— Вот именно! — восклицает Терренс. — Надо немедленно связаться с мистером Джонсоном! И валить отсюда от греха подальше. Пока нас не спалили!

— Вполне реально… — задумчиво произносит Эдвард, внимательно осматривая высокие ворота. — Я вполне смогу забраться наверх… Хотя мне и понадобится поддержка… Или же попробовать взобраться без нее?

— Слушай, полоумный, хватит искать еще больше приключений на свой многострадальный зад, — хмуро говорит Терренс. — Мы лишь хотели проследить за Уэйнрайтом! Но не перелезать через эти чертовы ворота.

— Я не собираюсь перелезать через них, а просто хочу посмотреть, что там находится, и знать, что говорить мистеру Джонсону.

— Ты хоть понимаешь, что Уэйнрайт может подойти к воротам, открыть их и спалить нас? — интересуется Питер. — Эта падла не отпустит нас, если он увидит хоть одного!

— Если вы с Терренсом хотите – уходите отсюда и свяжитесь с мистером Джонсоном. А я пока осмотрюсь здесь и пойму, что к чему.

— Да, а как ты собрался валить один ? — удивляется Терренс. — Уэйнрайт завел нас черт знает куда, и я понятия не имею, как выбираться из этого места!

— Я тебя удивлю , Терренс: мне тоже непонятно, как мы можем свалить отсюда.

— Так, малой, хватит уже играть в шпиона и пошли!

— Если боишься – можешь идти. Я никого не звал с собой.

— Не беси меня, братец. А иначе я силой утащу тебя отсюда. И расскажу обо всем отцу с матерью, чтобы они как следует отхлестали тебя ремнем по жопе. Или я сам это сделаю, если ты, блять, не будешь меня слушаться!

Эдвард молча закатывает глаза и снова переводит взгляд на каменную оградку, думая над тем, как ему залезть наверх.

— Ладно, надо попробовать… — говорит себе под нос Эдвард. — Думаю, должно получиться…

— Так, ты куда пошел? — возмущается Терренс. — Эй! Не вздумай! Не вздумай, я сказал! Слышь, щенок ты бестолковый!

Игнорируя своего брата, Эдвард подходит ближе к каменной оградке и немного раскачивает одних из камней. Затем он хватает его рукой, раскачивает другой, также цепляется за него и немного неуверенно подтягивается. Мужчина также проверяет камни ногами и убеждается в том, что он не свалится, вполне удачно забираясь под ним наверх.

— Ар-р-р, как же иногда он бесит меня, — бубнит себе под нос Терренс. — Даже Ракель не действует мне на нервы так, как этот сопляк!

— Да уж, всегда знал, что твой братец – любитель искать приключения, — со скрещенными на груди руками говорит Питер. — Сколько ни надирали ему жопу в свое время, он так ничего и не понял.

— Правильно Наталия сказала, что он – упрямый осел… Если этому мелкому что-то взбредет ему в голову, то бесполезно переубеждать его.

— Может, позже успокоится немного? Например, когда женится или начнет думать об отцовстве!

— Сомневаюсь. Эдвард не может сидеть спокойно на одном месте. А еще его вечно тянет на всякие передряги. Кто-то не может без бухла или сигарет, а этому только дай возможность поиграть в героя и борца за справедливость. Вспомни, как он порывался соскочить с кровати спустя час-два после того, как отошел от наркоза.

— Тяжелый случай…

Терренс резко выдыхает, бросает взгляд в сторону и видит, что Даниэль пытается залезть наверх, но стоит с той стороны, с которой ему никак не удастся сделать это.

— О, смотри, этот тоже хочет залезть наверх, — легонько пихнув Питера в бок, со скрещенными на груди руками тихо хмыкает Терренс.

— Вот дебил… — расставив руки в бока, качает головой Питер. — Там не за что цепляться!

— Ничего, приятель, он же у нас самостоятельный! Вот пусть выкручивается сам! А мы понаблюдаем и поржем над этим тупым бараном.

— Это точно! — Питер тихо усмехается, глядя на то, как Даниэль безуспешно найти способ взобраться наверх и ударяет руками по каменной оградке. — Но наблюдать за его « геройскими » поступками забавно .

— Не могу поспорить, — скромно хихикает Терренс.

