— Черт, только не говорите, что у вас тоже что-то произошло. — Терренс резко выпрямляется и слегка хмурится, смотря на Питера и Эдварда. — И да, объясните-ка мне, почему ваши красавицы такие грустные.

— Ты это о чем? — слегка хмурится Эдвард.

— Я вчера встретил Наталию и Хелен в том кафе, в котором разговаривал со Стивеном.

— Ты встретил Наталию?

— Да, я видел ее.

— Надо же… А она мне не говорила…

— Мы с девчонками как раз обсудили поведение Ракель. Я думал, что они что-то знают, но ни одна из них не смогла что-то сказать. Она даже своим подругам ничего не говорит. Не только своему собственному жениху.

— Вот как…

— Кстати, мне показалось, что Хелен тоже была очень странная. Мало говорила, выглядела какой-то напряженной… Я спросил Наталию об этом, когда Маршалл ушла поговорить с кем-то по телефону, но Рочестер тоже не могла ничего понять. Хотя и видела , что с ее подругой что-то не так.

— А на то есть причина… — с грустью во взгляде тихо признается Питер.

— Вы поругались?

— Не совсем, но… Можно и так сказать…

— В смысле? — слегка хмурится Эдвард. — У вас что-то случилось?

— Понимайте, ребята… — Питер проводит рукой по своему немного усталому лицу. — Просто я на днях разговаривал с миссис Маршалл, бабушкой Хелен… И она рассказала мне кое-что о ее родителях…

— Что?

— Родители Хелен отказались от нее после рождения.

— От Хелен отказались родители?

— Сама Хелен не знала этого, но была в шоке, когда подслушала наш разговор. В котором миссис Маршалл рассказала мне всю историю ее отца и матери.

— Хочешь сказать, что именно поэтому Хелен и ведет себя так? — удивляется Терренс.

— Именно! Хелен наотрез отказывается заботиться о Сэмми, который очень скучает по ней и страдает. Да и меня не подпускает к себе.

— Не хочет разговаривать?

— Не просто не хочет. Хелен решила спустить на меня всех собак и винит меня во всех грехах.

— Ты это серьезно? — широко распахивает глаза Эдвард.

— Хелен буквально возненавидела меня за то, что я всего лишь хотел позволить ей и миссис Маршалл самим разобраться во всем. Я невольно оказался втянутым в эту историю и стал виноватым. Просто пообещал ничего не говорить, а она едва ли не записали меня в списке предателей.

— Но это же глупо ! Ты ни в чем перед ней не виноват!

— Да, но она обращается со мной так, словно я предал ее.

— Так была шокирована новостью про своих родителей, что начала говорить черт знает что?

— Скорее всего. Я понимаю, что она немного не в себе и может говорить что угодно. Но с другой стороны, мне ужасно обидно. Обидно, что эта девушка так обращается со мной в то время, когда я готов горы свернуть ради нее. Пойти на все, чтобы она была счастлива.

— И как давно она ведет себя подобным образом? — спрашивает Терренс.

— Где-то дня три-четыре… А пару дней назад, когда я пришел к ней домой, чтобы еще раз поговорить с ней, она вообще выставила меня и Сэмми из своей комнаты. Перед этим снова полила грязью, отдубасила со всей силы и дала пинок под зад с криками: « Проваливай из моего дома! ».

— Ничего себе… — качает головой Терренс.

— Прости, что я это говорю, Питер, но Хелен реально сошла с ума, — уверенно говорит Эдвард. — Как она могла так поступить? Какая муха ее укусила?

— Не знаю, парни, — с грустью во взгляде тихо выдыхает Питер. — Я чувствую себя будто бы оплеванным . Если бы не мое отношение к ней, я бы уже давно послал ее к черту. Но понимаю, что должен быть с ней. Я люблю ее и многим ей обязан. Даже если она буквально забыла обо всем, что между нами было, я заставляю себя терпеть.

— Нам правда очень жаль, чувак. — Эдвард хлопает Питера по плечу. — И мы не понимаем ее поступков.

— Да уж… — резко выдыхает Терренс. — Мы так надеялись на эту девчонку! Думали, что ты будешь счастлив с ней. А она вот что выкинула!

— Мне и самому не верится… — качает головой Питер. — Все было так хорошо, а тут ее понесло… Ладно бы я реально был виноват. Но я не делал ей ничего плохого! Всего лишь решил не вмешиваться в дела ее семьи и заботиться о миссис Маршалл, которая начала плохо себя чувствовать из-за переживаний. Из-за того, что Хелен презирает и игнорирует ее.

