— Э-э-э… — Мия молчит несколько секунд, потирая дрожащие руки, пока ее глаза бегают из стороны в сторону, а затем она на секунду опускает глаза вниз и снова поправляет очки. — Да… Да… Ты… Сделал ей предложение…
— Ты видела это?
— Бланка сама сказала. Правда это пока что только на словах. Ты… Не успел сделать ей предложение официально .
— То есть?
— Ты пока что не дарил ей кольцо, а просто предложил пожениться на словах.
— Вот как!
— Но моя сестра сказала, что ты скоро подаришь ей кольцо… Самое красивое и самое лучшее… Бланка мечтает о самом дорогом кольце с бриллиантом… И буквально спит и видит себя, одетую в шикарное свадебное платье. Хочет чувствовать себя как принцесса… Насмотрелась всяких сказок в детстве и бредила подобной свадьбой…
— Понятно… — Даниэль на пару секунд задумывается, бросив взгляд в сторону. — А ты как сама относишься к Бланке? Ты так боишься ее, как будто она постоянно делает тебе что-то плохое…
— О нет, я люблю свою сестру… — тихим голосом отвечает Мия, полными испуга округленными глазами смотря на Даниэля. — Не сказать, что я готова глотку перегрызть ради нее… Просто… Отношусь к ней ровно, помня, что она – член моей семьи. Мама с папой просят нас с Бланкой любить и уважать друг друга. И, по крайней мере, я не могу огорчить их.
— А Бланка извиняется, когда она делает что-то плохое?
— Да, но только под давлением родителей. Сама она очень редко признает свою вину. Для нее добровольно сказать « прости » – это удар ниже пояса, так скажем.
— Надо же…
— Бланка… Довольно хитрая … Умеет перевернуть все в свою пользу… Хотя мои родители видят ее насквозь и знают, что она может учудить.
— Понятно…
В воздухе на пару секунд воцаряется тишина, во время которой Даниэль, слегка нахмурившись, рассматривает свои руки.
— Кстати, Бланка сказала, что ты переводишь на испанский то, что она не понимает на английском, — задумчиво говорит Даниэль.
— Да, иногда мне приходится быть ее переводчиком, — кивает Мия. — И вообще – быть у нее на побегушках. Как я уже сказала, если у сестры какие-то проблемы, она заставляет меня решать их.
— А она и правда ленится практиковать английский?
— Да, Бланка ужасно ленивая. Благо, родители смогли хоть что-то ей объяснить, и она хотя бы обладает неплохим словарным запасом. Ее главная проблема – грамматика и пунктуация. Она не знает правила, делает кучу ошибок в словах, неправильно произносит что-то… И порой люди не понимают ее.
— Она никогда не говорит в прошедшем или будущем времени.
— Верно… И я не уверена, что сестра смогла бы начать говорить так же хорошо, как и мы с родителями, даже если бы захотела. У Бланки в одно ухо влетает, а из другого – вылетает.
— Если бы у нее не проскакивали испанские слова, я бы сказал, что она говорит сносно. Хотя у нее очень сильный акцент. И он… Если честно… Немного нервирует меня.
— Поверь, раньше все было гораздо хуже, и она вообще не знала и одного слова. Родители с трудом заставляли ее учить английский, а Бланка никак не хотела ничего запоминать. Даже на работу пошла только под их давлением.
— Кстати, когда Бланка была у меня в палате в больнице, к нам однажды подошел врач и начал ругать ее. Мол, если опять будешь лениться – уволю. И потом сказал, что на нее жаловались очень многие люди. Мол, Бланка грубая и невоспитанная и ужасно выполняет свою работу.
— Это правда. Ее начальник уже несколько раз предупреждал Бланку об этом, но она все равно продолжает делать то, что ей хочется. Я однажды разговаривала с одним из сотрудников той больницы, и мне сказали, что Бланка делает что угодно, только не работает. Захочет – пойдет обедать посреди рабочего дня. Захочет – зайдет в палату пациента и будет надоедать ему своей болтовней. А хочет – вообще не приходит и просто где-то гуляет целыми днями.
— И ее до сих пор не уволили?
