— Что ж, я так понимаю, вы поняли, что вам никогда не станет лучше, если вы будете замалчивать свои проблемы.
— Да, чтобы справиться со своими проблемами, мне понадобится помощь друзей.
— И они вам помогут, не беспокойтесь.
— И обещаю, что больше не притронусь к лезвию и не буду осознанно причинять себе вред.
— Ну… Обещайте или не обещайте, а кое-какие таблетки я все-таки выпишу. Если будете чувствовать, что вы находитесь на грани нервного срыва, то просто примете одну таблетку. Ничего особенного – просто обычное успокоительное, которое снимает напряжение и помогает расслабиться.
— Хорошо, спасибо.
— И если вам очень плохо, то запишитесь на консультацию к психологу. А пока вы находитесь в больнице, можете обращаться ко мне. У меня два высших образования, по одному из которых я – психолог. Если пациент хочет поговорить, то я с радостью его выслушаю и дам совет. И вам помогу, если вам захочется что-то сказать.
— Спасибо, доктор, но я уже сказал своим друзьям все, что хотел. Мой рассказ получился очень подробным. Но мне стало намного легче после того, как я высказался.
— Ну дай бог, мистер Роуз, дай бог. — Льюис прекращает что-то писать и переводит взгляд на Питера, сложивший руки перед собой и перебирающий пальцы. — Кстати, ваши друзья сказали, что вы играйте с ними в одной группе.
— Да, я играю на барабанах, — пожимает плечами Питер.
— И знайте, молодой человек… У меня есть шестнадцатилетняя дочка, которая очень любит вашу группу. Полюбила ее после того, как побывала на одном из ваших концертов. Вы тогда выступали на разогреве…
— Правда? — округляет глаза Питер. — А она знает про меня?
— Да, узнала из Интернета. А я сказал ей, что лечу вас. И теперь она просит меня сделать все, чтобы вы встали на ноги. Лайла пока что не знает, что вы уже пришли в себя. Но сегодня я сообщу ей хорошую новость.
— Хорошо.
— И вот, что я еще вам скажу: не бросайте свою группу, Питер. Вы можете очень многого добиться, если будете целеустремленными и трудолюбивыми.
— Я и не собираюсь бросать группу, — с легкой улыбкой сообщает Питер. — Мы с друзьями скоро вернемся в студию, чтобы продолжить работу над альбомом.
— Это хорошо, — одобрительно кивает Льюис. — Я очень рад. Парни говорили, что если в ней не будет вас, то им нет смысла продолжать выступать. Мистер МакКлайф и мистер Перкинс говорили, что это их было их мечтой.
— И мы от нее не откажемся.
— И моя дочь сказала, что если у вашей группы когда-нибудь будет концерт в городе, то она придет послушать вас.
— Будем ждать ее на нашем шоу, — намного шире улыбается Питер.
Льюис с легкой улыбкой хлопает Питера по плечу, а потом подходит к Джессике, Даниэлю и Терренс, стоящих в сторонке и наблюдающих за происходящим, пока Хелен продолжает сидеть на койке и молча глазеть на всех.
— Ах да… — задумчиво произносит Льюис. — Кажется, в палате больше гостей, чем положено… Я говорил вам, что здесь могут находиться лишь два человека.
— Э-э-э… — неуверенно произносят Даниэль, Хелен, Терренс и Джессика, переглядываясь между собой.
— О, простите, мистер Тодд… — извиняется Джессика. — Мы совсем забыли, что вы сказали. Так обрадовались, что Питер открылся нам, что напрочь забыли обо всем.
— Если что, мы можем уйти отсюда, — спокойно говорит Даниэль, указав на дверь. — Нам всем выйти? Или только одному-двоим?
— Нет-нет, господа, — качает головой Льюис. — Все нормально. Оставайтесь, если хотите. Я сказал так только потому, что думал, что ваш разговор с Питером пройдет неудачно, и вы сильно возбудите его. Но раз этот парень выглядит вполне счастливым и принял вас, то оставайтесь.
— Нам правда можно остаться? — уточняет Хелен.
— Конечно. Тем более, что так будет лучше для вашего друга. Вы сейчас определенно нужны. Так что вы не должны подводить его и топтать его чувства в грязи.
— Не беспокойтесь, мистер Тодд, мы будем хорошо обращаться с Питером, — уверенно обещает Даниэль.
