— Даже не вздумай, мразь! — сквозь зубы цедит Терренс, угрожая пальцем и удерживая холодный взгляд на Юджине. — Ни дом поджечь, ни к девушкам приближаться! Не смей!
— Поздно возмущаться и махать крыльями, когда все уже сделано.
— Еще ничего не сделано!
— Неужели еще не веришь, что эти трое уже уничтожены? Не веришь, что щенок МакКлайф мертв ? Ха! Да даже если он и жив, то до больницы точно не дотянет! Еще парочка ударов или одна лошадиная доза наркотика – и он тут же откинет копыта.
— Эдвард не мертв , я знаю это. Он слишком шустрый для того, чтобы так легко сдаваться и умирать.
— Даже у таких людей время ограничено, — уверенно заявляет Юджин. — Этот щенок не сможет все время убегать от опасности. Даже кошаки не живут вечно. Однажды их девять жизней заканчиваются.
— А я верю, что он справится, — приподнимает голову Терренс, трясясь от одной только мысли, что ему пришлось бы увидеть мертвого Эдварда. — Я верю в этого парня.
— Да, я понимаю, что тяжело переживать смерть близкого человека, — пустыми глазами смотря на Терренса, без эмоций говорит Юджин. — Но это правда. Твой братец мертв .
— Нет, не мертв.
— К тому же, вспомни, как этот щенок хотел грохнуть тебя, стать таким же могучим, как и его любимый дядя, и предать свою семью. А, МакКлайф? Неужели после всего этого ты все еще так сильно переживаешь из смерти своего братца?
— Эдвард никогда не пойдет на такое. У него масса недостатков, но он не такой мерзкий ублюдок, как дядя Майкл. Если бы этот старый ублюдок не пугал его и не пользовался нерешительностью моего брата, то он даже и думать не стал бы о чем-то подобном.
— Насчет нерешительности ты прав . МакКлайф лишь притворяется героем. Хотя на самом деле он трусливый и ничтожный. Слабый как девчонка. Этот щенок строит из себя крутого делает вид, что пытается героически всех спасти. Дабы никто не узнал, что ему нужна мамочкина юбка или спина братца.
— Не тебе судить его, ублюдок, — грубо бросает Терренс. — Я знаю своего брата намного лучше. Знаю, что у него на уме!
— Может, и знаешь. Но не хочешь признавать, что он слабый и трусливый. Хотя я не могу понять, зачем. Зачем защищать этого бесполезного сопляка, который родился лишь потому, что твои мамаша с папашей не знали, как предохраняться, а от аборта категорически отказались.
— Я никогда не скажу такое. Потому что Эдвард не такой, каким его считают этот старый хрыч Майкл и вся его шайка. Этот парень смелее и сильнее, чем все думают. Когда дело касается близких, то он пойдет на все.
— Это не проявление смелости и сил духа, МакКлайф. Это трусость . Самая настоящая трусость.
— Думай что хочешь. Тем, кто любит Эдварда, по хер на мнение таких, как ты, дядя, Эрик и все ваши жалкие дружки.
— Слушай, а ты бы согласился отомстить ему за то, что тебя чуть не грохнули, и убить его? — расставляет руки в бока Юджин. — А, мужик? Слабо взять в руки пистолет и выстрелить этого ублюдка? Или всадить ножик ему прямо в сердце?
— Да как ты, сука, смеешь спрашивать меня об этом? — сквозь зубы цедит Терренс, с учащенным дыханием крепко сжав руки в кулаки. — В СВОЕМ, БЛЯТЬ, УМЕ?
— Тише-тише, МакКлайф, тише! Не надо вопить как пациент психбольницы.
— Это ТЕБЕ легко кого-то грохнуть, ибо у тебя нет совести! Не надо даже ходить обдолбанным! А даже если я буду подыхать, то ни за что не сделаю это со своим младшим братом или кем-то еще.
— Значит, ты такой же трусливый, как и он?
— Трусость и совесть – совершенно разные вещи. Если ты не хочешь что-то делать, это не значит, что ты боишься. Это означает, что ты боишься однажды об этом пожалеть.
— Любовь – глупая вещь, — злостно смеется Юджин. — Самая глупая вещь на свете, из-за которой люди поголовно сходят с ума и позволяют себе становиться слабаками. Это чувство не приносит ничего хорошего и заставляет страдать.
— Ха, значит, тебя отшила какая-то девчонка, когда ты был мальчишкой? — злостно усмехается Терренс. — И поэтому ты все еще ненавидишь всех девушек и портишь им жизнь? Подумал немного и решил, что можно брать девчонку силой, если очень хочется с кем-то перепихнуться.
— Здесь ты прав. Секса хочется . А когда хочется – я занимаюсь им.
— Только вот никто не хотел делать этого с тобой! Наталия или Кэссиди не хотели, чтобы рядом с ними оказался такой вонючий и уродливый орангутанг.
— А меня не волнует, что им нравится! Главное, что это нравится МНЕ!
