— Кстати, девушка, представившаяся Джорджу подругой Питера, в конце концов оказалась той, в которую он влюбился.

— Питер влюбился в свою подругу? — округляет глаза Наталия. — Да ладно?

— А что он мог поделать? — с грустью во взгляде удивляется Ракель. — Пит общался с той девушкой, проникался к ней симпатией и в итоге понял, что он считает ее чем-то большим, чем просто подружкой.

— И хорошо, что он набрался смелости признаться ей в своей симпатии, — с легкой улыбкой отмечает Анна. — В качестве награды он узнал, что она тоже влюблена в него.

— Правда? — не может поверить Наталия. — Значит, блондину улыбнулась удача?

— О да! И одна птичка прошептала мне, что они даже поцеловались после того, когда все ушли в кафетерий.

— Да ты что! Ничего себе радость!

— А я предполагаю, та птичка специально залетела в палату, чтобы понаблюдать за происходящим, — скромно хихикает Ракель. — И нехило так возбудилась.

— Даниэль не знал, что все так будет! Он сам был в шоке, когда увидел это.

— Ух ты, девчонки, так значит, теперь мы можем порадоваться за Пита! — с широкой улыбкой радостно отмечает Наталия. — Можно сказать, что он уже не одинок.

— Кстати, та девчонка-то очень привязана к Роузу. Даниэль говорит, что она буквально ночует в палате Питера и готова быть ему нянькой, лишь бы он ничего с собой не сделал.

— Охотно верю, — задумчиво говорит Ракель и ставит свою полупустую чашку кофе на столик. — Парни говорили, что его подружка впала в истерику после того, как узнала о его попытке покончить с собой.

— В таком случае Питер обязан познакомить нас с этой девушкой, — бодро отмечает Наталия, выпивает немного кофе и ставит свою чашку на столик. — Парни захотят, чтобы мы подружились с ней, если Роуз начнет встречаться с ней.

— Ты права, — задумчиво соглашается Ракель. — Только пусть сначала кто-нибудь из них расскажет про нее. По крайней мере Терренс не собирался это делать.

— Кстати, да, девочки! — восклицает Анна и ставит свою чашку на столик. — Даниэль тоже ничего не говорил про нее и про вторую подругу Питера!

— Что, неужели даже имен не называл?

— Я не помню такого!

— Слушайте, вот это поворот… — Ракель слегка хмурится, поглаживая подбородок. — Почему я только сейчас поняла это? Прошло уже столько времени с тех пор как парни познакомились с этими девушками, но мы знаем только о самом факте их существования.

— Да, это все как-то странно… — задумчиво отмечает Наталия, начав теребить свою большую сережку в форме тонкого золотого кольца. — Про Эдварда говорить смысла нет, ибо он в глаза не видел подруг Питера… А вот Терренс и Даниэль…

— Может нам прижать парней к стене и расспросить их? Или у самого Питера спросить? Он-то будет более разговорчивым!

— Или предложить парням организовать что-нибудь, чтобы поздравить Питера с выпиской из больницы? Пусть возьмет эту девушку с собой, чтобы мы посмотрели на нее.

— Терренс сказал, что они планируют отметить выписку Питера. Правда, не сказал, будут ли парни приглашать загадочную подружку Роуза.

— Ну я думаю, нам удастся с ней поладить, — задумчиво предполагает Анна. — Я не думаю, что Питер захочет повторить ошибку прошлого и влюбиться в плохую девушку. Раз он ее выбрал, значит, она и правда хорошая.

— Вполне вероятно. Я тоже не думаю, что она плохая. Мы с вами не страдаем проблемами в общении с людьми. Так что парни могут не переживать. Мы примем эту девушку, если она достойна этого.

— В таком случае уговаривайте парней устроить совместные посиделки, — бодро предлагает Наталия. — И скажите Питеру, чтобы он взял свою подружку. Мне что-то уже и самой стало интересно, кто же она такая.

— Тогда мы ждем и тебя с Эдвардом.

— Не сомневайся, мы придем.

— Думаю, этот парень обязан прийти… — Ракель на пару секунд призадумывается и хитро улыбается. — Потому что что-то мне подсказывает, что Терренс всерьез задумался о том, чтобы сделать Эдварда четвертым участником группы.

