— Определенно, — задумчиво произносит Эдвард.

На пару секунд воцаряется пауза, во время которой Анна все еще продолжает учиться играть на гитаре с помощью Даниэля. А поскольку девушка делает это очень хорошо и редко ошибается, она очень часто получает похвалу и парочку поцелуев от своего возлюбленного.

— У тебя отлично получается, красавица, — с легкой улыбкой говорит Даниэль и целует Анну в висок. — Так глядишь, скоро ты научишься играть на гитаре.

— Да, только пальцы немного болят, — немного потерев руки, скромно отвечает Анна.

— Это дело времени, Анна, — уверенно говорит Эдвард. — Продолжишь играть каждый день хотя бы час-два – и пальцы привыкнут.

— Даниэль говорил то же самое.

— Слушай, а попробуй взять более высокие аккорды. Зазвучало бы еще круче.

— Это мысль! — восклицает Даниэль и немного меняет расположение пальцев Анны на грифе. — Попробуй-ка поиграть с такими аккордами.

Анна немного неуверенно перебирает все шесть струн гитары, наигрывая очень приятную мелодию, которая приходится Даниэлю по вкусу.

— Здорово получается! — слегка улыбается Даниэль. — Очень хорошо.

— Похоже на колыбельную, — отмечает Эдвард.

— Так, ты только не заваливайся спать! — восклицает Терренс. — Я понимаю, что ты там хорошо устроился, а твоя невеста наглаживает тебя по головке, но спать ты будешь только дома .

— О, ты себе не представляешь, как мне сейчас хорошо… — Эдвард с легкой улыбкой на пару секунд прикрывает глаза. — Моя любимая копается у меня в волосах, а рядом играет потрясающая мелодия… Настоящий кайф…

— Ну по твоей довольной роже видно… Лежишь там довольный как нажравшийся до отвала котяра.

Эдвард ничего не говорит и лишь улыбается гораздо шире, когда Наталия, гладящая его по голове, мило целует своего жениха в макушку и прикладывает ладонь к щеке. А тем временем Даниэль решает прекратить урок игры на гитары для Анны, заметив, что ее пальцы слегка покраснели.

— Ладно, принцесса, на сегодня достаточно, — спокойно говорит Даниэль, забирая у Анны гитару. — Молодец, отлично поработала.

— Правда? — скромно улыбается Анна.

— Конечно! А завтра мы продолжим наш урок. Попробую дать тебе что-нибудь посложнее, поскольку с легкими мелодиями ты отлично справляешься.

— Но я совсем не устала и могла бы еще немного позаниматься.

— Не надо. У тебя и так пальцы уже красные.

— Ну ладно. Завтра, так завтра.

— Умница моя.

Даниэль одаривает Анну милым поцелуем в щеку, который заставляет ее залиться краской и скромно опустить взгляд вниз.

— Да, Перкинс, уроки на гитаре тебе удаются очень хорошо, — с доброй усмешкой говорит Терренс, крепко обнимая Ракель, на груди которой он сплетает пальцы. — Я тут подумал, что ты мог бы уроки игры на гитаре давать – будешь классным преподом.

— Это ты мягко намекаешь на то, что я вчера крупно облажался? — удивленно выгибает брови Даниэль.

— Я же сказал, что никто не осуждает тебя за то, что ты не смог вытянуть эти ноты.

— Только это не остановит тебя от желания попрекать меня. Сначала полгода ржал надо мной из-за того, что я типа падаю в обморок при виде крови. А теперь нашел новую причину – я не могу вытянуть ноты на концерте.

— Решить эту проблему вполне возможно – просто надо не заниматься ерундой на занятиях по вокалу, а действительно работать.

— Да, а еще кое-кто уделяет мало внимания упражнениям на голос и его разогреву перед шоу, — отмечает Эдвард.

— Между прочим, пока вы с Терренсом где-то слонялись, мы с Питером этим и занимались. Была договоренность, что мы будем делать это вместе, но вы забыли обо всем на свете, когда учуяли запах вкусной еды.

— Вообще-то, я пошел перекусить, потому что ничего не съел дома, когда рано утром собирался ехать на съемку. Мне не хотелось с трудом переносить ноги из-за голода.

— Я тоже ничего не съел! — восклицает Терренс.

