— Прошу вас, господин полицейский, найдите мою тетю, — с жалостью во взгляде дрожащим голосом умоляет Ракель. — Я не хочу, чтобы она пострадала по вине этой женщины. Тетя – мой близкий человек…
— Не переживайте, мисс Кэмерон, — мягко произносит Александр. — Обещаю, что мы сделаем все возможное для того, чтобы найти вашу тетю и арестовать Элеанор Вудхам.
— Вы действительно арестуйте ее, несмотря на громкую фамилию?
— Конечно, арестуем. Несмотря на то, какая у нее фамилия, кто ее отец, и каковы были его заслуги, закон для всех одинаков. И все обязаны его соблюдать.
— Эта женщина может быть очень опасна. Раз уж Элеанор совершила похищение, то она запросто может убить. Точнее, я уверена в том, что так все и будет.
— Обещаю, что мы сделаем все, что Элеанор не причинила вам никакого вреда.
— Она проворачивает все это не одна. Ей помогают очень многие люди. Не знаю, кто они: охранники или кто-то еще. Но мне известно, что эти люди бегают за ней хвостиком и делают все, что она хочет.
— Если это будет нужно, то мы обеспечим для вас круглосуточную охрану и приставим двоих-троих крепких ребят, которые будут сопровождать вас и защищать от этой женщины и ее сообщников.
— Спасибо, но пока в этом нет необходимости… — задумчиво говорит Ракель, слегка прикусив губу и уставив взгляд в одной точке.
— В любом случае вы можете не бояться, что поступили неправильно. Вы бы поступили неправильно, если бы не стали никуда обращаться. А поскольку полиция в курсе, что Элеанор Вудхам еще и организовала похищение человека, то мы будем искать эту женщину и вашу тетю во всех местах в городе.
— Да-да, я вас прошу… Сделайте это… Пусть моя тетя вернется живой и невредимой.
Александр повнимательнее присматривается к задумчивой Ракель и слегка хмурится после того как она замолкает на несколько секунд, уставив пустой, полусухой взгляд в одной точке.
— Э-э-э, с вами все в порядке, мисс? — проявляет беспокойство Александр.
— Да-да, все хорошо, — взволнованно тараторит Ракель и заправляет прядь волос за ухо. — Просто очень нервничаю…
— Я прекрасно понимаю ваши чувства.
— Простите, мистер Бредфорд… Простите…
— Может, вам стоит выпить что-нибудь, чтобы немного успокоиться? Не знаю… Чай, кофе… Какое-то успокоительное…
— Э-э-э, да, наверное… — Ракель, слегка прикусив губу, медленно переводит свой взгляд на Алексис. — Лекси, ты не могла бы сделать мне еще одну чашку кофе?
— Да, конечно, сейчас сделаю, — пожимает плечами Алексис и смотрит на Александра. — Мистер Бредфорд, а вы не желайте что-нибудь? Чай? Кофе?
— Нет, спасибо, ничего не нужно, — с легкой улыбкой вежливо отказывается Александр.
— Хорошо, тогда я сейчас вернусь.
Алексис разворачивается и быстрым шагом направляется на кухню, чтобы сделать то, о чем ее попросили. А убедившись в том, что юная девушка покинула гостиную, Ракель резко переводит взгляд на Александра и начинает говорить в полголоса:
— Очень хорошо, что она пока что ушла.
— В смысле? — слегка хмурится Александр.
— Я хочу рассказать вам кое-что очень важное.
— Не хотите, чтобы эта девушка знала?
— Да, не хочу.
— Хорошо, я вас слушаю.
— Дело в том, что я догадываюсь , почему тетя на самом деле не стала писать заявление на Элеанор. Точнее… Я догадываюсь, почему вообще та женщина затеяла все это.
— Тогда рассказывайте! — проявляет интерес Александр. — Сейчас нам важна абсолютно любая информация. Чем больше мы узнаем, чем легче нам будет поймать Элеанор и найти вашу родственницу.
— Понимайте… — Ракель замолкает на пару секунд, время от времени неуверенно поглядывая на свои руки. — Недавно я прочитала парочку статей в Интернете… И в них было сказано об убийстве одного человека…
— Кого именно?
