— О, черт… — резко выдыхает Даниэль. — И как меня угораздило связаться с такими людьми…

— Я и сама не понимать… — с грустью во взгляде качает головой Бланка. — На их фоне ты быть самый невинный, но поклонники группы любить именно тех, кто совершить очень много плохой дело. И это есть очень обидно… И страшно… Ведь артисты быть обязан подавать пример…

— Поразительно… Эти людишки еще хуже , чем думал…

— Ты не обижайся, что я не сказать это в прошлый раз. Я просто забыть… Да и ты не спросить…

— Думаю, тогда наш разговор был больше о Питере. О том, какие гадости он сделал по отношению к тебе. А сейчас я узнал о делишках тех братьев…

— Тебя ненавидеть, потому что ты быть слишком идеальный. А люди не любить такой человек. Они лучше обратить внимание на кого-то, кто заниматься ужасный дело. Те трое поначалу ладить с тобой, но потом перестать. А ситуация со мной все усугубить. Они не полюбить меня и считать, что ты быть обязан быть с другой девушка. С девушка, которая быть истеричка и устраивать истерика почти каждый день.

— Теперь-то я прекрасно это понимаю.

— Поэтому ты и быть обязан забыть об участие в эта бездарный группа. И быть обязан прекратить играть на гитара и петь. Ты быть бездарный в этом деле. Это не есть твой стихия.

— Ох, не знаю… — тяжело вздыхает Даниэль и проводит руками по волосам. — Не знаю, может, ты и права… Ведь люди в Интернете придерживаются такого же мнения и считают, что мне лучше не заниматься этим.

— Я хотеть сказать еще раз, что совсем не хотеть обидеть тебя, — мягко отвечает Бланка и целует Даниэля в щеку своими сухими губами. — Por favor [106], не принимай близко к сердцу то, что я сказать.

Даниэль снова вздыхает с грустью во взгляде и уставляет взгляд вниз, рассматривая все, что у него под ногами и крепко сцепив пальцы рук. Бланка пару секунд наблюдает за ним, а затем приобнимает за плечи, гладит по щеке и поворачивает лицо мужчины к себе, придерживая его одной рукой.

— Ну, милый, не грусти, — с грустью во взгляде более высоким голосом просит Бланка. — Никто не хотеть сказать, что ты есть бездарный. Просто люди дать тебе понять, что это есть не то, что тебе подходить. Когда все говорить, что ты не мочь это делать, значит, ты быть обязан прислушаться и обратить внимание на что-то другое. Есть столько всего интересного, и ты точно мочь выбрать то, что ты любить. То, что я любить.

— Наверное, я так и поступлю… — кивает Даниэль. — Попробую позаниматься чем-то еще и сделать все, чтобы мне это понравилось.

— Главное, чтобы я это одобрить.

Даниэль с легкой улыбкой нежно приобнимает Бланку, сильно расстроившись из-за ее слов. Испанка так или иначе задела его и причинила боль своей критикой относительно его увлечения. Впрочем, вспоминая о травле, которую якобы устроил Питер и его друзья, Перкинс решает, что Бланка абсолютно права и всего лишь пытается защитить его мужское достоинство, которое было сильно задето, и спасти от позора и неудач.

— Ну ладно тебе, Даниэль, не надо так расстраиваться, — мягко просит Бланка и нежно гладит Даниэля по щеке. — Это не есть плохо, что ты попробовать что-то и понять, что это не есть твое. Просто пробуй еще что-то и узнавай, как ты это делать. Рано или поздно ты обязательно находить то, что ты любить и делать лучше всего.

— Я и не расстраиваюсь… — низким голосом неуверенно врет Даниэль, поглаживая Бланку по голове и смотря куда-то вдаль. — Все в порядке. Правда. Я уже давно все понял…

— Не переживай, querida [107], не переживай…

С этими словами Бланка медленно водит рукой по груди Даниэля, уставив взгляд куда-то вдаль и думая над чем-то очень важным для нее. А немного успокоившись, мужчина отстраняется от девушки спустя какое-то время и скромно улыбается ей так, словно он абсолютно согласен с ней. Перкинс заботливо поправляет ей волосы и не сводит взгляд с глаз девушки, продолжая убеждать себя в том, что может что-то к ней испытывать или же полюбить ее рано или поздно. Иностранка же не прекращает улыбаться и пристально смотрит брюнету в глаза, будто пытаясь подчинить его себе, хотя она и выглядя как та, что влюблена в этого человека. Через несколько секунд Даниэль решает первый раз за все это время проявить инициативу, уверенно берет лицо Бланки в руки и без всяких колебаний вовлекает ее в нежный поцелуй. Испанка хоть и немного теряется, но потом с удовольствием отвечает на этот жест, приобняв Перкинса за плечи, водя рукой по его предплечью и позволяя ему контролировать процесс.

