— Нет, красавчик, не перепутала.

— Прошло уже столько времени, а ты так и не усвоила некоторые вещи. Не поняла, на что ты напрашиваешься, решая спровоцировать меня.

— Будешь наглеть – ударю!

— Ну попробуй! — Терренс слегка прикусывает кожу на шее Ракель, заставив ее несильно вздрогнуть. — Ударь меня.

— Ар-р-р, ну ты гаденыш… — с закатанными глазами томно выдыхает Ракель, выпятив грудь вперед.

— От стервы слышу. — Терренс оставляет поцелуй на подбородке Ракель, обхватывает его ртом и уверенно смотрит ей в глаза, всем видом давая понять, что он полностью контролирует ситуацию. — Ну ничего, я умею обращаться с такими невоспитанными девочками, как ты. Я приручу тебя…

— Отпусти меня! — требует Ракель, пытаясь вырвать руки из крепкой хватки Терренса. — У тебя есть ровно три секунды на то, чтобы дать мне пройти. Ты слышишь меня, МакКлайф? МакКлайф! Я к тебе обращаюсь!

— Ах, черт, как же я люблю, когда ты сначала заведешь меня, а потом начинаешь строить из себя недотрогу, — с наслаждением говорит Терренс, разомкнутыми губами проводя по изгибу шеи Ракель, нежно целуя место у нее за ухом и чувствуя, как ему в нос ударяет изумительный цветочный аромат. — Люблю квесты, в которые ты заставляешь меня играть.

— О да, я обожаю провоцировать тебя! Обожаю действовать тебе на нервы.

— С самой первой нашей встречи.

— Вел бы себя нормально, ничего бы не… — Ракель с томным стоном дергает руками в тот момент, когда Терренс оставляет пару поцелуев на другом изгибе ее шеи. — М-м-м… Вот козел…

— Ты что-то сказала, дорогая? — невинно улыбается Терренс.

— Я говорю, сейчас же отпусти меня. — раздраженно рычит Ракель и снова пытается вырваться.

— Тише-тише, Кэмерон, расслабься. — Терренс вовлекает Ракель в продолжительный поцелуй в губы, что заставляет ее сердце на мгновение остановиться. — Все хорошо…

— Пусти, тебе говорю!

— Ар-р-р, ты все больше пробуждаешь во мне плохого парня.

— Вообще-то, ты всегда такой! — усмехается Ракель. — Наглый, бессовестный и самовлюбленный козел, которому надо надрать его прекрасный зад.

— Если продолжишь так себя вести, то мне придется заняться твоим воспитанием и напомнить, кто здесь главный. Кому ты должна подчиняться. Кому должна смотреть в глаза. И чьи приказы ты обязана выполнять сию минуту.

— Забыл, что мы играем по моим правилам? Согласно которым ты должен быть хорошим мальчиком и делать все, что я говорю.

— Пф, и кто же тебе это сказал? — Терренс сначала обеими руками нежно гладит Ракель щеки, а затем одной из них резко, сильно, но не очень грубо хватает ее за волосы. — С каких это пор Терренс МакКлайф позволяет девушке играть по ее правилам? Да такого никогда не было! Ни-ког-да, детка.

— Пора бы тебе прекратить думать, что все должны валяться у тебя в ногах только лишь из-за твоего имени, — хитро улыбается Ракель.

— Я – твой жених и повелитель!

— И что? Упасть тебе в ноги со словами « О, мой повелитель! » и поцеловать их?

— Можно и не только это… — загадочно улыбается Терренс, проведя по губам Ракель сначала двумя пальцем, а затем одним большим. — Буду не против, если ты осчастливишь меня и поработаешь своим прекрасным ротиком… Ты же знаешь, как я это обожаю…

— А не пойти ли тебе в задницу, извращенец!

— Ракель!

— Лучше воплоти в реальность ту фантазию, о которой я тебе рассказала, — с хитрой улыбкой просит Ракель, пока ее рука сначала опускается к низу живота Терренса, а затем крепко сжимает и нежно ласкает его мужское достоинство, заставляя его еще больше напрягаться и гораздо чаще дышать. — И которая окончится незабываемым ярким сексом.

— Ты ненормальная.

— Сегодня вечером. Когда мы вернемся домой. А пока можешь просто подумать о том, что тебя ждет очень вкусный десерт… Мое тело… Мое обнаженное тело, с которым ты сможешь сделать все, что захочешь. После того как сыграешь в мою маленькую игру.

