В какой-то момент Ракель наклоняется к Терренсу, прикладывает руки к обеим щекам, нежно целует сначала в одну из них и ненадолго приникает губами к его слегка посиневшим губам.

— Герои никогда не умирают. Они обязаны жить и вставать каждый раз, когда падают. Ты тоже обязан жить, Терренс! Умоляю тебя, держись! Не смей проигрывать этому мерзавцу Уэйнрайту. Не сдавайся и сделай все, чтобы как можно скорее открыть глаза. Пожалуйста, Терренс, вернись к нам! Мы все нуждаемся в тебе. Твои родители горько плачут от мысли, что ты можешь умереть. Все твои друзья хотят твоего выздоровления. А твой брат рвет на себе волосы и мечтает оказаться на твоем месте. Пожалуйста, любовь моя… Не сдавайся… Борись за жизнь. Не оставляй меня, Терренс! Ты – причина, по которой я живу на этом свете.

Ракель снова берет Терренса за руку, пропускает пальцы сквозь его черные пряди и нежно гладит по щеке.

— Клянусь, любимый, я обязательно расскажу тебе про нашего ребенка, — со слезами дрожащим голосом обещает Ракель. — Даже если это будет стоить мне наших разрушенных отношений. Я все пойму и постараюсь принять это. Мне нужно сполна заплатить за свою наглую ложь. Ты можешь накричать, ударить и бросить меня… Но умоляю, живи. Не умирай! Я слишком сильно привязана к тебе… И ты всегда был тем, кто вдохновлял меня продолжать делать то, что я делаю…

Тем временем Эдвард, Джейми, Ребекка и Наталия с жалостью и ужасом во взгляде наблюдают за происходящим в палате. Они чувствуют, как их сердца сжимаются и обливаются кровью, а женщины тихонько плачут. Едва держащий себя в руках Эдвард крепко обнимает и прижимает к себе иногда утыкающуюся носом в его плечо Наталию. Также он иногда гладит Ребекку по плечу, пока ее всеми силами утешает Джейми, который не хочет верить, что все это происходит на самом деле. В какой-то момент к ним подходит врач, а за ними неуверенно идут Даниэль, Питер, Хелен и Анна. Все четверо переглядываются с остальными и переводят взгляд на палату и широко распахивают глаза, придя в ужас от того, что видят.

Анна первая подходит к Эдварду с Наталией и гладит их по плечу. В ответ на что те с грустью во взгляде смотрят на нее и отвечают на ее дружеские объятия. После этого девушка отходит в сторону, и к ним подходят Питер с Даниэлем, по очереди положив руку на плечо мужчины и девушки. Пока Анна и Хелен подходят к Ребекке и Джейми и также выражают им свою поддержку.

— А разве миссис Миддлтон ушла? — задумчиво спрашивает Анна.

— Да, она позвонила нам и сказала, что отвезет Аманду домой, — признается Ребекка.

— Этой девочке лучше не видеть Терренса в таком состоянии, — с грустью во взгляде говорит Джейми.

— Но она ведь еще приедет? — интересуется Анна.

— Да, она сказала, что приедет уже без этой девочки.

— И обещала поговорить с мистером Кэмероном, — добавляет Ребекка. — Он тоже должен знать, что произошло.

— Ясно… — кивает Анна и обнимает себя руками.

— Жалко мне ее… — с грустью во взгляде признается врач, чувствуя, как у него щемит сердце при виде того, что происходит в палате Терренса. — Сразу видно, что она любит этого мужчину…

— Это правда, — спокойно отвечает Эдвард, крепко обнимая Наталию обеими руками и гладя ее по голове. — Терренс тоже очень любит ее и готов на все ради нее. Мой брат часто называет ее причиной, которая заставляет его чувствовать себя живым.

— Вы думайте, Терренс и правда сможет выкарабкаться? — неуверенно спрашивает Питер. — Или вы просто успокаивайте нас, чтобы мы не переживали?

— Нет-нет, что вы! — восклицает врач. — Я ничего не скрываю и говорю все как есть! Ситуация сложная – не отрицаю. Но шанс есть. Мистер МакКлайф молодой и крепкий и быстро пойдет на поправку, когда придет в себя.

— Если есть что-то, что вы не хотите говорить в присутствии Ракель, скажите нам, — предлагает Хелен.

