— Уж на мою поддержку ты всегда можешь рассчитывать, — мягко говорит Хелен и тыльной стороной руки гладит Питера по щеке и голове. — Я всегда буду рядом. Независимо от того, кем мы являемся, и кем будем в будущем, я ни за что не брошу тебя и буду такой же верной и любящей подругой, какой всегда старалась быть. Ты всегда находишься в моих мыслях. Я каждый день молюсь Богу о том, чтобы Он помог тебе выкарабкаться и вернутся ко всем нам. Не сдавайся, Питер, я тебя очень прошу. Ты нужен нам всем! Мы не можем потерять тебя. Ты не можешь так просто покинуть нас.

Хелен еще несколько секунд смотрит на Питера, чей плачевный вид заставляет ее сердце сжиматься. А потом она тяжело вздыхает, кладет его руку рядом с ним, медленно встает с койки и покидает палату, скрестив руки на груди и все еще продолжая тихонько плакать и слегка трястись. Она забыла о том, что все это время за ней наблюдал Льюис. Мужчина ни на секунду не отходил от палаты и с грустью наблюдал за девушкой. А когда она выходит из палаты и начинает идти по коридору, то он говорит ей вслед:

— Думаю, я сделаю для вас исключение и разрешу каждый день приходить к Питеру и приводить с ним столько времени, сколько пожелайте.

— Э-э-э… — запинается Хелен, разворачиваясь к Льюису лицом. — Что?

— С сегодняшнего дня вы сможете приходить в палату Питера когда пожелайте. Хоть его состояние и тяжелое, оно и не вызывает слишком уж огромной угрозы. Его только сегодня утром перевели из палаты интенсивной терапии в обычную. Так что если вы хотите провести часик-два с этим парнем, то у вас будет такая возможность.

— То есть, я могу каждый день приходить к нему и говорить с ним? — издает всхлип Хелен и вытирает слезы со своей щеки.

— Можете. Я заметил, что аппараты несколько раз как-то странно отреагировали. Думаю, в этом есть какой-то знак. Мне кажется, он почувствовал ваше присутствие и даже слышал все, что вы ему сказали. Да и сейчас присутствие близкого человека ему явно не помешает. Кто знает, может быть, это поможет ему поскорее поправиться.

— И меня не выгонят отсюда?

— Только если его состояние не ухудшится, и ему не потребуются реанимационные действия или хирургическое вмешательство. Но пока что сейчас мы просто даем ему необходимые антибиотики внутривенно и следим за его температурой, давлением и сердцебиением.

— О, боже, спасибо большое, мистер Тодд! — со скромной улыбкой благодарит Хелен. — Я безмерно благодарна вам.

— Но помните, это исключение касается только вас. Мисс Тэйлор, мистер МакКлайф и мистер Перкинс не смогут навещать мистера Роуза до тех пор, пока его состояние точно не стабилизируется. Я уже говорил, что при желании они пока что могут только наблюдать за ним через окошко.

— Да-да, я поняла. Еще раз спасибо вам большое. Уверена, что с помощью такого прекрасного врача он обязательно должен выкарабкаться.

— Моя работа – спасать жизни людей, — со скромной улыбкой пожимает плечами Льюис. — Я делаю то, что должен.

— Все равно спасибо. Мы все будем благодарны вам, если Питер выживет.

— Пока что могу посоветовать вам молиться о чуде и верить, что он выживет. Если ему вдруг еще раз понадобится переливание крови, я сообщу вам. И буду сообщать обо всех изменениях в его состоянии.

— Конечно, — кивает Хелен.

Льюис внимательно присматривается к уставшей, заплаканной и бледной Хелен, которая выглядит такой несчастной и подавленной, что ему становится безумно жалко эту девушку.

— Да, и я бы советовал вам сходить в кафетерий и выпить чашку кофе, — советует Льюис. — А то вы выглядите так, будто не спали всю ночь. Или лучше вообще поезжайте домой и хорошенько поспите. Ваш внешний вид меня немножко пугает .

— Ох… — на долю секунды отводит взгляд в сторону Хелен и убирает с глаз прядь волос. — Честно говоря, я не спала нормально после того, как Питер попал в больницу. Как вы уже слышали, я буквально потеряла сон и аппетит.