А тем временем Эдвард далеко не без усилий взбирается на самый верх каменной оградки. Упираясь руками об ворота, чтобы не упасть, он начинает осматриваться вокруг себя с некоторой высоты. Ему почти сразу удается увидеть стоящий среди сплошной зелени серый деревянный домик среднего размера с небольшими окошками и прогнившими рамами. Возле входной двери как раз находится Юджин, слишком увлеченный тем, что он держит в руке – шприцем, иглу которого он медленно вводит себе в вену и блаженно улыбается. Пытаясь удержаться на воротах, Эдвард несколько секунд наблюдает за Уэйнрайтом так, чтобы не попасться ему на глаза, и переводит взгляд на Питера и Терренса.

— Ты был прав , Питер! — восклицает Эдвард. — За этими воротами находится небольшой деревянный домик. Уэйнрайт стоит у входной двери и что-то вкладывает себе в руку с помощью шприца. Скорее всего, какой-то наркотик… Вон он стоит и кайфует!

— Значит, у него там есть запасы этой дряни? — задается вопросом Питер.

— Не зря же он так хотел пойти сюда!

— Да уж… Походу, он много чего напродавал, раз сумел добыть столько наркоты.

— Кто знает, Пит… Но теперь мы точно знаем, что Уэйнрайт скрывается здесь . И я очень сомневаюсь, что он свалит куда-нибудь еще.

— Так отлично! — расставляет руки в бока Терренс. — Ты узнал все, что хотел! А теперь будь добр, немедленно слезай оттуда. И давай сваливать, пока Уэйнрайт не вколол нам своей дряни.

Однако Эдвард продолжает с интересом наблюдать за Юджином, получивший дозу наркотика и вновь почувствовавший ту самую эйфорию, которую он так долго искал.

— ДА! — подняв руки к верху и широко улыбаясь, во весь голос вскрикивает Юджин. — ВОТ ОНА ЭЙФОРИЯ! КАЙФ! А-А-А-А! ВОТ ТЕПЕРЬ ДРУГОЕ ДЕЛО!

Юджин начинает кругами ходить возле входной двери с идиотской улыбкой на лице.

— Эх, сейчас же сходить на дискотеку и поплясать! — восклицает Юджин. — Плясал бы до упаду! ЭХ! Но, блять, не могу! Народ быстро вызовет копов, и те снова упекут меня за решетку. И я буду лишен возможности получить регулярную дозу… А я умру без нее… Умру…

Юджин качает головой, бросает взгляд на пакетик с остатками порошка в своих руках и с наслаждением нюхает его.

— АХ… — блаженно улыбается Юджин. — Нет … Я не могу потерять такой шанс… Ведь я и так слишком долго был лишен этой радости! В тюряге меня дозой не обеспечат…

Эдвард слегка хмурится, продолжая осторожно наблюдать за Юджином и обдумывая его слова.

«Этот тип явно имел дело с наркотой намного раньше тех времен, когда он служил дяде, — предполагает Эдвард. — Возможно, что во время его попытки поиздеваться над Наталией он тоже был под чем-то таким. Этот старый хрыч Майкл говорил, что Уэйнрайт был со своими дружками. А значит, они могли баловаться наркотой вместе. Или же он какое-то время держался, но сорвался после побега из тюрьмы… Кто знает… Хотя я удивлен, что никто не понял, что он употребляет наркотики, когда его арестовали. Раз врачи дали заключение о его психических отклонениях, то почему никто не обнаружил, что он – наркоман? Не понимаю…»

Эдвард слегка хмурится, пока Юджин все еще получает огромный кайф от сильного наркотика и громко смеется.

«Но удивительно, как дядя и его дружки могли общаться с этим ублюдком, раз он бывал под кайфом. С наркоманами ведь невозможно общаться. Уэйнрайт мог бы нанюхаться всякой дури и запросто кого-то грохнуть. Даже Эрика или самого Майкла. Интересно, кто-нибудь вообще знал о его зависимости? Или же Уэйнрайт реально не принимал всю эту дрянь? Или не был так зависим от нее? Черт! Ничего не понимаю!»

— Слышь, МакКлайф, ты еще долго будешь трепать нам нервы? — слегка дрожащим голосом взволнованно спрашивает Питер. — Живо спускайся! Хватит трепать нам нервы, твою мать!

— Ребята, я не заставляю вас оставаться здесь, — спокойно отвечает Эдвард. — Вы можете уходить отсюда.

— А-р-р, еще один герой-одиночка! — раздраженно бросает Терренс. — Мне что самому спустить тебя вниз? Начать воспитывать тебя уже всерьез ?