— Я не знаю, Алисия, — немного взволнованно отвечает Амелия. — Но если обстоятельства сложатся по самому худшему сценарию, то она вполне может пострадать . А то и вообще умереть .
— Умереть? — Алисия резко мотает головой. — Господи, подруга, откуда у тебя такие ужасные мысли?
— У меня еще со вчерашнего дня было нехорошее предчувствие насчет этой девушки.
— Постой, а это может быть как-то связано с ее тайной, которую она скрывала?
— Вполне возможно. Я ничего не могу сказать. — Амелия на пару секунд замолкает. — Кстати, а почему ты спросила? Неужели ты думаешь, что у этой девушки появились проблемы из-за ее тайны?
— Это вполне может быть связано с тем, что я только что узнала.
— Ты что-то узнала?
— Да. Дело в том, что мне только что звонил мистер Кэмерон.
— Мистер Кэмерон? Так это ты с ним разговаривала?
— С ним.
— И что он сказал?
— Он сказал, что моя племянница рассказала ему тайну Наталии, и о том, как она стала причиной ее расставания с Эдвардом, — взволнованно сообщает Алисия.
— Господи, неужели все настолько плохо, раз у тебя такой взволнованный голос?
— Да, и это очень неприятный случай.
— Боже… А что это?
— Не хочу говорить обо всех подробностях. Но скажу тебе только лишь то, что пять месяцев назад Наталию едва не изнасиловал какой-то подонок, а его сообщники в это время фотографировали этих двоих.
— Едва не изнасиловали? — широко распахивает глаза Амелия. — Господи, ты сейчас серьезно?
— Еще как! Мистер Кэмерон рассказал мне об этом! Ракель тоже уже знает эту тайну от Наталии, которая все-таки рассказала ей и Терренсу о попытке изнасилования.
— Бедная девочка… Значит, это и есть ее секрет, который она скрывала?
— И то, что отчасти виновато в ее расставании с Эдвардом. Месяц назад снимки с ее насильником и самой девочкой попали в руки этого парня. Он жутко приревновал ее и даже не стал разбираться в том, что произошло, сильно оскорбив эту девушку и в конце концов объявив ей о расставании.
— Какой кошмар! — с ужасом восклицает Амелия, качая головой. — Не могу поверить… Я всегда с ужасом думаю о том, что чувствует девочка, когда кто-то пытается насильно поцеловать ее или сделать еще более ужасные вещи.
— Я понимаю это как никто другой, — тяжело вздыхает Алисия и нервно сглатывает. — Потому что в молодости сама едва не пережила насилие…
— Бедняжка… Какую же травму она получила… И какой это для нее был шок…
— Господи Иисусе… Я знаю ее с тех пор, как Ракель подружилась с ней. Наталия всегда была очень хорошей, скромной и милой девочкой. Однако какой-то подонок так поиздевался над ней и пытался выставить мерзкой и лживой перед всеми. Уже во второй раз, хочу сказать.
— Да, эта девушка здорово настрадалась, — с грустью во взгляде тяжело вздыхает Амелия. — Сначала Ракель поругалась с ней из-за Саймона Рингера, потом попытка изнасилования, а сейчас расставание с Эдвардом и угроза ее жизни.
— Она будто похожа на хорошую добычу для преступников. — Алисия задумывается на пару секунд, слегка прикусив губу. — Ведь Наталия – довольно запоминающаяся девушка. Высокая, на несколько сантиметров пониже Ракель… Натуральная блондинка с глазами цвета ясного неба и идеальные черты лица… Да и фигура у нее неплохая. Женственная… Парни тащатся от таких тел… Думаю, она вполне могла бы понравится не только хорошим парням, но и плохим, у которых на уме неизвестно что, и которые страдают от каких-то проблем с головой.
— Согласна, многим мужчинам нравятся такие девушки, как она. По мне она и правда очень даже красивая и запоминающаяся. Но к сожалению, как раз такие красавицы всегда выступают в роли жертвы, которую используют в не самых лучших целях.
— Однако Наталия всегда была довольно бойкой девушкой, которая может за себя постоять и что-то сказать своему обидчику. Даже если она очень боится. Это что-то вроде защитной реакции, когда пытаешься скрыть страх с помощью крутизны. Но такое поведение может еще больше спровоцировать ее обидчика, ибо он знает, что так и будет.