— Чувствую, что скоро уволят. Терпение сотрудников на исходе. Хотя даже если ее и уволят, Бланка будет скрывать это от родителей, которые заставят ее найти другую работу. И хорошо, что она уже взрослая, и за ней не следят как в школе. А иначе бы мама с папой были бы в шоке от того, что она натворила на работе за короткий промежуток времени.
— Понятно… А ты где-то работаешь?
— Подрабатываю разносчицей пиццы в свободное время. А так я учусь в университете. Правда на следующий год хочу перевестись в другой. Сейчас очень много занимаюсь для того, чтобы хорошо подготовиться к этому.
— Понятно… А как долго вы с Бланкой и вашими родителями живете в этой стране?
— Где-то года три-четыре…
— Твои родители сказали, что они переехали сюда ради того, чтобы заработать побольше денег, но решили остаться, даже если им это не удалось.
— Это правда. А еще одна из причин – мое желание учиться в этой стране. Я всегда мечтала учиться здесь. Рассматривала много университетов, но в итоге остановила выбор на одном из тех, что находится в Нью-Йорке. Учусь здесь как иностранный студент…
— Ясно…
Мия слегка улыбается, чувствуя, что ей очень легко и приятно общаться с Даниэлем, который настроен к ней очень дружелюбно. Впрочем, сам мужчина придерживается абсолютно такого же мнения и считает общение с этой юной девушкой очень приятным. Более приятным, чем общение с Бланкой.
— Знаешь, Майя … — задумчиво, с легкой улыбкой произносит Даниэль. — Мне…
— Я – Мия, — мягко поправляет Мия.
— Ой, прости, Мия. Не обижайся, пожалуйста… Я пока что плохо запоминаю имена… Врач сказал, что это последствие травмы головы…
— Да, я понимаю. Не беспокойся.
— Я… Просто хотел сказать, что мне очень нравится с тобой разговаривать. Ты кажешься очень милой и скромной девушкой.
— Да и мне с тобой легко разговаривать, — скромно улыбается Мия. — Мне кажется, ты – очень хороший человек, Даниэль. Правда. Ты и правда не выглядишь так, словно готов кого-то убить.
— Рад это слышать, — с легкой улыбкой говорит Даниэль. — И должен признаться, что у тебя очень хороший английский. Я бы подумал, что разговариваю с его носителем, если бы не знал, что ты – испанка.
— Спасибо большое. Хотя я все еще продолжаю изучать его. Я пока не могу свободно общаться на английском.
— В любом случае у тебя хорошо получается.
— Приятно это слышать.
— И я бы сказал, что с тобой намного приятнее и интереснее общаться, чем с Бланкой.
— Почему?
— Не знаю… Просто… Она очень давит на меня, и я чувствую себя… Будто бы сжатым меж двух стен… Мне не удается выдохнуть с облегчением… Такое чувство, что меня душат …
— Я понимаю.
— Бланка вроде бы кажется милой, но… Есть в ней что-то, что мне не нравится… Что отталкивает меня от нее… Возможно, что как раз тот факт, что она сильно давит на меня…
— А может, тебе не стоило предлагать ей играть свадьбу?
— Проблема в том, что я не помню, как делал это, — неуверенно признается Даниэль. — Как будто это было сделано не мной…
— Даже… Смутно ?
— Вообще не помню. Я могу сказать, что мне знакомы некоторые вещи из тех историй, которые мне рассказывала твоя сестра. Но я не чувствую, что действительно пережил предложение руки и сердца.
— Прости, а что ты вообще чувствуешь к Бланке? — неуверенно спрашивает Мия. — Может, ты вообще не любишь ее? Вдруг ты находишься с ней, чтобы не обижать ее, зная, что она очень любит тебя?
Слова Мии несколько настораживают Даниэля, и он начинает подозревать, что эта юная девушка может что-то знать об истории его отношений с Бланкой. Ведь она говорит так, будто знает о делишках своей сестры, которая нагло обманывает мужчину.
— Не знаю, Мия… — качает головой Даниэль. — Но иногда мне кажется, что я и правда не люблю эту девушку… Меня совсем не тянет к ней… Когда Бланка целует меня, я хочу оттолкнуть ее. Что-то внутри меня буквально кричит о том, что это не то, что должно мне понравиться.
