— Интересно, что могло заставить ее так поступить? — слегка хмурится Хелен.

— Не знаю, Хелен… Но все это очень странно… И совсем не похоже на нее…

— А может, твой отец в какой-то степени прав, и Анна уже не чувствует к Даниэлю тех чувств, которые чувствовала раньше? — предполагает Ракель.

Сэмми негромко поскуливает, вслушиваясь в каждое слово девушек.

— Что, нет? — удивляется Ракель. — Но ведь должна же быть причина, почему наша подруга так поступила!

— А может, они просто поругались, и она до сих пор злится на него? — предполагает Хелен. — Вдруг между ними случилось что-то серьезное?

— Мы всегда знали, что Анна и Даниэль могли из-за чего-то поругаться, — задумчиво говорит Наталия. — Но их ссоры никогда не были серьезными, и они быстро обо всем забывали.

— И лично меня удивляет то, что Даниэль вообще мог забыть в том месте, где мы с Питером нашли его. Я не понимаю, как его могло туда занести!

— Это тоже интересно… Правда сейчас мы не сможем ничего выяснить, потому что у звезды этой истории амнезия.

— Да уж… — тихо вздыхает Ракель. — Сейчас мы бессильны и можем только ждать и помогать Даниэлю прийти в себя.

— Согласна, — задумчиво произносит Хелен. — Другого выхода пока что нет.

Сэмми негромко подает голос в тот момент, когда Наталия, Ракель и Хелен приходят в комнату блондинки. И пока пес с интересом осматривается вокруг, Маршалл, заправляя за ухо прядь своих коротких волос, забранных в пышный хвост, подходит к письменному столу и видит на нем какие-то рисунки, аккуратно сложенные в одну стопку.

— Ух ты, что это? — с легкой улыбкой спрашивает Хелен. — Боже, какие красивые наброски платьев…

— Где? — удивляется Ракель, подходит к столу и берет в руки один из эскизов платьев. — Надо же, какая красота!

— Наталия, неужели это наброски для свадебного платья?

— Да… — скромно отвечает Наталия и подходит к подругам. — Вчера вечером сидела дома и пыталась сделать наброски платья, которое я хочу. И пока что это все, что у меня получилось.

— Какие красивые эскизы… Просто чудесно !

Сэмми негромко подает голос, энергично виляя хвостом.

— Конечно, я не самый лучший художник и дизайнер, но думаю, это вполне сойдет, — задумчиво говорит Наталия. — Это то, чтобы мне хотелось увидеть в платье своей мечты. Если найду что-то похожее – хорошо. Если нет – буду делать на заказ.

— Нет-нет, подружка, не говори так, — качая головой, возражает Ракель. — Ты рисуешь потрясающе! Мне тоже очень нравятся эти наброски! Если бы ты стала дизайнером платьев, то я бы определенно покупала твои вещи.

— Я бы тоже, — уверенно говорит Хелен. — С удовольствием надела бы подобное платье.

— Мое идеальное свадебное платье примерно такое же.

— Мне еще нужно как-то совместить все мои идеи, — слегка улыбается Наталия. — Чтобы все идеально сочеталось.

— Да, подруга, похоже, родители многому тебя научили. У вас всех потрясающий вкус в одежде, а ты еще и здорово рисуешь.

— Лично я не считаю, что рисую хорошо, — посмотрев вниз и согнув руки перед собой, скромно отвечает Наталия. — Хотя я и люблю это делать.

— Шутишь? — удивляется Хелен. — Рочестер, да ты что! У тебя просто талант! Лично я бы не смогла и начать рисовать что-то подобное! Ты вполне могла бы быть художницей и продавать свои картины за большие деньги.

— Парни начали говорить то же самое после того, как ты помогла им придумать логотип группы, — уверенно отмечает Ракель.

— Может быть… — пожимает плечами Наталия. — Просто однажды набросала кое-что на листе бумаги после того, как услышала пожелания ребят. Они посмотрели, пришли в восторг и с большим удовольствием взялись за дело. И вот… Внеся некоторые изменения, у нас получилось то, что было доработано специальными людьми.

— Ты проделала отличную работу. Парни тогда остались абсолютно довольными.

— И поэтому мы не сомневаемся, что ваши с Ракель свадебные платья будут потрясающими, — уверенно говорит Хелен.