— Ну да, ничего! — громко ухмыляется Даниэль. — Да ты постоянно жрешь!

— Не постоянно!

— Слушай, Даниэль, а может, ты просто нервничал и поэтому не смог вытянуть ноты? — спрашивает Наталия.

— Вообще-то, мы взволнованы перед каждым шоу, потому что хотим сделать его идеальным, — отвечает Даниэль.

— Господи, Даниэль, да перестань ты думать об этом, — устало говорит Ракель. — Ничего ужасного не произошло. Просто немного не вытянул ноты. Даже самые знаменитые и любимые артисты могут где-то ошибиться и выставить себя не в самом лучшем свете. Открой Интернет, и ты сам увидишь, как много певцов и певиц могут где-то сфальшивить или не вытянуть ноту. А актеры могут где-то переиграть или полностью что-то завалить. Самые преданные поклонники все равно будут любить их, несмотря ни на что.

— Но то, что это происходит не первый раз – не нормально!

— И что? Я и сама могу так облажаться на съемках, что мне порой становится стыдно. Знаешь, сколько раз я выставляла себя в невыгодном свете в начале своей карьеры! Когда я еще только училась быть хорошей моделью. Но ничего! Научилась же! Хотя даже в этом случае со мной могут случаться конфузы.

— На нас возложены слишком огромные надежды, и ни один из нас не может подвести других. Однажды мы уже едва не позволили группе распасться. Больше такой ошибки допускать нельзя. Я не могу стать виновником еще одной беды группы.

— Я уверена, что скоро все наладится, — с легкой улыбкой уверенно говорит Наталия. — Может, сейчас отдохнешь несколько дней, и ты сможешь избавиться от этой проблемы. Ведь в последнее время вы с парнями работали практически без перерыва.

— И хорошо, что в такие моменты парни спасают положение и помогают вытянуть эти ноты. Делают вид, что так и было задумано. — Даниэль резко выдыхает. — Не знаю, что я бы делал без них…

— А может, стоит просто поменять тональность, чтобы тебе было комфортно петь? — предлагает Анна. — Хотя бы на какое-то время! Разница между песней, записанной в студии, и песней, исполненной вживую, может быть большой .

— Но будет уже совсем не то.

— Да, верно. Но не станет хуже. Подумай об этом. И в это время возьми еще пару уроков вокала и порепетируй дома или в студии… Если что, я могу с радостью помочь тебе. Ведь я когда-то занималась вокалом и знаю, что нужно делать.

— Не знаю, Анна… Все это реально выбывает меня из колеи… Я не могу сосредоточиться…

В воздухе ненадолго воцаряется пауза, во время которой Анна смотрит на немного грустного Даниэля, садится рядом с ним и нежно целует его в щеку, обвив руками его шею и положив голову ему на плечо. Благодаря этому мужчина чувствует себя намного лучше и находит в себе силы улыбнуться намного шире.

— Слушайте, ребята, давайте уже перестанем говорить об этом шоу, — устало предлагает Терренс. — Договорились же забыть обо всем плохом и немного расслабиться. А вы опять начинайте перемывать косточки себе и друг другу.

— Да, ребятки, мы понимаем, что то шоу было на самым лучшим, — спокойно говорит Ракель. — Но что сделано, то сделано. Надо забыть об этом и двигаться дальше. Вчера вы выступили не очень хорошо, но в следующий раз ваше выступление будет в сто раз лучше.

— Не мы, подруга, а я , — поправляет Даниэль. — Парни блестяще справились со своей задачей, а я снова все испортил.

— Черт, Перкинс, заканчивай наматывать сопли на кулак, — тихонько стонет Эдвард. — Все нормально! В следующий раз мы выступим гораздо лучше. А сейчас нам лучше отдохнуть.

— Да! — восклицает Терренс. — Вы еще начните говорить про Коннора, который обожает промывать нам мозги, чтобы наше настроение было еще ниже плинтуса.

— О, нет, только не напоминай о нем, — проведя руками по лицу, тихо стонет Даниэль. — Этот прыщавый сопляк опять как дебил ржал над моей неудачей.

— Нет-нет, не называйте даже имя этого придурка, — устало добавляет Эдвард. — А иначе он опять может применить свою магию и внезапно появиться здесь. У этого недомерка феноменальная способность мгновенно появляться там, где о нем говорят.