— Что ты ему сказал, Майкл? — сквозь зубы цедит Джейми, резко хватает Майкла за шиворот и уставляет на него свой холодный, пронзающий взгляд. — ОТВЕЧАЙ, ПОДОНОК, ЧТО ТЫ ЕМУ СКАЗАЛ И КАК ЗАСТАВИЛ НЕНАВИДЕТЬ МЕНЯ?

— Так, убери от меня свои грязные руки, — грубо требует Майкл и резко отталкивает Джейми от себя. — Не смей трогать меня! А иначе ты очень сильно пожалеешь об этом!

— Не выводи меня из себя и заставляй придушить тебя собственными руками. Ты прекрасно знаешь, я очень легко выхожу из себя! СЕЙЧАС ЖЕ ГОВОРИ, ЧТО ТЫ СКАЗАЛ МОЕМУ СЫНУ!

— Хочешь расскажу я? — берет инициативу Терренс, неотрывно смотря на Майкла.

— Говори, Терренс. Что тебе сказал этот больной ублюдок?

— А все дело в том, отец, что когда мне было примерно шесть-семь лет, этот подонок заявился ко мне и моей матери домой. Она пыталась прогнать его, но он прошел в ту комнату, в которой я играл, да еще и запер дверь на замок. Мама еще долго стучала и громко требовала открыть дверь. Но дядя не слышал ее и начал говорить со мной. Я принял этого типа за отца, но он ответил, что он – мой дядя. Начал расспрашивать его об этом. Ну а затем дядя заявил, что ты бросил меня и маму и так легко забыл, потому что никогда не любил нас. Конечно, я в это не верил и утверждал, что мама всегда говорила иначе. И тут этот человек заявил, что ты никогда не любил меня и даже издевался над моей мамой и бил ее. Всегда . Даже когда она была беременна. Дядя повторял это много раз, пока мама стучала в дверь и угрожала вызвать полицию… Повторял до тех пор, пока у меня не началась истерика.

Джейми приходит в бешенство и переводит свой пылающий огнем взгляд на Майкла, которого он готов разорвать в клочья.

— Что? — громким басом возмущается Джейми, удивленно уставившись на Терренса. — Этот гад посмел сказать, что я бил твою мать?

— Даже когда она носила меня под сердцем, — подтверждает Терренс. — Дядя говорил об этом очень уверенно. А я был слишком маленьким, чтобы в чем-то разбираться и… Поверил ему… Правда, до сегодняшнего дня я не мог вспомнить, кто именно сказал мне это. Однако рассказ дяди Майкла расставил все на свои места. И… Вот почему я… Столько лет ненавидел тебя…

Джейми уставляет свой испепеляющий взгляд на Майкл и медленно начинает надвигаться на него, крепко сжимая руки в кулаки и начав дышать громко и часто.

— Ах ты подонок… — сквозь зубы шипит Джейми. — Тварь… УБЛЮДОК ! Значит, я избивал беременную Ребекку? Никогда не любил своего ребенка и его мать?

— Было бы грехом не воспользоваться шансом навестить этого мальчишку и его мамашу, — хитро улыбается Майкл. — Хорошо, что с вами на одном этаже жил один мой знакомый и рассказал мне, что произошло в вашей семье.

— Ну ты и мразь, Майкл! Мразь! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! — Джейми с раздраженным рыком со всей силы залупляет Майклу пощечину и начинает угрожать ему пальцем. — СУКА! Тварь, которая испортила мне всю жизнь! Это из-за тебя я стал нищебродом и не смог прокормить свою семью. Которую потерял опять же по ТВОЕЙ ГРЕБАНОЙ ВИНЕ! Я был обречен на страдания, потому что родился тогда, когда ты уже жил. Сначала ты делал все, чтобы испортить мне жизнь в детстве и унизить меня перед родителями и всеми нашими родственниками и близкими друзьями. А потом решил отобрать компанию, управление которой отец доверил МНЕ! Сделал все возможное, чтобы разлучить меня с женой и сыновьями! И ты даже умудрился разрушить и мой второй брак. Я лишен возможности видеться с ее детьми и не знаю, что сейчас с ними происходит.

— Ха, как будто ты никогда не путался у меня под ногами! — громко ухмыляется Майкл, расставив руки в бока. — Это из-за тебя родители никогда не любили меня. А когда родился ты, то они вообще позабыли обо мне, и я стал для них обузой. Меня не замечали так же, как ты не замечал Эдварда, когда он жил с тобой, Изабеллой, Уильямом и Джереми. Попал бы я под колеса машины или поезда – никто бы даже не сделал вид, что переживает за меня.