— Значит, эта женщина тоже у нее виновата? — удивляется Эдвард.

— Именно. — Питер бросает короткий взгляд в сторону. — Не знаю… Я думал, она успокоится на следующий день и поймет, что поступила глупо. Но ничего не меняется… А я решил больше не пытаться. Все равно она не станет меня слушать. Надает мне кучу тумаков и обвинит в том, чего я не делал… Пока что я не вижу никакого выхода, кроме как на время, грубо говоря, послать Хелен к черту и заботиться о ее бабушке и Сэмми. Делать все, чтобы он не чувствовал себя одиноким и брошенным.

— Знаешь, Пит, это немного напоминает мне ситуацию с Ракель, — задумчиво признается Терренс. — В свое время Мистер Кэмерон долгое время скрывал от нее смерть ее родителей. А когда она узнала, то злилась на него и не разговаривала с ним. Кэмерон даже сбежала из дома, но была быстро найдена полицией. Благо, эта ситуация разрешилась сама собой, когда Ракель немного успокоилась и поняла, что ее дедушка всего лишь хотел уберечь свою внучку от потрясений.

— Я тоже думал об этом. Да и бабушка Хелен также считает. Однако Ракель не вела себя так, как ведет себя Хелен. Вряд ли эта девушка позволяла себе оскорблять, унижать и даже дубасить кого-то.

— Верно, но мистеру Кэмерону в свое время тоже пришлось настрадаться из-за поведения его внучки.

— Но с другой стороны, девчонок можно понять, — задумчиво отвечает Эдвард. — Да, их хотели уберечь от правды и ради этого все время лгали. Но рано или поздно правда всплыла бы наружу. Ракель бы узнала о смерти своих родителей, а Хелен пришлось бы принять то, что она не была нужна отцу и матери.

— Да, а в каком смысле они отказались от Хелен? — уточняет Терренс. — Ее родители просто отдали девочку миссис Маршалл и отказались воспитывать ее?

— Не совсем, — спокойно говорит Питер. — Ее отца заставили забыть о ребенке и отправили учиться за границу по воле семьи. А мать вообще хотела сделать аборт. Когда этот мужчина бросил ее, она сказала, что ей не нужен ребенок. Даже несмотря на то, что ее родители обещали помочь ей.

— Ну раз ее папаша не захотел бороться со своей семьей, значит, ребенок ему и правда не был нужен, — уверенно отвечает Эдвард. — Наверняка мать Хелен нужна была ему лишь для развлечения. А как узнал, что она беременна, то быстренько смылся.

— Они были подростками, когда у них родилась Хелен.

— Подростками?

— Да, матери Хелен было шестнадцать, когда она узнала о беременности, а ее отцу – семнадцать. Если семья отца плохо отреагировала на новость о ребенке и сделала все, чтобы разлучить его с дочерью, то семья матери сразу сказала, что будет помогать воспитывать ребенка.

— И аборт она хотела делать, потому что не была готовой к материнству? — интересуется Терренс.

— Да, но тот факт, что ее бросил отец этого ребенка, тоже повлияло на это. Однако бабушка и дедушка Хелен тут же отговорили ее от аборта и заставили рожать. Они думали, что их дочь рано или поздно проникнется любовью к ребенку, но нет… Ничего не изменилось… Ее мать отказалась от своей маленькой девочки и вскоре вообще куда-то ушла. Так спряталась, что даже полиция не смогла найти ее.

— И они до сих пор не объявились?

— Увы. Ни отец, ни мать. Но вряд ли они погибли… Учтивая возраст Хелен, им должно быть чуть больше сорока лет.

— Ох, бедняжка… — с грустью во взгляде качает головой Эдвард. — Хоть Хелен поступила с тобой ужасно, мне все равно ее жаль . Она ведь могла бы не родиться, если бы не вмешались ее бабушка с дедушкой.

— Я прекрасно понимаю, что она чувствует, понимая, что не нужна своим родителям, — спокойно говорит Терренс. — Но Хелен не стоит сердиться и отталкивать всех от себя. Она должна быть благодарна бабушке и дедушке за то, что ей буквально дали ей жизнь. Мать точно бы не позволила ей родиться. Не сделала бы аборт – так спровоцировала бы выкидыш. Если она так не хотела этого ребенка…