— Коннор, заткнись! — повышает голос Терренс.

— Да, Перкинс… — злостно ухмыляется Блейк и с презрением смотрит на Даниэля. — Знал я, что в тебе есть что-то подозрительное… Ты все время пытаешься строить из себя крутого и выпендриваешься перед другими. Хотя на самом деле ничего из себя не представляешь.

— Как будто ты сделал в своей жизни что-то полезное, — бубнит себе под нос Питер.

— Кстати, а что тебе сделал Роуз, раз ты так ненавидишь его и довел до самоубийства? Может, расскажешь нам? Поклонникам группы, которые считают тебя тварью? — Блейк замолкает и хлопает себя по лбу. — Ах да, я забыл, что ты ни черта не помнишь! Но не переживай. Другие все помнят. Все , Перкинс. Каким бы ангелочком ты ни был, рано или поздно вся твоя гнилая натура выйдет наружу.

— Значит, я все-таки виноват? — неуверенно спрашивает Даниэль.

— Ну это тебе лучше знать. И твоим дружкам, которые прекрасно знают, что происходило между тобой и Роузом. Но которые явно не хотят признаться во всем.

— Вот еще одно подтверждение! — Даниэль резко бросает хмурый взгляд на Терренса, Питера и Эдварда. — Вы врете мне! Этот парень говорит, что я сделал это, а вы – что нет!

— Даниэль, не слушай его! — тараторит Питер. — Этот сопляк врет !

— Эй, Роуз, а почему ты защищаешь его? — недоумевает Блейк, расставив руки в бока. — Он же чуть не убил тебя! У самого что ли амнезия? Забыл, что тебя смешивали с грязью? Унижали, оскорбляли… И в итоге довели до попытки самоубийства! Или же ты такой бесхарактерный, что готов простить его за все оскорбления, унижения и фотографии с ужасными подписями о тебе?

— Это ложь , Коннор! Даниэль не имеет никакого отношения к произошедшему! И если так сильно хочешь знать, то он никогда не делал того, что ему приписали.

— Не бывает дыма без огня, блондин. Во всем есть доля правды. Раз кто-то заговорил об этом, значит, тот, кто напрочь все забыл, имеет отношение к тому, что ты хотел сдохнуть.

— Я не собираюсь рассказывать тебе о причинах, по которым пошел на это. Единственное, что я могу сказать, – это то, что Перкинс ни в чем не виноват. Ребята это прекрасно знают, и мы будем стоять на своем до самого конца.

— Вам уже никто не поверит. Народ узнал все об этом человеке и о том, кто причастен к попытке Роуза покончить с собой.

— Что ты от нас хочешь, Коннор? — сухо спрашивает Эдвард. — Что нам, твою мать, сделать, чтобы ты отвалил от нас и прекратил все это?

— От вас мне ничего не нужно, клоуны. Я просто хочу, чтобы люди знали правду. Правду о том, что происходит с вами на самом деле. Чтобы вы прекратили отрицать явное и наконец-то во всем признались. И выгнали Перкинса из группы, если вы собирайтесь продолжать выступать.

— Мы честны перед своими фанатами и ничего не скрываем, — спокойно говорит Терренс.

— Нет, МакКлайф, вы как раз врете, спасая задницу Перкинса от позора. Правда я до сих пор удивляюсь почему. Этот мудак так подставил вас и всех, с кем вы работайте, а вы еще и защищайте его. Умно, звездочки, умно.

— Ну раз ты так хорошо знаешь всю эту историю, тогда сам расскажи, что произошло на самом деле, — спокойно говорит Даниэль. — Раз уж эти трое все отрицают.

— А что рассказывать? — округляет глаза Блейк. — То, что вы с Роузом собачились как кошка с собакой? Что он страдал от унижений крутого парня, который неоднократно угрожал убить его, избивал и явно жутко завидовал, что фанаты так сильно любят Роуза? Или рассказать о том, что ты не умеешь петь и с трудом делаешь это вживую? То, что вы оба притворяйтесь на публике, что у вас отличные отношения и даже пытайтесь шутить друг над другом и смеяться? Или же то, что ты мечтал выйти сухим из воды, узнав о попытке Роуза сдохнуть? Не хотел, чтобы все обвинили тебя в доведении блондина до самоубийства!

— Закрой свой грязный рот, сопляк! — грубо требует Терренс, сжав руки в кулаки.