— Зная то, какой ты эгоистичный мудак, который только и умеет что гадить и вредить всем, я с тобой соглашусь . Наверное, впервые в жизни. Лично я бы даже не стал притворяться, что переживаю за тебя. И кроме того, даже пожелал бы тебе сдохнуть. Да, до того ты достал меня, что я не стесняюсь это говорить. Я до смерти ненавижу тебя, Майкл Грегори МакКлайф! Ненавижу так, как ненавидел еще никого в своей жизни. Страшно завидую тем, у кого есть любящие братья и сестры. К сожалению, мой братец – мерзкая гнида, лишившая меня моей семьи, моей работы, моего дома, моих денег… Всего !

— Это взаимно , Джейми Стивен МакКлайф! — со злостью во взгляде бросает Майкл. — Я всегда считал твое появление на этот свет глупейшей ошибкой наших родителей. Не понимаю, для чего они вообще родили тебя! Я ведь не просил у них брата и сестру и был доволен званием единственного ребенка. Причем мать родила тебя, когда я уже перестал бояться становиться старшим братом. И я проклял этот день, когда ты родился! Тебе всегда доставалось все самое лучшее, а я получал жалкие остатки. Родители делали для тебя все . Чтобы их любимое дитятко чувствовало себя хорошо. Чтобы окончило школу и университет с отличием. Я же с трудом окончил школу и получал отказ в оплате обучения хотя бы в самом ужасном университете.

— Да, а ты хоть раз показывал блестящие знания? Да с тем, что у тебя всегда было в твоей башке, тебя бы выгнали из университета уже после первых экзаменах. Там ты бы не смог никому заплатить, чтобы тебе засчитали сдачу экзамена.

— Ну и плевать! В школу я особо не рвался и был даже рад, когда окончил ее. Моей мечтой всегда была возможность работать в компании отца на престижной должности и однажды занять его место. Я ждал и верил, что однажды мне дадут шанс проявить себя. Но последней каплей стало заявление отца о том, что он назначил тебя управляющим, а меня посадил отвечать на звонки. Сделал меня секретуткой ! Я, блять, делал бабскую работу! Вместо того чтобы вести переговоры с партнерами, я всем улыбался, разносил кофе и вел твои дела. И самое обидное, что я получал гроши. В то время как отец обеспечил тебе огромной зарплатой.

— И тебе в голову взбрела идея лишить меня работы. Настолько слетел с катушек со своей ревностью, что был готов выставить меня лохом в глазах других. Ты начал подделывать все мои документы, в которых было очень много ошибок и несоответствий. Выглядело так, будто я обворовывал компанию и присваивал часть денег себе. А люди-то поверили и начали считать, что я неспособен управлять детищем отца. И из-за тебя я потерял работу, а ты занял место в кресле управляющего.

— Сотрудники хотели видеть меня главным управляющим, — невинно улыбается Майкл. — Ну а я не мог отказаться от чести начать руководить компанией.

— И знаешь, я бы с легкостью мог доказать свою непричастность к подделке отчетов. У меня есть доказательства, которые я начал собирать после того, как догадывался, что ты что-то задумал. Однако мне не хочется к этому возвращаться. Мне не нужна эта компания. Раз ты так хотел управлять ею, то, пожалуйста, стой у руля! Я туда и носа своего не суну.

— Тогда отдай мне пятьдесят процентов акций, которые принадлежат мамаше этих двух мудаков. Чтобы я стал полноценным владельцем и не был вынужденным делиться с тобой, твоей женушкой или вашими деточками.

— Я только за. Думаю, и мои дети согласны со мной. — Джейми разворачивается к Терренсу и Эдварду. — Да, ребята? Мы должны отдать вашему дяде акции компании? Думаю, ваша мама любезно согласится подписать бумаги об их продаже.

— Да пусть подавится! — грубо бросает Эдвард, резко махнув рукой.

— Мне не нужна эта компания! — сухо заявляет Терренс. — И я не буду там работать, ибо у меня другие интересы.

— Ну вот и решили! — восклицает Джейми и переводит взгляд на Майкла. — Вот и все! Компания твоя , подонок! Подавись! Ты хотел разбогатеть и руководить компанией – ради бога! Руководи! И теперь, когда мы обо всем договорились, то будь добр, исчезни из нашей жизни. И оставь нас в покое РАЗ и НАВСЕГДА! Я ПОНЯТНО ОБЪЯСНЯЮ, ТУПОРЫЛЫЙ ОСЕЛ?