— Даже если что-то и было бы, я бы был обязан все рассказать. Но к счастью, ситуация под контролем, а этому мужчине не нужны реанимационные действия.

— Вы даете нам надежду, — бросает легкую улыбку Анна.

— Признаться честно, меня больше беспокоит сама мисс Кэмерон. Ей бы поехать домой и немного отдохнуть. Привести себя в порядок, поесть, поспать… Она ведь запросто может оказаться на больничной койке.

— Не думаю, что она захочет уходить отсюда не по своей воле, — задумчиво предполагает Наталия. — Ракель будет рядом с Терренсом до тех пор, пока ей разрешают, и пока он не придет в себя.

— Ну хорошо… Пока мистер МакКлайф находится в обычной палате, я разрешаю вам навещать его. Пусть его невеста остается здесь столько, сколько захочет. Кто знает, может, мистеру МакКлайфу быстрее удастся прийти в себя, если рядом будет кто-то, кого он любит.

— Тем не менее я понимаю ее. Потому что тоже не отходила бы от любимого человека ни на секунду, если бы он не дай бог попадет в больницу.

— В любом случае никто не будет выгонять ее отсюда, если не случится никаких критических ситуаций.

— Простите, доктор, а когда Терренс придет в себя? — неуверенно спрашивает Ребекка.

— Думаю, долго без сознания он не пробудет. Максимум день-два, не более. Тем более, мы уже вывели почти всю дозу снотворного из его организма.

— А если бы врачи вовремя не оказали ему помощь, мы могли бы потерять его? — спрашивает Даниэль.

— Да, у него бы началось сильное отравление организма, которое привело бы его к гибели. А еще большая доза убила бы его мгновенно. Ему крупно повезло не получить еще большую дозу, быть вовремя доставленным в больницу и попасть в руки профессиональных врачей.

— Это дает надежду на лучшее… — задумчиво отвечает Джейми.

— Надежда умирает последней, как говорится в народе. Иногда вера и время – лучшее решение большей части проблем.

— Верно сказано, — слегка кивает Питер.

В воздухе на несколько секунд воцаряется пауза, во время которой все с грустью во взгляде наблюдают за Ракель.

— Мне кажется, вам всем надо вернуться домой, — нарушает тишину врач. — Вы все очень измотанные, да и время уже больше семи часов вечера. Приведите себя в порядок, выспитесь, поешьте хорошо, а завтра снова можете навестить мистера МакКлайфа.

— Да, думаю, теперь мы можем вернуться домой… — задумчиво отвечает Хелен.

— У меня есть все контакты родственников мистера МакКлайфа. Если что-то изменится – я сразу же позвоню.

— Спасибо вам огромное, доктор, — благодарит Эдвард.

— Ладно… До встречи. Желаю вам всем удачи.

Все прощаются с врачом с помощью рукопожатия с легкой улыбкой на лице. После чего тот разворачивается и медленным шагом уходит по своим делам. Пока вся компания с грустью во взгляде еще несколько секунд наблюдает за происходящим в палате Терренса. Точнее, за тем, как Ракель со слезами на глазах сидит на койке мужчины, держит его за руку, гладит по голове или щеке и что-то говорит.

— Э-э-э, может… — неуверенно произносит Эдвард. — Зайдем в палату на пару минут?

— Нам и так нужно зайти, — отмечает Наталия. — Ракель должна вернуться домой.

— Ох, чуть не забыла, что мне еще надо заехать к ней домой и забрать Сэмми, — задумчиво признается Хелен.

— Да и с машиной Терренса надо тоже что-то делать, — добавляет Питер.

— Если Ракель будет не против, я отгоню машину к нему домой, — без эмоций говорит Эдвард. — И отдам ей ключи.

— Сомневаюсь, что она сейчас способна думать о чем-то, кроме Терренса, — резко выдыхает Даниэль.

— Попробую спросить.

Эдвард отталкивает дверь в сторону, медленно заходит в палату Терренса, неуверенно подходит к койке и пару-тройку с ужасом в глазах напряженно смотрит на брата. Ракель сразу же понимает, что кто-то стоит сзади нее, медленно оборачивается и без эмоций смотрит на мужчину.

— Мы собираемся домой, Ракель, — тихо сообщает Эдвард. — Нам всем стоит немного отдохнуть…

— Знаю… — без эмоций отвечает Ракель. — Похоже, что у меня нет выбора…