— С такими мыслями ты никогда не найдешь ту, которая любила бы тебя. Любая побоится быть с тобой!
— Мне не нужна их любовь! — грубо заявляет Юджин. — И дети – тоже! Я их терпеть не могу! А девочки мне нужны для одного – для хорошего секса и долгих ласк голеньких тел.
— Это нормально, когда девушка понимает, на что идет.
— Только не надо учить меня жизни. Я твоих типа умных советов не просил.
— Я и не пытался! Зачем учить какую-то старую гориллу, когда можно надрессировать молодую обезьянку?
— Хочешь ты этого или нет, но те сексуальные красотки станут моими, когда я покончу с тобой, этим щенком и теми двумя уродами.
— Только посмей… ТОЛЬКО ПОСМЕЙ! — Терренс резко подлетает к Юджину и хватает его за шиворот обеими руками. — ШКУРУ СДЕРУ, ЕСЛИ ПРИБЛИЗИШЬСЯ К МОЕЙ НЕВЕСТЕ! И К ОСТАЛЬНЫМ ДЕВУШКАМИ НЕ ВЗДУМАЙ ПОДХОДИТЬ!
— Мертвые не разговаривают и не могут указывать.
— Я предупреждаю тебя, Уэйнрайт: если хоть волос упадет с головы одной девушки, то мы сотрем тебя в порошок, — низким, грубым голосом угрожает Терренс. — ТЫ ПОНЯЛ МЕНЯ СВОЛОЧЬ? ИЛИ ЕЩЕ РАЗ ОБЪЯСНИТЬ?
— Хватит мне угрожать, истеричка! — раздраженно вскрикивает Юджин, грубо отталкивает Терренса от себя и начинает угрожать ему пальцем. — Я знаю, что ты такой же истеричный, как и твой папаша, но советую держать свой длинный язык за зубами и не распускать руки. А иначе ты, сука, точно пожалеешь.
— Я не боюсь твоих угроз, мудак!
— Как и я – твоих! Я не боюсь никаких угроз и любой ценой устраню всех, кто мне мешает. Устраню тебя и твою поганую шайку!
— Мы не сдадимся тебе просто так, — холодно и уверенно заявляет Терренс.
— Тебе меня не одолеть!
— Да я готов в одиночку бороться с тобой! Готов сделать все, чтобы не позволить тебе что-то сделать с моими братом, невестой, друзьями и их девушками.
— Готовься снова проиграть, МакКлайф, — хитро улыбается Юджин. — Я уничтожу тебя!
— Уверен?
Терренс выжидает секунду-две и наносит Юджину довольно сильный удар кулаком в челюсть. От чего тот тут же камнем падает на землю. Потом Уэйнрайт с раздраженным рыком резко встает на ноги и пытается ответить МакКлайфу-старшему таким же ударом. Но тот ловко уходит от него, валит противника с ног, наносит ему еще пару ударов по лицу и яростно и с неким удовольствием бьет его головой об землю несколько раз. Правда в какой-то момент Юджин ногой бьет Терренса в живот и отшвыривает его на некоторое расстояние. А пока тот скручивается пополам, Уэйнрайт мгновенно встает на ноги, подлетает к нему, начинает таскать за волосы по земле и кулаком врезает ему по лицу. Но вскоре МакКлайф-старший локтем ударяет стоящего за спиной преступника по ключице и успевает нанести ему еще парочку ударов по лицу.
В какой-то момент они в разное время резко встают на ноги и борются уже с помощью рук, нанося удары ладонями, локтями или кулаками и защищая уязвимые места. Позже в ход идут не только руки, но еще и ноги, которыми они могут бить друг друга в разные части тела и лица, а Юджин пытается ударить Терренса еще и головой. Но МакКлайф-старший неплохо обороняется, наносит достаточно крепкие удары, ловко уходит от нападения, быстро отбегает в разные стороны и отлично реагирует практически на любое движение Уэйнрайта, помня, что от его действий зависят жизни его брата, друзей и девушек.
Однако бороться с Юджином – не такая уж и простая задача. Он будто бы стал еще более жестким, словно робот не испытывая никакого сочувствия и сожаления, и одержим только лишь одной мыслью – убрать с дороги Терренса и убить его банду. Каждый удар, полученный от противника, приводит преступника в еще большую ярость. И даже в, казалось бы, безвыходной ситуации, когда Терренс резко валит его на землю и обеими руками крепко сдавливает ему горло, Юджин не намерен просто так сдаваться. Он кое-как протягивает руку к толстой палке, хватает ее и резко бьет черноволосого по голове. От чего тот, сильно морщась от острой боли, падает на землю. Уэйнрайт пулей подползает к МакКлайфу-старшему и начинает с особым удовольствием бить его по лицу. Тот терпит пару ударов, но потом пытается защититься ото всех последующих, закрывая лицо руками, нанося противнику крепкие удары, предпринимая попытки ударить его лбом по носу и резко сбрасывая с себя.
