Ракель и Анна быстро встают с дивана и расходятся в разные стороны: темноволосая – в сторону ванной комнаты, а рыжеволосая – в сторону кухни. Пока Даниэль подбегает к своей возлюбленной, Терренс подходит к своей невесте и крепко обнимает ее со спины, обвив руками талию. Хоть девушка и не скрывают свою улыбку, все же она не собирается забывать о своих подозрениях.

— Опять бунтуешь, красавица? — тихо мурлыкает Терренс, приоткрытым ртом проведя по уху Ракель. — Неужели хочешь, чтобы я приструнил тебя?

— Спокойно, бледнолицый, на этот раз твои штучки не сработают, — твердо и решительно отвечает Ракель. — Делай что хочешь, но тебе это не поможет.

— Не вынуждай меня принимать меры. — Терренс медленно проводит губами по изгибу шеи Ракель, пока его руки расположены у нее на животе и нежно гладят эту часть. — А иначе я наплюю на то, что мы не дома, и сделаю то, что ты заслуживаешь.

— Ну и чего ты от меня хочешь? Опять не можешь приструнить своего « дружка », и он рвется наружу?

— Скажи, что ты не ревнуешь меня к подруге Питера, — тихим, но очень приятным голосом просит Терренс. — Что ты не думаешь, будто я хочу бросить такую сексапильную малышку и позволить кому-то другому ласкать и целовать ее.

— Я ревную? — Ракель нервно смеется. — Ну и глупый же ты, МакКлайф! С чего ты это вообще взял?

— Ты и твоя подружка только что сами дали это понять. — Терренс убирает с глаз Ракель некоторые пряди волос и нежно прикладывает ладонь к ее щеке. — Посмели усомниться в нашей верности и честности.

— Пф, больно мне надо ревновать тебя. Я уже привыкла, что каждая вторая девчонка мечтает повиснуть у тебя на шее и бросает восхищенные взгляды в твою сторону.

— А если подумать? — низким, бархатистым голосом интересуется Терренс, перемещая одну руку на бедро Ракель и оставляя нежный, долгий поцелуй на месте у нее за ухом.

— Так, только давай ты не будешь заставлять меня сказать, что тебе нужно. Ты уже вынудил меня рассыпаться в комплиментах тебе, когда мы сидели в машине.

— Я никого ни к чему не принуждал. Ты говорила чистую правду после того, как расслабилась в моих крепких руках.

— А может, я сказала это, чтобы ты от меня отстал?

— М-м-м, решила поиграть в плохую девочку? — Терренс одним движением руки убирает волосы Ракель в сторону и покрывает нежными поцелуями заднюю часть ее шеи. — Ну ладно, детка, продолжай. Я все равно знаю , как тебя приструнить.

— Не сработает, МакКлайф, не трать зря силы, — изображает полное равнодушие Ракель, хотя сама понимает, как ее бросает в дрожь, иногда прикрывая глаза или закатывая их. — Тебе еще с группой играть…

— И кого ты пытаешься обмануть? — ухмыляется Терренс и крепко, но нежно берет Ракель за горло и кончиками пальцев гладит переднюю его часть, не скрывая своей широкой улыбки, когда слышит учащенное дыхание девушки. — Смотри, как ты вся дрожишь и нервничаешь. Когда же ты, дурочка, поймешь, что я слишком хорошо знаю твое тело и знаю, что трогать для того, чтобы заставить тебя напрячься?

— Ты так думаешь, потому что хочешь, чтобы так и было.

— Ах, красавица моя… — Терренс убирает рук с горла Ракель и перемещает ее к ключицам, почувствовав учащенное сердцебиение девушки. — Или ты притворяешься глупенькой, или действительно забываешь, с кем связалась.

— Лучше иди к своему приятелю и вместе с ним подумай, как вам сделать так, чтобы мы ничего не узнали о подружке еще одного вашего дружка.

— Не ревнуй, детка, у тебя нет на то причин, — тихо мурлыкает Терренс и разомкнутыми губами проводит по изгибу шеи Ракель, полной грудью вдыхая изумительный запах ее кожи и цветочных духов. — Не забывай, что никто, кроме тебя, мне не нужен. Есть лишь одна сексапильная чертовка, которая сможет запросто свести меня с ума.

— Ох, пожалуйста, Терренс, отпусти меня, — с прикрытыми глазами медленно выдыхает Ракель. — Отпусти, я говорю. А иначе я опять потеряю над собой контроль.