— Ну знаешь, Кэмерон… — уверенно вставляет Анна. — После просмотра всех видеозаписей, на которых он зажигает в подземном переходе и в центре города, не только один Терренс задумается предложить Эдварду присоединиться к группе. Даниэль и сам загорелся этой идеей и сказал, что они уже разговаривали с Питером на эту тему.

— Погоди, а ты тоже видела те видео? — удивляется Наталия.

— Даниэль показал. Он однажды что-то смотрел в компьютере, а потом попросил меня подойти к нему и показал несколько видеозаписей, на которых был Эдвард. Нам обоим так понравилось, как он поет. МакКлайф был великолепен!

— Я была с ним во время одного его выступлений.

— Знаю . Мы видели тебя на видео.

— Мы с Терренсом посмотрели их пару дней назад и тоже очень приятно удивились, — признается Ракель. — Эдвард был такой раскрепощенный и будто бы свободный. Из-за этого его выступление казалось невероятным.

— Ну я же говорила, что тогда он реально зажигал! — бодро отвечает Наталия. — Не зря ведь там собралось столько людей, которые оставили ему много денег.

— Правда, мы с Перкинсом не поняли, о чем он пел на видео из подземного перехода, — отвечает Анна.

— Та песня о любви. Эдвард исполнил испанскую версию. Очень красивая, должна я вам сказать. Я каждый день включаю видео, слушаю его и просто таю… Это просто божественно…

— Испанский?

— Не зря наша подружка так часто ездила в Мехико, — отмечает Ракель. — Она в совершенстве знает испанский.

— В этом есть только лишь заслуга мамы, бабушки Адрианы и ее мужа Энрике, — скромно улыбается Наталия. — Это они научили меня говорить по-испански.

— Эй, так получается, что и Эдвард его знает? — удивляется Анна.

— Да. И я даже не ожидала, что он так хорошо говорит на нем. Думала, что знает всего несколько фраз, но нет… Эдвард прекрасно на нем говорит. Не забыл уроки испанского в школе.

— И теперь вы оба будете обмениваться комплиментами и флиртовать, чтобы другие вас не поняли, — с легкой улыбкой говорит Ракель.

— Круто! — широко улыбается Анна. — Оказывается, МакКлайф иногда ходил в школу и даже что-то там запоминал.

— Терренс сказал то же самое, когда мы узнали об этом таланте Эдварда.

— Кстати, Анна, а ты знаешь, что наши любимые Терренс и Ракель разговаривают на французском? — интересуется Наталия.

— Да ладно? — удивляется Анна и переводит взгляд на Ракель.

— Да, я знаю кое-что, — с невинной улыбкой пожимает плечами Ракель. — Запомнила на досуге, пока была в Париже на показе мод.

— А Терренс как его выучил?

— Сказал, что выучил кое-что для роли. И, конечно же, не упустил возможность немного повыпендриваться и убедить нас в том, что ему все под силу.

— О, если МакКлайф не похвалит себя, то считайте, что день прожит зря, — скромно хихикает Анна.

— Эй, а может, вы с Даниэлем можете удивить нас? — интересуется Наталия. — Может, вы тоже разговаривайте на каком-нибудь языке?

— Вообще-то Даниэль знает пару слов на испанском… Ну а я немного знаю французский… Изучала его в школе. Правда, уже практически все позабыла.

— Да? — хитро улыбается Ракель. — Давай проверим? Ответить мне на французском. Salut, Anna! Comment ca va[1]?

— Salut, Raquelle [2] ! — уверенно отвечает Анна. — Ca va bien, merci beaucoup[3]!

— Ух ты! — с легкой улыбкой кивает Ракель. — Красивый акцент.

— Спасибо огромное.

— Эй а, может, мне тоже начать учить французский? — интересуется Наталия. — Или вы хотите, чтобы я научила вас испанскому?

— Ну знаешь, Рочестер… — задумчиво произносит Анна, приложив палец к губе. — Если мы захотим сказать о чем-то, что другие не должны знать, то я не прочь выучить что-нибудь на испанском.

— Я тоже, — с легкой улыбкой говорит Ракель.

— Тогда не переживайте! — бодро восклицает Наталия. — Вы у меня быстро заговорите на испанском! Если постарайтесь, конечно! Хотя там не будет ничего сложного для вас. Вы – девчонки умные, быстро все схватывайте. Так что я не сомневаюсь, что вы будете моими прекрасными ученицами.