— Ну и хорошо.
— Мы сделали все, как вы нас просили, — уверенно говорит Терренс. — Ни один из нас не заставлял Питера говорить о своей проблеме насильно. Он сам рассказал обо всем после того, как мы дали ему понять, что может доверять нам.
— Я уже понял. И очень рад, что все так сложилось.
Льюис бросает короткий взгляд на Питера и подходит поближе к троице, пока Хелен сидит на койке блондина и вместе с ними наблюдает за остальными, нежно гладя его по руке.
— Насколько все сложно? — тихо интересуется Льюис.
— Очень сложно, — с грустью во взгляде отвечает Джессика. — Издевательство в школе, страх любви, жизнь в неблагополучной семье и чтение плохих комментариев про него самого…
— Ох, ничего себе… Мне очень жаль этого парня. Школьные издевательства – очень частое явление, которое, к сожалению, никогда не будет полностью побеждено.
— Они издевались над ним ни за что. Просто за то, что он выглядел не так, как все, и не стремился стать одним из серой массы.
— И таких часто недолюбливают и унижают.
— Мы знаем.
— А что насчет страха любви? Чем он спровоцирован?
— Предательством одной девушки, — говорит Терренс. — Он был влюблен в нее, а она притворялась его девушкой какое-то время. Но потом опозорила перед всей школой и заявила, что поспорила на него как на какую-то вещь.
— Ох, боже ты мой… — качает головой Льюис. — Бедный парень…
— Именно поэтому Питер боялся кого-то любить и всеми силами избегал это.
— Правда, его не спасло это от того, что у него начали просыпаться чувства к Хелен, — добавляет Джессика.
— К мисс Маршалл? Питер влюблен в нее?
— Да, — слегка улыбается Даниэль. — Как оказалось, их симпатия друг к другу взаимная .
— Вот как. — Льюис бросает короткий взгляд на Питера, мило приобнимающий Хелен одной рукой и что-то говорящий ей. — Он так нежно смотрит на нее. А про чувства этой девушки я и так знал, ибо она сама призналась в этом в одном из наших разговоров.
— Она точно не предаст его, — уверенно говорит Джессика. — Хелен очень хорошая, добрая и не такая подлая, как та, которая поступила с Питером так ужасно.
— Да, мне тоже нравится мисс Маршалл. Стало безумно жалко ее из-за того, что она всю себя отдавала этому парню и была готова пойти на все ради него.
— Поначалу это было немного странно, ибо для его подруги она слишком сильно беспокоится о нем. Но теперь этому нашлось объяснение.
— Сейчас вся наша надежда на Хелен, — с грустью во взгляде говорит Даниэль. — Со своей стороны мы сделаем все возможное, но именно эта девушка сможет вдохнуть в Питера жизнь. К тому же, он сказал, что у него нет семьи. Насчет отца ничего неизвестно, а мать действительно была алкоголичкой и относилась к Питеру наплевательски. Она даже могла поколачивать его. Эта женщина ушла из дома, когда ему было семнадцать, и так не вернулась.
— Боже мой… — качает головой Льюис, прикрыв рот рукой.
— Мы были в шоке, когда Питер рассказал всю эту историю, — с грустью во взгляде признается Терренс. — Он едва ли не плакал, но держался.
— Представляю, насколько ему тяжело. О, боже… Какая же эта травма… Ему очень повезет, если он сумеет прийти в себя и найти силы продолжать жить без оглядки на прошлое.
— Сделаем все, чтобы помочь ему, — уверенно обещает Даниэль. — Питер рассчитывает на нас, и мы не можем подвести его. У него больше никого нет, кроме нас. И я прекрасно понимаю, что это такое, ибо у меня самого никого не осталось после смерти родителей.
— Рад, что вы все понимайте эту ответственность, — мягко отвечает Льюис. — Вы действительно не имейте права подвести Питера и еще раз причинить боль. Он вряд ли переживет второе предательство.
— Мы знаем, мистер Тодд. — Даниэль бросает короткий взгляд на Питера и Хелен, которые уже не обращают внимания на присутствующих в палате и мило о чем-то говорят.
— Дай бог, эта девушка и правда будет ему предана, — выражает надежду Льюис. — А иначе он уже вряд ли еще раз захочет с кем-то встречаться. Даже если Питер захочет жениться и стать отцом, страх предательства будет останавливать его.