— Мы сделаем для этого все возможное, — широко улыбается Наталия. — Потому что хотим быть очень красивыми в этот день. Лично мне не терпится поехать в свадебный салон и примерить какие-нибудь особенно красивые платья.

— Не переживай, Рочестер! — восклицает Ракель, теребя свое помолвочное кольцо. — Мы с тобой выберем самые лучшие наряды! И сделаем все, чтобы МакКлайфы потеряли голову от нашей красоты.

— Я собираюсь свести Эдварда с ума.

— А я не дам Терренсу расслабиться.

Девушки скромно хихикают, а Сэмми, энергично виляя хвостом, уверенно подает голос. В какой-то момент Наталия широко улыбается, теребя свое помолвочное кольцо на левой руке и представляя себе то, как бы она выглядела в свадебном платье своей мечты в тот знаменательный день, когда она выйдет замуж за Эдварда и станет членом семьи МакКлайф.

***

Тем временем Терренс, Эдвард и Питер встретились со своим менеджером, Джорджем Смитом, позвонивший парням с утра пораньше и попросивший их приехать в агентство « DarkSideManagement », с которой сотрудничает « Against The System ». Впрочем, их это нисколько не удивило, и они были готовы к тому, что менеджер узнает о том, что произошло, и захочет потребовать объяснений.

— Парни, объясните мне, пожалуйста, что у вас происходит, — спокойно говорит Джордж, медленно наматывая круги перед сидящими на кожаном диване Эдвардом, Питером и Терренсом. — Я всего лишь на несколько дней уехал из Нью-Йорка по делам. А когда вернулся, то узнал, что Даниэль был в больнице. Как мне это понимать? Неужели у вашей группы опять начинаются какие-то проблемы, из-за которых существование вашего коллектива будет под большим вопросом?

— Боюсь, все именно так, Джордж, — с грустью во взгляде отвечает Терренс, сложив руки перед собой. — То есть… Наша группа не собирается распадаться. Просто с Даниэлем произошел один несчастный случай, из-за которого он действительно оказался в больнице.

— Хорошо, тогда рассказывайте обо всем как можно подробнее. Если ваша проблема серьезная, я должен понять, как мне помочь вам и объяснить все вашим поклонникам, если оно потребуется.

— Все началось чуть больше недели назад, — начинает говорить Питер. — Тогда я и моя девушка нашли Даниэля в бессознательном состоянии посреди пустой дороги. Мы не знаем, что это за место, но за все время, что мы там были, никто не проезжал мимо нас.

— И почему же он был без сознания?

— Мы предполагаем, что его сбила машина… Он лежал на дороге весь в крови и был в ужасном состоянии. Хотя и версию с избиением тоже не стоит исключать, ибо он выглядел здорово побитым… Синяки, кровь… Даже ладонь была порезана…

— Порезана ладонь ?

— Да. Сразу скажу – никто понятия не имеет, как он там оказался и что делал.

— Ничего себе… — Джордж прикрывает рот рукой, округлив полные ужаса глаза, и присаживается на диван напротив Питера, Эдварда и Терренса. — А ты-то как там оказался? Чего это тебя и твою девушку туда занесло? Как так получилось, что ты нашел его в том месте?

— Оказалось, мы были недалеко от того места, — спокойно отвечает Питер. — Сначала гуляли с псом моей девушки, а потом он резко куда-то побежал и хотел, чтобы мы пошли за ним. Правда перед этим собака принесла нам бумажник Даниэля, в котором были его документы, деньги и карточки. Ну а потом он привел нас к самому Перкинсу…

— Ну и дела… — задумчиво произносит Джордж и замолкает на пару секунд. — И как он? С ним все в порядке?

— Э-э-э… Не совсем… — прикусив губу, неуверенно отвечает Терренс.

— Что это значит?

— У Даниэля частичная амнезия, — сообщает Эдвард. — Из-за сотрясения мозга. К сожалению, он не помнит нас, наших девушек, что с ним произошло и практически ничего из своей жизни.

— Амнезия ?

— Он всю неделю пролежал в больнице, а недавно его выписали.

— О боже мой… — качает головой Джордж, проведя рукой от макушки до задней части шеи. — Ну и дела… Амнезия – очень коварная вещь… Неизвестно, когда и где он все вспомнит. Это может случиться и завтра, и через год.