— Дядя Майкл отрицает все обвинения и утверждает, что не поручал никому убивать Николаса. Хотя не исключаю, что это правда, и у Эрика были какие-то свои счеты с другом отца.

— Ну… Раз он виноват, то он обязан отправиться за решетку. Полиция должна снять с тебя все обвинения.

— Я заявил о своих обвинениях тому капитану Виктору Джонсону, которого показывали по телику. И он пообещал мне принять это к сведению. Сказал, что у Эрика возьмут отпечатки пальцев, чтобы сверить их с теми, что есть на пистолете. Это будет небольшой шанс на мое освобождение. Но в любом случае я буду вынужден предстать перед судом в качестве обвиняемого. Наравне со всеми теми тварями, которых поймала полиция.

— А ты не думал попытаться разыскать человека, который может доказать твою невиновность?

— Я хочу разыскать этого человека, но понятия не имею, где и как, — разводит руками Эдвард. — Прошло уже столько лет с того момента, как мы виделись. Многое могло измениться. Это я болтаюсь как дерьмо в проруби и никуда не могу рыпнуться. А мой друг уже давно мог сменить номер, переехать в другой город или другую страну и вообще забыть о моем существовании.

— Разыщи этого человека, парень! — уверенно восклицает Кристофер. — Он – свидетель убийства, который сможет подтвердить твои слова. Убийца вряд ли признает свою вину и будет придерживаться версии, что ты убил его. Даже если будут найдены неопровержимые доказательства. А если у тебя будет свидетель, то твой шанс быть признанным невиновным возрастет в разы. Не гарантия, конечно, но все же какая-то надежда.

— Я постараюсь, но не уверен, что смогу разыскать его, — неуверенно отвечает Эдвард. — Пока что есть только одна мысль – позвонить ему на мобильный. У меня все еще есть его номер.

— Очень хорошая идея! Не думаю, что люди будут часто менять свои номера. Только если они не потеряли его или их не задолбали какими-нибудь звонками. Если он все же не существует, то робот так тебе и скажет. А если ты попадешь, куда надо, то есть шанс, что тот парень ответит тебе. Объяснишь ему всю ситуацию и попросишь о помощи. Думаю, он не откажет тебе, когда узнает, в какой беде ты оказался, и сделает все, чтобы спасти тебя от тюрьмы.

— Думаю, я непременно сделаю это. В самое ближайшее время. Ведь неизвестно, когда состоится судебное слушание.

— Ты не знаешь?

— Нет, не знаю, — мотает головой Эдвард и запускает руку в свои волосы. — Нам пока что не сказали конкретную дату.

— Ну тогда действуй, парень, — уверенно отвечает Кристофер. — Для тебя этот человек может оказаться спасением. Ты же ведь не хочешь всю свою жизнь провести за решеткой за то, чего не делал?

— Боюсь, меня точно доведут до желания покончить с собой, если я все же вернусь туда.

— Тогда не вздумай сидеть, сложа руки. Делай все, что можешь. А иначе никакие опытные адвокаты не помогут тебе. Даже обжалование приговора не поможет тебе, если ты не найдешь способ доказать свою невиновность. Того факта, что на оружии есть твои отпечатки, может оказаться достаточно для того, чтобы тебя посадили лет на двадцать.

— Я постараюсь. Обещаю.

— Ох, ладно, давай думать, что это ты разъяснил… — задумчиво говорит Кристофер. — А что насчет попытки убийства твоего брата, его невесты и твоей бывшей? Каким образом твой дядя хотел их убить?

— В репортаже сказали правду. И я уже говорил, как дядя сначала похитил мою бывшую девушку, а потом заставил меня и моего брата приехать к нему, планируя отправить своих людей за Ракель.

— Неужели она и правда привела полицию в дом твоего дяди, как сказала ведущая?

— Да, ей повезло в некотором смысле, — неуверенно отвечает Эдвард. — Потому что она начала искать способы покончить с этой историей за некоторое время до того, как все это случилось. Ракель втайне обратилась за помощью к своему другу и знакомому моего отца, которые работают в полиции. С их помощью полиция вместе с моими отцом и той девушкой приехали к дому дяди, где я тогда был с братом и бывшей девушкой. Если бы не Кэмерон, то вряд ли бы нам удалось остаться в живых. Она буквально спасла нас всех! Спасла от того, что могло с нами случиться.