— Думаю, когда тот тип начал приставать к ней, то все так и было. Ему явно хотелось именно напугать ее и заставить трястись от страха. Это была вполне естественная реакция.
— Впрочем, я прекрасно понимаю эту девочку. Знаю, что она чувствовала, когда тот тип пытался насильно поцеловать, обнять и погладить ее.
— Она может очень сильно измениться после того случая, — с грустью во взгляде говорит Амелия. — Наталии повезет, если она не уйдет в себя и не начнет думать о попытке самоубийства. Ведь иногда жертве стыдно рассказать что-то подобное. Ею может руководить не только страх.
— Да, я знаю… — с грустью во взгляде говорит Алисия. — И ее нельзя оставлять одну. А раз Ракель уже знает об этом случае, то она должна сделать все возможное, чтобы помочь своей подруге пережить этот ужас.
— Ну раз Наталия доверилась Ракель и рассказала, что с ней произошло, либо она целиком и полностью доверяет своей подруге, либо твоя племянница сделала все, чтобы заставить эту девушку почувствовать себя не одинокой и понять, что ей нечего бояться, и ее никто не осудит.
— По крайней мере, теперь я знаю, что произошло между Наталией и Эдвардом, а значит, могу оценить ситуацию. — Алисия без эмоций на лице усмехается. — Ох, ну хорош же этот Эдвард! Мало того, что почти что предал и подставил под удар свою семью, так еще и бросил девушку в такой трудный период.
— Но ведь тот парень не знал, что произошло на самом деле!
— Да, но что от этого изменится? Ты думаешь, если она или кто-то еще попытается донести до Эдварда правду, то он забудет обо всех своих обидах и побежит перед ней извиняться? Не думаю! Сейчас этого парня интересуют только деньги его семьи. Им руководит зависть к другу и его богатствам.
— Ну а вдруг есть одно мощное лекарство под названием Любовь, которое буквально исцелит его и заставит одуматься и понять, что он может совершить огромную ошибку.
— Ах, по-моему, ты немного пересмотрела сериалы, дорогая моя, — по-доброму хихикает Алисия.
— Ну знаешь, Алисия, в жизни случается всякое. Я не верю, что этот парень на самом деле такой уж ужасный. Чувствую, что даже если у Эдварда и есть желание променять семью ради денег, то в нем все равно есть еще что-то хорошее. Мне кажется, если рядом с ним окажется нужный человек и сможет достучаться до глубин его подсознания, то он вполне может остановиться.
— Но где нам искать нужного человека?
— Подождем еще немного. Единственное, что мы можем сделать, – это только ждать. Ждать новостей от мистера Кэмерона. Сейчас он намного ближе к МакКлайфам и может разузнать все, что там происходит.
— Ты права, сейчас вряд ли можно что-то сделать. Так что будем просто ждать новостей и молиться о том, чтобы эта история закончилась хорошо.
Алисия тяжело вздыхает и слегка поправляет очки на переносице, будучи не в силах отделаться от мысли, что в ближайшее время случится что-то очень плохое.
***
Нью-Йорк. Время около половины второго дня. Терренс и Ракель находятся в гостиной с Эдвардом, который некоторое время назад приехал сюда. Хоть влюбленные все еще таят обиду на Локхарта, они прекрасно понимают, что только сообща смогут что-то сделать и помочь Наталии. Поэтому каждый из них старается не конфликтовать с этим парнем, который и сам держится тише воды, ниже травы.
Хоть Ракель находится в гостиной с Терренсом и Эдвардом, она не слишком активно участвует в разговоре, стоя возле окна и со скрещенными на груди руками задумчиво смотря в него. Сейчас она сосредоточена на встречи с Виктором Джонсоном и Дарвином Остином и сильно нервничает из-за того, как все пройдет. Кроме того, Ракель все еще не представляет себе, как сможет уйти из дома, не вызвав у Терренса никаких подозрений и не вынудив его увязаться с ней. Ведь все планы Виктора и Дарвина должны держаться в тайне.
Ну а Терренс и Эдвард сидят на диванах напротив друг друга и обсуждают сложившуюся ситуацию. В их отношениях по-прежнему чувствуется напряжение. МакКлайф старается не проявлять агрессию, хотя остается довольно холодным и практически не проявляет никаких эмоций, а Локхарт ведет себя очень скромно и не дает никакого повода усомниться в его порядочности и нежелании предавать семью.
