— Этот полицейский сказал нам, что у них действительно был информатор, — задумчиво говорит Терренс.

— Об Эдварде у них тоже была некоторая информация. Они знали и про Локхарта, и про МакКлайфа. А когда Дарвин и друг мистера МакКлайфа приехали в больницу после того как узнали о его ранении, то у них состоялся разговор с врачами. Они попросили разрешения взглянуть на тебя. Дарвин сказал, что ты не видел этого, потому что то ли спал, то ли еще был без сознания, то ли под наркозом… Виктор Джонсон, тот самый коллега Дарвина, тогда нахмурился и явно что-то заподозрил. И в разговоре со мной он признался, что сопоставил все факты и догадался, что Эдвард Локхарт и Эдвард МакКлайф – один и тот же человек. В этом ему помогло его личное дело в полиции.

— Значит, полицейские узнали… — задумчиво произносит Эдвард, начиная понимать, почему полицейские могли так легко узнать его. — Да… А что насчет человека, который нашел меня?

— Этот человек не знал о тебе ничего, поскольку у тебя не было документов. Увидел, что ты был ранен, вызвал скорую и все им рассказал.

— Это все тебе рассказал тот полицейский? — интересуется Наталия.

— Да. Я рассказала другу все, что знала сама, и попросила его свести меня с другом Джейми. Дарвин пообещал поговорить с ним. Он дал мне свой номер, я написала ему свой, и мы попрощались. А пока я принимала все, что узнала, ко мне подошел Эдвард.

— О, а разве вы встречались?

— Он сам ко мне подошел. Мы говорили о том, что произошло несколько дней назад. Я сказала Эдварду все, что хотела, и потом ушла. — Ракель бросает взгляд в сторону. — А где-то спустя два часа Эдвард приехал к нам с Терренсом домой с синяками и кровью на лице и сказал, что тебя увезли люди Майкла. Тогда мне пришлось выступить в роли миротворца, чтобы мы смогли объединиться и помочь тебе. И после всего этого мы отправились на место похищения. А пока мы осматривались, я получила сообщение от Дарвина. Он написал мне, что друг Джейми согласился встретиться со мной. Встреча должна была состояться на следующий день в половину четвертого дня.

— В половину четвертого дня? — уточняет Терренс. — Так, стоп! Правильно ли я понимаю, что ты действовала в тайне? Решила скрыть от нас с Эдвардом то, что ты хотела встретиться с человеком, который знает отца?

— Да, это правда, — подтверждает Ракель.

— Но почему ты ничего нам не сказала?

— Сказать, что ваш отец живой и прятался от своего брата? Или что Эдвард – твой пропавший много лет назад брат? Нет уж! Я не хотела выглядеть как лгунья! Я решила сначала найти доказательства или позволить вам увидеть это своими глазами.

— И именно поэтому ты так сильно нервничала на следующий день после похищения Наталии?

— Не только из-за этого. Я очень беспокоилась за Наталию и до смерти боялась, что те люди что-нибудь сделают с ней. И я очень много думала над тем, что мне нужно узнать от друга Джейми… Прежде всего я хотела рассказать ему о том, что случилось с Наталией. Нужно было что-то делать ради ее спасения, и я не могла упустить шанс.

— Значит, когда мы приехали в то место, откуда увезли Наталию, ты получила сообщение от того полицейского и договорилась о встрече с другом отца? — уточняет Эдвард.

— Да. Когда мы уже пришли к тому месту, где тебя ударили по голове.

— Я тогда заметил, что ты спряталась за стенкой и выглядела слишком взволнованной. Правда, я не предавал этому значения и подумал, что ты просто замыкалась в себе. Переживала за подругу. Хотела уединиться.

— Это тоже. Но я спряталась, чтобы написать сообщение своему приятелю, дабы он знал, что мое желание встретиться с Виктором все еще было в силе.

— Теперь-то нам все ясно.

— Я продолжу… — Ракель прикладывает палец к губе. — На следующий день Эдвард приехал домой ко мне и Терренсу и сказал, что Майкл приказал своим людям не пускать его в дом.

— Боже, значит, Эдвард правда приезжал сюда в тот день? — округляет глаза Наталия. — Майкл говорил, что его племянник получил его сообщение и пытался забрать меня!