— А вот зря, мисс Маршалл. Очень зря. Между прочим сон очень важен для хорошего здоровья. Он помогает вылечить многие болезни. А если у вас нет времени спать, то хотя бы просто сходите в кафетерий прямо сейчас и выпейте чашку кофе. Это поможет вам немного взбодриться.

— Хорошо, я схожу, — пожимает плечами Хелен и бросает короткий взгляд на Льюиса. — Еще раз спасибо вам большое за все, мистер Тодд.

Хелен разворачивается и неспешным шагом направляется в кафетерий, пока Льюис провожает девушку сочувствующим взглядом, все больше и больше начиная жалеть ее.

« Эх, хотел бы я сделать все возможное, чтобы помочь этой девушке и ее другу, — с грустью во взгляде думает Льюис. — Но к сожалению, врачи не такие всесильные. Они сделали то, что должны, и продолжают делать. Сейчас все зависит уже от самого Питера. Хотя я и сам очень хочу, чтобы этот парень выздоровел. Он еще такой молодой и толком не успел пожить. Хотя бы взял себя в руки ради группы, ради своих близких людей и ради поклонников. Если эта группа продолжит свое существование после потери Питера, то может быть такое, что люди не признают нового барабанщика и будут постоянно сравнивать его с предыдущим. Для некоторых Роуз навсегда останется в сердцах слушателей группы. Да и эти парни могут не поладить с новым участником. Всякое может быть. И мне бы хотелось, чтобы все закончилось хорошо. »

Еще немного подумав, слегка потерев лоб и поправив свои очки, Льюис заходит в палату Питера, проверяет показания аппаратов и убеждается в том, что поводов для паники нет, осмотрев блондина и услышав, как тот пытается что-то произнести. А затем врач выходит в коридор и, скрестив руки на груди, идет по своим делам, проходя мимо многочисленных врачей, с которыми он здоровается на словах или при помощи рукопожатия, пациентов, у которых что-то интересуется, и кого-то еще, на кого он не обращает никакого внимания.

***

Время около половины третьего дня. Терренс решил немного пройтись по улицам города и насладиться хоть и солнечной, но прохладной погодой. Одетый в черную кожаную куртку, темно-синие джинсы и однотонную серую футболку, мужчина медленными шагами идет по улицам с засунутыми в карманы руками, пребывая не в самом лучшем настроении из-за того, что происходит между ним и Ракель.

«Наши с Ракель отношения становятся все хуже с каждым днем, — думает Терренс. — Мы будто снова начали отдаляться друг от друга. Того и гляди все дойдет до того, что мы точно разорвем нашу помолвку, ибо находиться вместе все невыносимее. По крайней мере, мне… Я не могу терпеть эти истерики и скандалы без причины. Кэмерон реально выводит меня из себя, хотя я не делаю ничего, чтобы рассердить или расстроить ее.»

Терренс на долю секунды бросает взгляд в сторону.

«Нет, я понимаю, что каждый из нас занят своей карьерой и возникшими проблемами и сильно переживает из-за этого. Но все это просто какое-то безумие. Все резко изменилось… Изменилось в худшую сторону. Как будто она снова наступила на те же грабли и начала обращаться со мной так, как и тогда, когда мы едва не расстались. А я больше всего я боюсь, что однажды наступит тот день, когда Ракель захочет бросить меня. Я не понимаю, чем так разозлил ее, что она постоянно находит причины к чему-то придраться и почти не разговаривает со мной? Я же не даю на то повод!»

Терренс убирает с глаз волосы, которые попали туда из-за сильного ветра.

«Наверное, мне надо поддержать Кэмерон или, по крайней мере, сделать вид, что я понимаю ее. Кто знает, к чему может привести мое нежелание согласиться с ней. Ведь в последнее время почти все мои решения имеют какие-то последствия, а предположения могут оказаться неверными. Я всегда стараюсь думать трезво и поступать так, как нужно. Хотя иногда это все же приводит к не самому лучшему результату.»

Терренс на секунду бросает взгляд на человека, который проходит мимо него, слушая музыку в наушниках и что-то смотря в своем телефоне.

«Иногда мне кажется, что мы с Ракель будто поменялись местами. Она забрала мое умение думать трезво и действовать решительно, а я – ее упрямство и желание сделать все по-своему. Хотя… Упрямство у нее все еще осталось. Хотя я его только что приобрел и могу рогом упереться. Уже было много случаев, когда я сделал все по-своему, никого не слушая, и в итоге отвечал за последствия.»