Довольно быстро поцелуй становится более страстным и глубоким. Хотя удовольствие испытывает только Бланка. Пока Даниэль лишь внушает себе, что испытает какие-то чувства к этой девушке. Ему очень хочется верить, что эта девушка говорит правду. А обида на своих друзей – одна из вещей, которая управляет им и заставляет забыть обо всем, что он чувствовал ранее. О том, что первое время с радостью принимал помощь от близких ему людей… Как только страсти накаляются, Даниэль медленно отстранятся от губ Бланки и почти сразу начинает покрывать ее шею нежными поцелуями, заставляя ту буквально сходить с ума от удовольствия, не совсем понимая, что он делает, и просто позволяя каким-то инстинктам сделать свое дело. Девушка не сдерживает своих чувственных стонов или так или иначе извивается, нежно царапая его спину ногтями или просто поглаживая ее, с легкой улыбкой на лице вдыхая запах его кожи и мягко прикусывая ему ухо.

А вот Перкинс вообще ничего не чувствует. Даже никакого намека на что-то приятное и светлое. Он просто продолжает целовать Бланку и ласкать ее, как будто снимается в кино и играет в сцене, в которой требуется поцеловать девушку. Впрочем, сейчас, когда Даниэль держит ситуацию под своим контролем, ему не так уж и противно делать все, что он сейчас делает. А видя, что все получается как-то само собой, он становится увереннее в себе и решает показать иностранке, как она должна целовать его, чтобы ему понравилось. Ну или хотя бы так, чтобы не вызывать у него желание прочистить желудок…

Через некоторое время Даниэль отстраняется от Бланки и смотрит на нее без эмоций во взгляде, пока та улыбается до ушей и немного тяжело дышит от приятного волнения. Он пытается разобраться в своих чувствах и понимает, что… Их нет ?! Даже если мужчина довольно страстно целовал и обнимал девушку, ему не удалось прочувствовать что-то особенное. Только лишь пустоту. Ничего из того, что он слышал ранее. Никакой приятной дрожи по всему телу, никакого волнения, никакого притяжения, никаких проблем с дыханием, никакого учащенного сердцебиения… Ничего ! Но, по крайней мере, на этот раз Даниэль полностью контролировал поцелуй и заставлял Бланку подчиняться ему. Испанка же ощущает сильное сердцебиение, едва дышит и широко улыбается, смотря на Перкинса влюбленными глазами, полные яркого блеска.

— Oh, querida [108]… — с широкой улыбкой низким, слегка дрожащим голосом произносит Бланка. — Даниэль… Это… Это быть так великолепно ! ¡Perfecto beso[109]! Я… Я просто не иметь слов, чтобы сказать, какой он есть замечательный…

— Мне тоже очень понравилось, — с немного натянутой улыбкой врет Даниэль, мягко гладит Бланку по щеке и заправляет за ухо ее прядь волос.

— Боже… Ты быть… Ты быть просто бесподобный ! Это есть то, чего я ждать от тебя! — Бланка мягко берет лицо Даниэля в руки. — Я же говорить, что ты целоваться просто идеально! Ты всегда знать, как сводить меня с ума.

— Даже если я не особо понимал, что делать?

— Ты знать все, mi amor [110], — уверенно отвечает Бланка. — Ты точно знать, как целовать меня и доставлять удовольствие.

— Я рад, что тебе понравилось.

— ¡Oh, mi amor[111]! — Бланка закидывает руки вокруг шеи Даниэля и обнимает его так крепко, что она сдавливает все его внутренности, не скрывая своей широкой улыбки. — ¡Te quiero, mi vida, eres la mejor! Soy feliz contigo, Daniel. ¡Mucho, mucho! [112]