— И я так понял, она узнала о том, что твой отец жив, намного раньше?

— Именно! Она знала, но молчала и хотела, чтобы мы с Терренсом сами все увидели. А отец сотрудничал с полицией еще до того, как Ракель обратилась за помощью. Кроме того, в дом дяди Майкла специально был заслан человек из полиции… Девушка, которая втерлась в доверие моего дяди, всегда была в курсе его планов и передавала всю информацию полиции, а они сообщали новости моему отцу.

— Вау! Вот это история!

— Это история могла закончиться плачевно, но к счастью, сейчас все живы и здоровы. Правда, я уже три дня ни с кем не разговариваю и не знаю, что происходит со всеми этими людьми.

— Да-а-а, приятель… — Кристофер неуверенно хлопает Эдварда по плечу. — Не завидую тебе… Удивляюсь, что ты живешь со всем этим дерьмом уже много лет.

— Родители натерпелись от дяди намного больше меня или брата. Хотя этот подонок умудрился испортить жизнь и нам еще тогда, когда мы были мелкие. Например, дядя настроил еще маленького Терренса против отца, которого он ненавидел всю свою жизнь. Потому что верил лжи о том, что его отец ужасно обращался с матерью. Лишь три дня назад он узнал всю правду.

— Ничего себе…

— И это только малая часть того, что он совершил. Если я начну рассказывать обо всем, что он сделал, это займет много времени.

— Да уж… Теперь я понимаю, почему ты пытаешься сбежать ото всего этого. И догадываюсь, почему ты решил выдать себя за другого человека. Я бы и сам предпочел бы сделать все, чтобы перестать быть частью таких криминальных драм и жить спокойной жизнью.

— В какой-то степени, да… — задумчиво отвечает Эдвард. — Ради спокойной жизни я готов изменить в своей жизни все . Даже готов перестать называться Эдвардом и стать кем-то, кто не имеет отношение к семье МакКлайф. Стать тем же Джастином Калебом Леджером, за которого я себя выдавал для тебя.

— Неужели за все эти годы ты никому не рассказывал о том, что стал подозреваемым в убийстве Николаса и можешь пойти за решетку?

— Никому. Никто не знал, что я в скором времени стану подсудимым наравне с дядей и его стадом баранов. Но когда дядя выдал мою тайну отцу, Терренсу и Наталии, то мне пришлось во всем сознаться. Правда, дядя не знал, что именно Эрик убил Николаса и искренне верил, что я сделал это. Я мог бы сказать правду, но мне бы не поверили, даже если бы у меня были доказательства.

— И что ты будешь делать, если тебя признают невиновным?

— Исчезну. Навсегда пропаду для своей семьи и перестану называть себя ее частью. Я безумно люблю ее, но будет лучше, если меня в ней не будет. После всего, что произошло, я больше не могу называться одним из МакКлайфов.

— Хочешь скрыться только из-за того, что на тебе будет клеймо человека, сидевшего в тюрьме?

— На самом деле причин очень много. Дело не только в стыде признаться в том, что я находился в окружении зэков.

— Ну… — слегка хмурится Кристофер. — Я уже понял, что ты боишься показываться своей бывшей девушке на глаза после того, как ты бросил ее. Но мне кажется, что не стоит бежать от семьи только из-за того, что ты сидел в тюрьме. Ты же никого не убивал! Чего тебе стыдиться? Многих могут взять под стражу без причин, но потом полиция снимает с них все обвинения. Ошибка! С кем не бывает!

— Я хочу убежать, потому что мне стыдно перед братом, родителями, и будущей невесткой, — неуверенно признает Эдвард. — Произошло кое-что, из-за чего мои отношения с ними резко испортились.

— Думаешь, они осуждают тебя за то, что ты бросил свою девушку? — округлив глаза, удивляется Кристофер.

— Не только. Получилось так, что они неправильно поняли мое желание бороться с дядей. Посчитали, что я якобы хочу ограбить и убить их ради денег.

— То есть, как это?