— Известного бизнесмена. Мужчины по имени Гильберт Вудхам… Насколько я помню, оно произошло шестнадцать лет назад. В мае тысяча девятьсот девяносто восьмого года…
— И что же вас так заинтересовало в этом случае?
— Я… Э-э-э… — Ракель глубоко вздыхает с грустью во взгляде. — Дело в том, что в этом убийстве была замешена моя тетя по имени Алисия.
— Ваша тетя? — округляет глаза Александр.
— Да. Это она убила Гильберта…
— Вот как?
— Если вас смущают фамилия, то раньше моя тетя носила фамилию Томпсон, но позже стала Миддлтон.
— Вы что-нибудь знайте об этом преступлении?
— Да, кое-что. — Ракель заправляет прядь волос за ухо. — Моя тетя случайно убила того мужчину. Ударила его чем-то тяжелым по голове… Какое-то время она скрывалась и боялась, что ее найдут. Но потом ее все-таки замучила совесть, и моя тетя сама пришла в полицию. Она добровольно призналась в содеянном… После чего ее арестовали…
— И каков же был ее мотив?
— Тетя утверждала, что не хотела убивать того мужчину, а всего лишь защищалась от Гильберта, который пытался ее изнасиловать.
— Пытался изнасиловать?
— Да.
— А как она с ним познакомилась?
— Этого я не знаю. Но она все-таки знала Гильберта за некоторое время до его смерти.
— Вот как… — слегка хмурится Александр.
— Я знаю, что она три месяца просидела в тюрьме, прежде чем начался судебный процесс. Тогда суд полностью оправдал ее и снял с нее все обвинения в убийстве. Тетя вышла на свободу и продолжила жить прежней жизнью.
— А Элеанор Вудхам – его дочь…
— И поэтому она мстит моей тете за то, что та убила его. Даже если суд полностью оправдал ее, эта женщина не готова мириться с этим вот уже шестнадцать лет.
— Вполне возможно…
— Постойте, а вы разве ничего не знайте об этом деле? — слегка хмурится Ракель.
— Э-э-э…
— Насколько я знаю, семья Вудхамов очень известна здесь, в Англии. Это убийство вызвало широкий резонанс, и его обсуждали все, кому не лень.
— Подождите-подождите… — Александр о чем-то призадумывается на пару секунд. — Вы говорите, убийство произошло шестнадцать лет назад? В мае тысяча девятьсот девяноста восьмого года?
— Ну да, — пожимает плечами Ракель. — Так было написано в статьях в Интернете.
— Точно! Да-да-да… — Александр призадумывается еще на несколько секунд. — Я знаю об этом это деле! Только что вспомнил, что когда-то давно изучал материалы по нему.
— Правда? — округляет глаза Ракель.
— Когда я только начал работать в полиции, то мне довелось немного разузнать об этом деле. Насколько я помню, по нему проходила молодая женщина лет тридцати по имени Алисия Томпсон. Тогда ее действительно заключили под стражу на три месяца, а спустя еще пару после всех судебных тяжб ее признали невиновной. Суд постановил, что она убила Гильберта только потому, что защищалась от его домогательств.
— Да-да, я знаю, — кивает Ракель. — Насколько я помню, семья Вудхамов была в ярости, когда суд вынес приговор, и даже пытались обжаловать его.
— Это так. Говорят, эти люди едва не прибили ту женщину. По-моему, та Элеанор набросилась на нее с кулаками и впала в истерику.
— Было дело.
— К тому же, Алисию даже увезли в больницу прямо из здания суда.
— Правда?
— Да. Она вроде бы потеряла сознание после оглашения приговора. Кто-то срочно вызвал скорую помощь, и врачи госпитализировали ее из-за критического состояния.
— А это я не знала… — с грустью во взгляде признается Ракель.
— Говорят, ее привозили на каждое заседание едва ли не больную. Она была очень худой, бледной и часто болела.
— Да уж… Проведенное в тюрьме время далось ей очень тяжело…
— Я так понимаю, ваша тетя ничего не рассказывала вам об этой истории?
— Нет, ни единого слова. Она даже никогда не намекала на то, что в молодости совершила убийство. Я узнала об этом лишь из статей в Интернете.
— А кто-то еще знает об этом?
— Нет, не знает. Думаю, тетя страшно боялась об этом говорить, потому что была уверена, что ее начнут осуждать. Что люди отвернутся от нее, если узнают, что она убила человека.
