— Послушай, Питер, мы…

— Зачем вы сделали это? — недоумевает Питер, без эмоций смотря на Терренса и Даниэля. — Зачем ? Какого хрена позволили моим мучениям продолжиться? Я думал, что наконец-то обрету покой. Но нет! Я здесь!

— Мы не простили бы себя, если бы ничего не сделали, зная, что ты захотел пойти на такой отчаянный шаг, — уверенно заявляет Даниэль.

— Уверяю тебя, все были бы благодарны тебе и Терренсу за то, что вы позволили мне сдохнуть.

— Нет, Питер, это не так! Не надо так говорить!

— Никто не хочет твоей смерти, приятель, — с грустью во взгляде смотря на Питера, спокойно говорит Терренс и присаживается на край койки. — Тебя никто не собирается осуждать. Все благодарны нам за то, что мы вовремя приехали к тебе домой и вызвали скорую.

— Лично я был бы вам очень благодарен, если бы вы вообще там не появлялись и позволили мне умереть.

— Послушай, Питер, нам действительно очень жаль, что тебе приходиться переживать что-то ужасное. Мы должны были сразу понять, что с тобой что-то не так. В этом есть наша вина.

— Да чем бы вы мне помогли? — без эмоций интересуется Питер. — Чем? Вы ничего не смогли бы сделать! Никто не может! Все бессильны! Есть только один выход – смерть! Но вы даже этого не позволили мне сделать!

— Нет, приятель, мы могли помочь тебе, если бы знали, что ты не в порядке. Мы бы сделали что угодно, чтобы облегчить твое состояние.

— Может, мы не смогли бы помочь делом, но ты хотя бы рассказал обо всем, что тебя беспокоит, — мягко добавляет Даниэль. — Выплеснул все наружу. Если бы ты захотел, то мы были бы готовы выслушать тебя.

— Не вижу никакого смысла что-то объяснять, — спокойно говорит Питер, переведя взгляд на окно. — Пустая трата времени.

— Послушай, Питер, — спокойно произносит Терренс. — Мы с Даниэлем сейчас ни в коем случае не просим тебя выкладывать причины своего поступка. Но мы правда очень хотим облегчить твои страдания. Не надо говорить что-то, если ты не хочешь. Просто не закрывайся от нас и позволь нам помочь тебе. Если однажды ты захочешь чем-то поделиться, то мы с радостью выслушаем.

— Вы ничего не сможете сделать! — отчаянно восклицает Питер. — Ничего ! Никто не может! И я не понимаю, какого черта вы оба находитесь здесь и пытайтесь доказать мне, что кто-то способен мне помочь.

— Мы – твои друзья! — отмечает Даниэль. — И нам не все равно, что с тобой происходит. Мы реально беспокоимся о тебе.

— У меня нет друзей, Даниэль. Я их потерял . Очень давно.

— Нет, чувак, не говори так. У тебя есть друзья, которые готовы сделать для тебя что угодно.

— Мы реально хотим помочь тебе, — тихо говорит Терренс. — Думаешь, мы бы пришли сюда, если бы нам было плевать на тебя и твои проблемы? Нет, ноги бы нашей здесь не было! Однако мы здесь и готовы помочь тебе.

— Забей, Терренс, не надо тратить на меня время, — подавленным голосом отвечает Питер. — Я того не стою.

— Чувак…

— У вас с Даниэлем есть более важные дела. Вот и занимайтесь ими. И не думайте об эгоистичном мудаке, который развалил группу к чертовой матери и разрушил все ваши мечты.

— Нет-нет, не говори так! Ты не виноват в этом!

— Виноват! — Питер резко приподнимается и принимает сидячее положение, почувствовав легкое головокружение. — Во всем виноват! Это из-за меня группа оказывалась все ближе к распаду.

— Не надо взваливать всю вину на себя, потому что я тоже в этом замешан, — уверенно говорит Даниэль.

— Действительно, Пит, не надо, — соглашается Терренс. — Мы все виноваты в этом. Прежде всего потому, что не поняли, что у тебя есть проблемы.

— Ты-то уж точно не виноват во всем этом дерьме. — более низким голосом хмуро говорит Питер. — Не ты спровоцировал тот чертов конфликт с Даниэлем, произошедший у меня дома около месяца назад. Он начался по моей вине. Я не смог себя сдержать.

— Я в курсе. Но тебе не за что себя винить – это были лишь твои эмоции. Ты просто не смог сдержать их. И я не буду отрицать, что Даниэль тоже перегнул палку.

