе и облокачивается на нее спиной, находясь в сидячем положении. — Я хочу послушать.

— Сейчас.

Даниэль достает свой мобильный телефон, снимает блокировку, находит у себя песню « Against The System » под названием « Electric x Magnetic » и на не очень громкой громкости включает ее. Кэссиди с первых же секунд влюбляется в эту песню и с легкой улыбкой начинает покачивать головой в такт музыки. Мужчина не сдерживает желания подпевать своим словам и словам парней, невольно вспоминая все выступления группы, к которым мечтает поскорее вернуться.

— Вау, это шикарно! — искренне восхищается Кэссиди. — Я уже влюблена в эту песню!

— А мой голос узнаешь? — с легкой улыбкой спрашивает Даниэль и начинает подпевать самому себе.

— Конечно, узнаю! У тебя такой красивый голос.

— Ах, знала бы ты, какое удовольствие я получаю, слушая свою собственную песню…

— Кстати, у тебя очень сильно изменился голос… Стал более низким , но приятным.

— Потому что я уже не мальчик, а взрослый мужчина.

— Да, парень, я вижу, как сильно ты возмужал.

— Кстати, вот на этом моменте я в последнее время лажал, — скромно признается Даниэль.

— Ты что, научился брать более высокие ноты? — искренне удивляется Кэссиди. — Ты же обычно пел на низких, ибо тебе было комфортно!

— Мы с парнями брали несколько уроков по вокалу и занимались с преподавателями. Правда… В последнее время я их немного подзабыл и… Мой голос дрожал на этих местах при живом исполнении песни.

— Перенервничал?

— Я всегда нервничаю перед выходом на сцену.

— Тогда почему голос дрожал?

— Были на то причины.

Оставшуюся часть песни Даниэль и Кэссиди слушают уже молча, слегка покачивая головой в такт. А когда она заканчивается, мужчина кладет телефон к себе в карман.

— Молодец, Дэн, — хвалит Кэссиди. — Думаю, мама с папой гордились бы тобой. Ведь ты добился всего своими силами и – я думаю – осуществил свои мечты.

— Да, часть моих желаний воплотилась в реальность, — задумчиво отвечает Даниэль. — Хотя есть еще много чего, что я бы хотел осуществить.

— Хочешь, чтобы твоя группа была известна по всему миру? И имела много фанатов?

— Я думаю, у нас и так достаточно поклонников. Для нас важно не количество, а качество. Мы хотим, чтобы у нас были преданные фанаты, которые будут с нами, несмотря ни на что.

— Уверена, что у вас еще все будет, — уверяет Кэссиди. — Родители не зря говорили, что ты был очень талантлив в пении и игре на гитаре.

— Приятно это слышать, — слегка улыбается Даниэль.

В воздухе на пару секунд воцаряется пауза, во время которой Даниэль отводит немного грустный взгляд в сторону.

— Знаешь, иногда я скучаю по нашим родителям… — с грустью во взгляде признается Даниэль. — Прошло уже шесть лет с тех пор, как мы потеряли их, но мне до сих не верится, что это случилось. Ты была еще совсем малышкой…