— Теряй контроль. Теряй! — Терренс оставляет парочку поцелуев сначала на месте за ухом Ракель, а потом уже на изгибе ее шеи, чувствуя, как она начинает дрожать и довольно глубоко дышать. — Мне это только на руку.

— Ну ты и сука… Наглая сука, которую… Я ненавижу …

— Неужели? А если вот так… — Терренс целует Ракель в переднюю часть шеи и одной рукой нежно сжимает ей грудь, а другую опускает до низа ее живота, пока женское тело сильно напрягается, а она сама тихо стонет с закрытыми глазами.

— А-а-а, ненавижу… — тихо стонет Ракель. — Просто ненавижу… Ты – гаденыш…

— Это звучит так сексуально из твоих прекрасных уст, — с широкой довольной улыбкой низким голосом говорит Терренс и нежно гладит живот Ракель после того, как запускает ее под красную шелковую блузку. — Твою мать, какая же ты у меня привлекательная… Чувствую себя невероятно гордым от того, что стал единственным счастливчиком, которому достался такой шикарный трофей.

— Уймись, красавчик, тебе это не… — Ракель томно вздыхает, будучи не в силах унять дрожь после того, как Терренс нежно целует ее в горловую впадину. — Черт, прекрати это сейчас же… Хватит, я говорю!

— Я перестану, обещаю. Только скажи мне то, что я хочу услышать.

— Прости, но любовью мы сможем заняться лишь вечером.

— Я не об этом, малышка. — Терренс мягко берет Ракель за горло и слегка откидывает ее голову назад. — Ты прекрасно знаешь, что я хочу услышать.

— Понятия не имею, о чем ты говоришь.

— Ладно… — хитро улыбается Терренс, немного поворачивает голову Ракель в сторону и начинает покрывать нежными, медленными поцелуями весь изгиб ее шеи. — Может, это немного освежит тебе память… И пока ты не вспомнишь, я так и буду мучить тебя.

— Ты и так знаешь, что я считаю тебя неотразимым красавчиком и схожу по тебе с ума.

— Ответ очень хороший, но неверный. — Терренс переходит уже к другому изгибу шеи Ракель, убирает копну темных волос в сторону, снова начинает нежно сжимать ей грудь одной рукой и наглаживает оголенный живот девушки другой, пока она с тихим стоном напрягает свои бедра. — Продолжай, детка, я никуда не спешу. Могу хоть до вечера подвергать тебя такому наказанию.

— Ох, боже, ну хорошо-хорошо, — устало стонет Ракель. — Не ревную я тебя, дурачок. Не ревную. Успокойся ты уже. Все, ты своего добился. В очередной раз.

— А ты смела во мне сомневаться? — ухмыляется Терренс и возвращается к задней части шеи Ракель, которую он тоже не оставляет без поцелуев. — Когда же ты поймешь, что со мной бесполезно бороться? Я все равно добьюсь своего.

— Вряд ли бы ты сделал это, если бы у тебя были связаны руки и ноги. Не было шанса облапать меня – ты бы ничего не добился.

— Даже в этом случае ты все равно мне подчинилась. Я умею соблазнять одним лишь взглядом.

— А если тебе глаза завязать? И рот скотчем заклеить?

— В таком случае ты будешь покорена благодаря взгляду на мое шикарное тело. Если я был раздетым, ты бы точно не смогла сопротивляться… Ибо стоит тебе посмотреть на него, как тобой овладевает желание заласкать и зацеловать его.

— Имею на это полное право. Потому что ты мой и принадлежишь только лишь мне. Очень скоро будешь принадлежать и документально, и духовно.

— Вот это мне нравится, — более низким голосом отвечает Терренс и мило целует Ракель в щеку. — Хорошая девочка.

— Ну теперь-то отпустишь меня, наконец? Или в очередной раз докажешь, что ты очень наглый, раздев и оттрахав меня в чужом доме?

— Отпустить тебя? Ну даже не знаю… — Терренс проводит губами по ушной раковине Ракель и плавно перемещается от места за ухом до изгиба шеи. — Отпускать такую шикарную и сексуальную красотку…

— Ты же обещал, что отпустишь!

— Я?

— МакКлайф!

— Тише-тише, детка, тише, не нервничай так, — шепчет Терренс, пока его руки скользят по животу Ракель или массируют ее грудь, а губы снова покрывают ее шею поцелуями. — Тс-с-с… Тс-с-с… Все хорошо…

— Чертов козел! Я забираю свои слова обратно! И про то, что ты уникален и неотразим, и про то, что я не ревную тебя! Все это было…