***
«Еще один шаг – и ты получишь ее окровавленное тело по частям! — во весь голос вскрикивает Саймон, приставив к голове Ракель пистолет, пока она ошарашенными глазами, сильной тряской, неописуемым страхом и холодом, пронзающим ее тело, временами всхлипывает и пытается вырваться.
«Отпусти ее, Рингер! — грубо требует Терренс, будучи вынужденным стоять на месте с приподнятыми руками. — Отпусти сейчас же!»
«Я оценил твои усилия и в очередной раз убедился в том, что ты – псих. Но тебе придется признать, что ты проиграл. Что ты больше никогда не увидишь свою красотку. Которую сам же бросил.»
«Я сказал, ОТПУСТИ ЕЕ!»
«СТОЯТЬ НА МЕСТЕ, УБЛЮДОК! — выкрикивает Саймон и резко направляет пистолет на Терренса, когда тот делает шаг вперед. — ИЛИ МНЕ ПРИДЕТСЯ ГРОХНУТЬ ТЕБЯ ПЕРВЫМ!»
«Не выводи меня из себя, Саймон. ТЫ УЖЕ И ТАК ДОСТАТОЧНО РАЗОЗЛИЛ МЕНЯ!»
«Нет, мой дорогой, еще не совсем… Ты сам сдохнешь от злости, если я что-нибудь сделаю с этой красавицей.»
«Если ты хоть пальцем ее тронешь, тебе конец! КЛЯНУСЬ, УБЛЮДОК!»
«Пожалуйста, Саймон… — раздается тихий, дрожащий голос Ракель, которая выглядит заплаканной и бледной от потрясения. — Не делайте глупости…»
«Ах, дорогая… — с широкой улыбкой произносит Саймон, который потихоньку начинает сходить с ума и думать, что Ракель – его любовь и ее мать Элизабет. — Как же ты похожа на свою маму… Прямо как две капли воды… Ты как будто спустилась с небес на землю, чтобы снова быть со мной…»
Саймон заглядывает в испуганные, широко распахнутые глаза Ракель, которыми он искренне восхищается, пока она сильно трясется и тихонько плачет от осознания своей беспомощности.
«Глаза точно такие же, как и у Элизабет… — низким голосом говорит Саймон и поправляет волосы Ракель своим пистолетом, пока ее глаза еще больше расширяются, и она резко мотает головой. — Ах… Красавица… Вот что значит – взять все самое лучшее… Я понимаю, почему столько мужчин во всем мире сходят по тебе с ума.»
Саймон прижимает бледную от страха Ракель к себе, крепко обняв ее за талию, и пытается поцеловать ее шею, пока та рьяно противится, отталкивая своего обидчика, пытаясь вырваться и отворачиваясь с громкими всхлипами.
«Нет, Саймон, нет! — отчаянно сопротивляется Ракель. — Нет, не надо! Нет! НЕТ!»
«А может, ты и есть Элизабет? Может, ты все-таки вернулась ко мне? Поняла, что будешь счастлива лишь со мной…»
С этими словами Саймон просовывает свободную руку под простую тонкую майку Ракель и своей сухой рукой водит по ее животу, пока та отчаянно сопротивляется со слезами на глазах.
«НЕ НАДО, ПОЖАЛУЙСТА! — отчаянно вскрикивает Ракель. — НЕТ! САЙМОН, НЕ НАДО!»
«НЕМЕДЛЕННО ОТПУСТИ ЕЕ, ГРЯЗНОЕ ЖИВОТНОЕ! — во всю глотку выкрикивает Терренс, сжимая руки в кулаки так, что его костяшки белеют, и будучи одержимым сильным приступом злости, который Саймон провоцирует с большим удовольствием. — УБЛЮДОК! У ТЕБЯ КРЫША ПОЕХАЛА! НЕ СМЕЙ ТРОГАТЬ РАКЕЛЬ ХОТЬ ПАЛЬЦЕМ!»
«Лучше проваливай, пока я не выстрелил тебе в голову, — грубо требует Саймон.
— Я НИКУДА БЕЗ НЕЕ НЕ УЙДУ!
— ОНА МОЯ, ДЖЕКСОН! МОЯ! ТЫ ПОТЕРЯЛ ЕЕ! ЭЛИЗАБЕТ ПРИНАДЛЕЖИТ ТОЛЬКО МНЕ! ВСЕГДА ПРИНАДЛЕЖАЛА!»
«ОНА НЕ ЭЛИЗАБЕТ! ПРИДИ В СЕБЯ, БОЛЬНОЙ МУДАК!»
Терренс хочет снова предпринять попытку освободить Ракель, которая истошно кричит и пытается вырваться из рук противного ей человека со слишком гнилыми зубами и далеко не свежим дыханием. Однако стоит мужчине сделать один шаг, как Саймон тут же нацеливает на него свой пистолет под крик ошарашенной девушки.
«ЗАТКНИСЬ И НЕ ДВИГАЙСЯ! — во весь голос ревет Саймон, буквально просверливая в голове Терренса дырку. — А иначе ты сдохнешь раньше, чем эта девчонка!»
«Ты не посмеешь ее тронуть! — грубо заявляет Терренс. — Если ты хочешь получить Ракель, тебе придется убить меня!»
«И я убью! С БОЛЬШИМ УДОВОЛЬСТВИЕМ!»
«НЕТ! — с мокрыми, широко распахнутых глазами вскрикивает Ракель, очень тяжело дыша и буквально задыхаясь от слез. — НЕ СТРЕЛЯЙТЕ В НЕГО!»
«Ты будешь со мной, Элизабет. Раз этот ублюдок Джексон не хочет отдавать тебя по-хорошему, то мне придется убить его.»