— Не играй с огнем, малышка, — с тяжелым дыханием хриплым голосом отвечает Терренс, приоткрытым ртом проведя по передней части шеи Ракель, от чего та чувственно выдыхает с прикрытыми глазами и откинутой назад головой. — А иначе ты очень пожалеешь об этом.

— Неужели совсем не хочешь меня? — изображает удивление Ракель, расстегивая пару пуговиц на своей блузке, дабы обнажить ключицы и часть груди, которую с гордостью выставляет вперед. — Не хочешь немного пошалить? Всего пару минут!

— Предупреждаю, ты никуда от меня не денешься, если не прекратишь делать это, — предупреждает Терренс, уставив свои широко распахнутые глаза на грудь и ключицы Ракель. — Я не шучу, ты точно доиграешься…

— Так я ничего и не делаю! — Ракель с загадочной улыбкой слегка прикусывает губу ведя себя очень игриво и пожирающим взглядом окинув Терренса с головы до ног. — Это ты не умеешь сдерживать себя и заводишься после одного лишь намека на секс.

Ракель хочет снова попытаться отойти в сторону специально для того, чтобы немного подразнить Терренса. Но он не дает ей это сделать, прижавшись к ней так, чтобы она была полностью обездвижена, и с хитрой улыбкой на лице крепко берет девушку за горло.

— Нет уж, красотка, ты никуда от меня не денешься, — уверенно заявляет Терренс. — Пока я не захочу, ты будешь стоять здесь и делать все, что я скажу.

— Остынь, жеребец, — хитро улыбается Ракель. — Я понимаю, что у тебя полно энергии, которую тебе некуда девать. Но все же держи себя в руках, пожалуйста.

— Если я захочу, то могу спокойно раздеть тебя и оттрахать прямо здесь и сейчас. — Терренс резко впивается в губы Ракель, одаривает ее немного грубым, напористым поцелуем. — Ты принадлежишь только мне, ибо я – твой жених.

— А я могу спокойно послать тебя к черту.

— Ох, какая же ты переменчивая девочка… — с хитрой улыбкой мурлыкает Терренс и проводит приоткрытым ртом по изгибу шеи Ракель, полной грудью вдыхая запах ее кожи. — О черт… Твой запах сводит с ума… Устоять невозможно…

— А ты попробуй сдержаться.

— Как ты вообще смеешь предлагать мне что-то подобное? — возмущается Терренс, проводит губами по ушам Ракель и нежно ласкает кончиком языка чувствительное место за ними, заставив ее почувствовать сильную дрожь во всем теле и громко выдохнуть. — И смеешь играть с таким важным человеком, как я…

— Кто ты такой, чтобы радоваться твоим попытками облапать и облизать меня?

— Ах, Кэмерон, ты, дурочка, совсем ничего не понимаешь. — Терренс проводит обеими руками по изгибам талии Ракель и располагает их на ее ягодицах. — Ты должна радоваться , что губы и руки самого Терренс МакКлайфа ласкают твое тело.

— Да, радоваться, что один ублюдок делает со мной то, что точно когда-нибудь вызовет у меня остановку сердца, — тихо стонет Ракель в тот момент, пока Терренс оставляет на изгибе ее шеи несколько нежных поцелуев и парочку легких укусов. — Чертов ублюдок… Ненавижу тебя… Ненавижу… Ар-р-р…

— Сейчас этот ублюдок покажет все, на что он способен.

Терренс снова вовлекает Ракель в уже более продолжительный поцелуй в губы, на этот раз сделав его более грубым и как бы показывая свою власть над ней. Его руки сначала держат и гладят ее шею, а чуть позже перемещаются к груди, которую он с большим удовольствием ласкает и сжимает крепко, но мягко. Это заставляет ее издавать тихие и громкие, чувственные вздохи и начать сильно выгибаться, довольно часто дыша и понимая, как ее сердце начинает биться в разы чаще, каждая мышца заметно напрягается, а по всему телу проходит приятная дрожь. Улыбка МакКлайфа-старшего становится намного шире, а он продолжает по-хозяйски мять упругую женскую грудь и покрывает шею брюнетки нежными и сухими или напористыми и влажными поцелуями, пока она просто держит руки на его плечах.

— Что, детка, нравится? — с хитрой улыбкой интересуется Терренс, просовывает одну руку под блузку Ракель и гладит ее плоский живот, пока он проводит губами по обоим изгибам и передней части ее шеи, опускается до ключиц и оставляет несколько поцелуев на открытой части женской груди. — Ты сама напросилась. Так что возражения не принимаются.