— Это правда, — подтверждает Эдвард. — Я хотел забрать тебя и приехал сюда, но люди дяди даже на порог меня не пустили и прогнали, как собачонку. А потом они доложили ему обо всем, и он снова написал мне, дав понять, что пока он не захочет, то я не смогу даже близко подобраться к его дому.

— Надо же…

— Мы тогда втроем обсуждали это до того момент, как к нам домой пришли еще Даниэль с Анной, — говорит Ракель. — Он хотел предложить Терренсу сходить куда-то, а она думала поехать к тебе домой вместе со мной, ибо ты не отвечала на ее звонки. Ну… Нам троим пришлось рассказать им, что с тобой произошло.

— Значит, Анна и Даниэль уже знают, что со мной произошло? — слегка хмурится Наталия.

— Да, знают. Было бессмысленно это скрывать.

— Что ж, ладно…

— А в какой-то момент у меня зазвонил телефон. Я отошла в сторону, чтобы поговорить. Это был звонок от Дарвина, который напомнил мне о том, что вместе с Виктором ждет меня в кафе. И поскольку я не могла ничего сказать, то мне пришлось соврать . Мол, мой менеджер попросил меня приехать в агентство, чтобы уехать из дома и не вызвать подозрений. Терренс и Эдвард старались находиться возле меня, чтобы не допустить того, что произошло с тобой. Но мне нужно было уйти. Ради вашего спасения.

— А я подозревал , что ты поехала вовсе не в агентство, — уверенно признается Терренс. — Сначала думал, что ты просто хотела вырваться на улицу, так как хотела побыть одна из-за того, что в тот день мы разругались. А потом Серена сама сказала мне, что не назначала никаких встреч и попросила сообщить тебе о ее желании встретиться.

— Ну да, отчасти это правда. Эта встреча была отличным предлогом для того, чтобы уйти из дома. Однако мне некогда было гулять по городу, ибо меня ждал Виктор Джонсон, друг Джейми. Он очень подробно рассказал мне про детство Майкла и Джейми. Про компанию, которой должен был управлять Джейми по воле своего отца. А также про половину акций, которые должны принадлежать Ребекке.

— И наверняка рассказал о том, как дядя обманом забрал компанию, дом и деньги, — задумчиво предполагает Эдвард.

— Верно. Ваши родители были настолько бедны, что им пришлось просить у Виктора и его жены в долг на свадьбу и после нее и жить в квартире его покойных родителей. Поначалу как-то держались, но после рождения вас двоих все стало очень сложно. Даже помощь вашей бабушки, по его словам, была мизерной.

— И все это привело к тому, что родители сильно поругались, отец ударил маму, испугался, собрал вещи и ушел, забрав с собой Эдварда и пропав на много лет, — продолжает Терренс. — А потом женился на Изабелле и стал отцом Джереми и Уильяма.

— Верно, Джейми жил с Изабеллой Торн очень много лет. А Майкл управлял компанией своего отца и получал неплохие деньги с ее доходов. Хотя как сказал Виктор, дела обстояли ни лучше, ни хуже. Все было ровно .

— Но через несколько лет объявился дядюшка с заявлением о том, что отец был двоеженцем, — продолжает Эдвард. — Что его второй брак с Изабеллой не имел никакой силы, потому он не развелся с мамой.

— Именно! Изабелла получила доказательства, подала иск с требованием о признании второго брака недействительным и запрет на общение Джейми с Джереми и Уильямом. И выиграла его не без помощи Майкла.

— Мы знаем.

— А потом Майкл узнал от Изабеллы о существовании завещания. — Ракель бросает взгляд в сторону. — И был в курсе, что Ребекка владела пятьюдесятью процентами акциями компании, а Терренс, Эдвард, Джереми и Уильям должны были разделить между собой лежащие на банковском счете четыре миллиона долларов. Ну и Майкл захотел завладеть акциями компании и все этими деньгами. В то же время Эдвард узнал про Терренса… А Джейми был в ярости из-за того, что Майкл снова ворвался в его жизнь и испортил ее.

— Странно, но я не знал, что произошло между отцом и Изабеллой, — задумчиво говорит Эдвард, поглаживая подбородок. — Когда я уходил из дома, они очень хорошо между собой общались. Да, Изабелла уехала куда-то вместе с Джереми и Уильямом, но я думал, что они поехали куда-то по делам или захотели навестить ее родственников. Сестру, например.