— И надеясь избежать позора, ты начал делать вид, что глубоко шокирован тем, что сделал Роуз. — Блейк с тихой ухмылкой мотает головой. — Ты отправился вместе с МакКлайфом-старшим в больницу, куда привезли блондина. И мне известно, что присоски МакКлайфа с вами тогда не было… Не очень-то спешил поддерживать своих друзей.

— Меня с ними не было, потому что я узнал об этом уже после того, как они сходили в больницу, — грубо отвечает Эдвард.

— Это ты Перкинсу как-нибудь расскажешь. Меня это не волнует, да и речь сейчас не о тебе.

— Говоришь, что я поехал в больницу, в которую привезли этого парня? — слегка хмурится Даниэль.

— Типа того, — со скрещенными на груди руками кивает Блейк. — И должен признаться, что ты – неплохой притворщик. Ты так правдоподобно изобразил испуг и тревогу! Браво, чувак, я снимаю перед тобой шляпу! Актеришка из тебя вышел бы неплохой ! Может, даже смог бы затмить самого Терренса МакКлайфа.

— И я был в больнице вместе с ним ? — Даниэль указывает рукой на Терренса.

— Ага, — Блейк тихонько усмехается. — Вот как сильно ты хотел прикрыть свою задницу! Был готов усердно притворяться, лишь бы не стало известно, кто довел Роуза до такого состояния. Думал, что никто не узнает о твоем обмане! Но нет! Про известных людей знают все ! Как бы усердно ты ни отрицал все обвинения. Как бы усердно тебя ни защищали твои дружки и ваша команда менеджеров.

— Черт, значит, это правда …

— И кстати, твое отношение к Роузу не изменилось даже после попытки убить его. Не угомонился и продолжил оскорблять его за спиной! Все началось с самого начала, и блондин снова был вынужден терпеть все твои выходки.

— Заткнись, Коннор! — чуть повышает голос Питер, не скрывая своего раздражения. — Просто заткни свой рот, мелкий прыщавый паразит!

— Да, Перкинс, однажды кто-то из поклонников даже сделал скриншот фотографии, под которой ты ясно дал понять, что до сих пор ненавидишь Роуза. Правда потом вспомнил, что совершил ошибку. Что ты должен заставлять публику верить в дружеские отношения Пителя, удалил фотку и перезагрузил ее уже с другой подписью.

— Пителя?

— Вашу сладкую парочку часто так называют. Да и вообще я слышал о многих, так называемых, пейрингах.

— Пейрингах?

— Да, я слышал еще и про Тедвард, Перренс, Пидвард, Терриэль, Дандвард… Среди любовных парочек есть такие пейринги, как Текель, Эталия, Хетер, Аннаэль… Фанаты просто берут все ваши имена и соединяют их вместе. По-моему, у вашей четверки тоже было какое-то имя, но что-то забыл его.

— Ясно…

— Только вот никто не знает, что, по крайней мере, Питель – не такой уж и дружный пейринг. А после того, что народ узнал про тебя, они вообще решат, что Пителя не существует.

Питер, Эдвард и Терренс едва сдерживают себя, чтобы не напасть на Блейка прямо на глазах у людей, а Даниэль все больше начинает верить, что его друзья лгут ему. Правда им больше одержимо не разочарование в этих парнях, а желание отгородиться от них и отказаться от помощи, ибо ему жутко стыдно перед ними за то, что никогда не случалось.

— Слушай, прыщавый сопляк, тебе не кажется, что ты очень много говоришь и постоянно суешь свой слишком длинный нос в чужие дела? — грубо спрашивает Эдвард. — Отвали ты от нас! Хватит трепать нам нервы! Мы уже устали от тебя! Ус-та-ли!

— А что такого? — невинно улыбается Блейк. — Перкинс просил рассказать ему правду – я сделал это.

— Это не правда, а ложь! Самая настоящая ложь!

— Вы не сможете доказать это.

— Не суй свой нос в наши дела и лучше иди развлекайся со своими подружками! Трахни кого-нибудь! Делай что хочешь, только оставь нас в покое!

— А ты, МакКлайф, завидуешь ? — хитро улыбается Блейк. — Завидуешь, что я свободен и могу трахаться с любой понравившейся мне девчонкой. А вот тебе это будет запрещено, поскольку очень скоро ты не будешь холостым парнем. Как и твой братец.

— В отличие от тебя я спал только с теми, с кем встречался. А ты трахаешь всех подряд! Любую, кто скажет одно лишь « я хочу тебя »!