«НЕТ! НЕ УБИВАЙТЕ ТЕРРЕНСА! Я НЕ СМОГУ ЖИТЬ, ЕСЛИ С НИМ ЧТО-ТО СЛУЧИТСЯ!»
«Теперь ты будешь со мной, дорогая, — сладостно-тошнотворным голосом говорит Саймон, целует Ракель в щеку своими сухими, шершавыми губами, заставляя ее сдерживать приступ тошноты, вызванный запахом из его рта. — Элизабет… Моя Лиззи… Ты вернулась ко мне… Вернулась…»
«ЭТА ДЕВУШКА ТОЛЬКО МОЯ! — во весь голос вскрикивает Терренс. — И БОЛЬШЕ НИЧЬЯ!»
«Ты ее бросил, Кэмерон! Не выдержал испытания и потерял свою невестушку. Так что теперь у тебя нет никакого права заявлять, что она твоя.»
«НЕ БЕСИ МЕНЯ, БОЛЬНОЙ МУДАК!»
«Лучше закрой свою пасть и проваливай! А иначе я грохну тебя и закопаю твой труп прямо здесь.»
«НЕТ! — отчаянно вскрикивает Ракель. — НЕ ДЕЛАЙТЕ ЭТОГО! НЕТ!»
«Как же я счастлив, что ты снова принадлежишь мне… — Саймон свободной рукой проводит по животу Ракель и больно сжимает ей грудь, пока та со слезами на глазах истошно кричит и пытается вырваться. — Больше никто не сможет разлучить нас. Ты моя, Лиззи… Моя… Я ждал тебя… Ждал все эти годы… Ждал, когда ты поймешь, кто будет любить тебя…»
«Пожалуйста, Саймон, ПОЖАЛУЙСТА! НЕ НАДО! НЕТ! ОТПУСТИТЕ МЕНЯ!»
«Ты больше никогда не будешь с Джексоном, детка. Он бросил тебя… Потому что ты все еще думаешь обо мне… Так и не смогла забыть, какое удовольствие я умел доставлять…»
«ВЫ ПРОСТО РЕХНУЛИСЬ! — Ракель резко вырывается из крепкой хватки Саймона и пытается убежать от него куда подальше. — РЕХНУЛИСЬ!»
«Не двигайся, красотка! — Саймон мгновенно прижимает Ракель к себе, крепко сжав ей подбородок, и приставляет пистолет прямо ко лбу. — НЕ ДВИГАЙСЯ! ТЫ НИКУДА ОТ МЕНЯ НЕ УЙДЕШЬ!»
«НЕ ТРОГАЙТЕ МЕНЯ, НЕ ТРОГАЙТЕ! — истошно кричит Ракель, пытаясь убегать от Саймона. — НЕТ!»
«Или ты будешь со мной, или же умрешь, не доставшись никому! — грубо бросает Саймон. — ОСОБЕННО ЭТОМУ МЕРЗКОМУ УБЛЮДКУ ДЖЕКСОНУ, КОТОРЫЙ УКРАЛ ТЕБЯ У МЕНЯ!»
Саймон резко срывает с Ракель джинсовую куртку, швыряет ее в сторону, задирает женскую майку и уверенно просовывает руку под нее. Девушка с трудом вырывается и некоторое время убегает от него с истошными криками, но вскоре оказывается пойманной ее противником и прижатой к его телу.
«НЕТ, НЕТ! — истошно кричит Ракель. — НЕТ! НЕТ! ПОМОГИТЕ! НА ПОМОЩЬ! ПОМОГИТЕ!»
«Не двигайся, сучка! — грубо бросает Саймон и уверенно просовывает свободную руку в джинсы и нижнее белье Ракель. — НЕ ДВИГАЙСЯ, БЛЯТЬ!»
«ХВАТИТ, ПОЖАЛУЙСТА! — кричит так громко, как никогда в жизни Ракель и с жалостью смотрит на Терренса, стоящий на одном месте и со злостью в глазах смотрящий на Саймона. — ТЕРРЕНС! ТЕРРЕНС, ПОЖАЛУЙСТА, ПОМОГИ МНЕ! УМОЛЯЮ! Я НЕ ХОЧУ УМИРАТЬ!»
«Здесь нет никакого Терренса. Мы здесь совершенно одни. Никто не помешает нам вспомнить старые времена, когда мы возбуждались благодаря бешеной страсти.»
«ТЕ-Е-ЕРРЕ-Е-ЕНС! СПАСИ МЕНЯ! УМОЛЯЮ! ТЫ НУЖЕН МНЕ! КАК НИ-И-М-М-М-М…»
Ракель не договаривает, потому что Саймон резко закрывает ей рот и крепко прижимает ее к себе.
«ЗАТКНИСЬ СЕЙЧАС ЖЕ! — шипит Саймон и резко прижимает трясущуюся от огромного страха Ракель к себе, пока та громко мычит и широко распахнутыми глазами смотрит на пистолет возле ее лица. — ТЫ ВСЕ РАВНО БУДЕШЬ МОЕЙ!»
Несмотря на ее ярое сопротивление, Саймон сразу же начинает целовать Ракель в губы, пытаясь как можно глубже просунуть язык в ее рот и заставляя ее желать прочистить желудок. Ее тело буквально бьется в конвульсиях, пока его рука грубо сжимает ей грудь, ласкает оголенный живот и пытается проскользнуть в нижнее белье. Мужчина не обращает внимания на истошные крики девушки и крепко прижимает ее к себе, все еще держа пистолет в другой руке и приставляя его дуло к ее виску.