— И я это признаю , — с грустью во взгляде тихо признается Даниэль. — Я понимаю, что тогда зашел слишком далеко и получил по заслугам.

— Нет, это я обнаглел и получил по заслугам, — без эмоций отвечает Питер, крепко сцепив пальцы. — Все было справедливо .

— Послушай, Питер, тебя никто ни в чем не винит, — мягко говорит Терренс. — Все прекрасно понимают твое положение и знают, что твои эмоции – это следствие произошедшего. Это съедает тебя изнутри, и ты понимаешь, что тебе очень тяжело это выдержать. Мы знаем, что сам бы ты никогда не сделал ничего подобного.

— Да, только почему-то никто никогда не говорил мне это в лицо. Все только винили меня в том, что я виноват во всех бедах. Ты, Даниэль, Джордж… Он-то уж точно неоднократно говорил о том, что именно по моей вине группа разваливается. И был абсолютно прав.

— Джордж просто не знал всей ситуации. Поэтому он был зол на тебя.

— Уж не знаю, в курсе ли он того конфликта. Но я уверен, что он считает меня лишним человеком в группе. Наверное, жутко обрадовался, когда узнал, что я захотел сдохнуть. Понял, что одной огромной проблемой будет меньше.

— Нет-нет, Пит, это совсем не так! — резко помотав головой, возражает Терренс. — Джордж никогда не говорил, что ты лишний в нашей группе и не обрадовался, когда мы рассказали ему про тебя.

— Смит тоже искренне переживает за тебя и просит держать в курсе новостей о твоем состоянии, — уточняет Даниэль.

— Ох, слушайте, парни, хватит уже успокаивать меня… — устало стонет Питер, на пару секунд задрав голову к верху. — Я все равно ни за что не поверю, что кому-то вдруг стал нужен такой бесполезный кусок дерьма, который только все рушит.

— Мы не успокаиваем тебя, приятель, — уверенно отвечает Терренс. — Мы говорим правду.

— Черт, МакКлайф, не смеши ты меня… — презренно усмехается Питер. — У меня сейчас нет настроения смеяться и шутить.

— Слушай, мы понимаем, что ты не веришь нам, — спокойно говорит Даниэль. — Но ты сам внушил себе, что людям по фиг на тебя. И сам же этому веришь. Послушай, что говорят люди. Любящие тебя люди. Они уж точно не будут лгать.

— Ох… — устало стонет Питер. — Слушайте, ребята, зачем вы вообще тратите на меня время? Идите вы домой и занимайтесь своими делами! Какое вам дело до моих проблем и моих чувств? Как никого не волновало раньше, так пусть не волнует и сейчас!

— Да, возможно, ты не доверяешь нам и боишься, что мы тебя осудим или обидимся, — задумчиво говорит Терренс. — Но обещаю, мы не будем осуждать тебя и постараемся понять. Ты всегда можешь рассчитывать на нашу поддержку и быть уверенным в том, что мы придем тебе на помощь.

— Вот серьезно… Не понимаю… Зачем вы с Даниэлем тратите на меня свое время? И что такого вы нашли во мне, из-за чего столько времени дружили? Если, конечно, реально дружили… И не притворялись…

— Что? — в один голос удивляются Даниэль и Терренс.

— Пит, о чем ты говоришь? — недоумевает Даниэль.

— Ты всегда был нашим другом, — уверенно говорит Терренс. — Несмотря ни на что, мы не собираемся прекращать общение с тобой.

— Твою мать… — тихо произносит Питер. — Вы знакомы со столькими хорошими людьми. Но из всех вы почему-то выбрали именно меня. И теперь тратите на меня свое время… Приехали ко мне домой, вызвали скорую, поехали со мной в больницу… Не проще ли было оставить меня в моей квартире и дать спокойно умереть? Или мне вообще не надо было звонить вам? Позвонить за пару минут до отключки? Чтобы уж точно не было никаких спасти меня…

— Не надо так говорить, приятель, — с грустью во взгляде говорит Даниэль.

— Почему ты решил, что мы дружили с тобой из-за чего-то? — удивляется Терренс. — Неужели мы не можем считать тебя своим другом просто за то, что ты – классный чел. Который всегда поднимал мне настроение, когда мне было плохо из-за проблем с Ракель. Если бы ты не веселил меня, я бы так и погряз в депрессии.