— Что? — широко распахивает полные ужаса глаза Ребекка. — То есть, ты не хочешь отказываться, насколько я понимаю?

— В этом нет никакого смысла. Он все равно грохнет нас всех просто за то, что мы существуем.

— Господи, Эдвард, что ты такое говоришь? — ужасается Ребекка. — Даже не вздумай зубами цепляться за это наследство! Откажись от этих денег! Не делай себе хуже!

— Я же сказал, что это не поможет. — Эдвард ехидно усмехается. — И вообще, с какой стати я должен отдавать то, что принадлежит мне по закону? Не для того я столько лет борюсь с этим мерзавцем, чтобы в итоге отдать ему все! Несправедливо , что этот чертов Майкл пользуется всем, что на самом деле должно принадлежать отцу и его детям.

— Ты говоришь так, будто деньги тебе дороже.

— Я просто борюсь за справедливость и хочу сделать все, чтобы вернуть то, что нагло украл Майкл. Этот мерзавец не имеет никакого права жить в огромном доме отца и раздавать своим людишкам ворованные деньги. Я клянусь, что пойду на что угодно, лишь бы забрать все и посадить эту тварь за решетку.

— Прекрати уже строить из себя героя, — хмуро бросает Ребекка. — Нашел, с чем связываться!

— Я хочу забрать то, что принадлежит мне !

— Господи, неужели тебе спокойно не живется? Почему тебе так важно надо ввязываться в какие-то разборки? Зачем ты вмешался в конфликт своих отца и дяди, который не имел к тебе никакого отношения?

— Потому что я не собираюсь отдавать этой мрази отцовское состояние! — раздраженно отвечает Эдвард. — Не отец должен был быть нищим и жить за чужой счет. Несправедливо, что настоящий владелец состояния, которое он получил благодаря дедушке с бабушкой, вложившие в него все силы и деньги, не может пользоваться им. Если на этом свете есть справедливость, то тот мерзкий ублюдок просто обязан отдать то, что украл.

— Эдвард, прекрати заниматься ерундой и не вмешивайся в то, что тебя не касается. Вместо того чтобы заняться делом и начать думать о своей жизни, ты тратишь время на борьбу за то, что не стоит того. Пошел бы поискал себе работу и начал зарабатывать деньги. Или думаешь, что однажды ты все-таки получишь наследство?

— А может, я хочу открыть свое дело? Хочу получать за него большие деньги!

— У тебя ничего не получится. Здесь нужен опыт. А у тебя его отродясь не было. К тому же, тебе нужно много работать. Джейми поначалу ничего не знал, но ему повезло, что отец всему его научил и подготовил почву. Но поскольку тебя некому учить, то ты доведешь свое детище до банкротства.

— Значит, вы тоже сомневайтесь во мне и моих способностях? — затаивает обиду Эдвард, едва сдерживая внутреннее напряжение и начав часто дышать. — Как и Майкл, считайте меня бестолковым мелким щенком, который ничего не добился?

— Я такого не говорила!

— Но вы только что намекнули!

— Ты не сможешь управлять своим бизнесом, потому что для этого нужно соответствующее образование и огромный опыт. Если тебе на стол положат какие-то бумаги, ты даже не поймешь, что это такое. А если кто-то будет знать об этом, то тебя запросто обманут и вынудят признать компанию банкротом.

— Какая разница! Все равно вы даете мне понять, что не верите в меня и мои способности.

— Разве я сейчас сказала, что ты абсолютно бездарен и не сможешь ничего добиться?

— Наверное, Майкл все-таки был прав , когда сказал, что люди вокруг совсем меня не ценят. Что все против меня. Что никто обо мне не беспокоится.

— А ты наивно веришь всему , что говорит этот человек. — Ребекка тихо усмехается. — Надо же, до чего он тебя надоумил!

— Я не глухой и не слепой и прекрасно вижу, как ко мне относятся люди.

— И именно поэтому ты так на всех обозлился и стремишься заполучить то самое наследство?

— Может быть, — низким, грубым голосом заявляет Эдвард, с обидой смотря на Ребекку.

— Что ты сказал?

— Я тоже хочу жить красиво! Почему вы все, черт возьми, можете позволить себе все, что хотите, а я как какой-то бездомный нищеброд? У меня никогда ничего не было! Отцу было жалко дать мне несколько долларов на самую дешевую игрушку или лишний раз сводить в магазин и купить нормальную одежду. И сейчас я ношу то, что носил еще в подростковом возрасте. Потому что у меня нет денег на новую. Хотя я сейчас с удовольствием обновил бы гардероб. Но разве я могу? Нет, не могу! Потому что я, черт возьми, нищеброд ! У меня нет ни цента! Даже дома собственного нет!

Эдвард с учащенным дыханием крепко сжимает руки в кулаки.

— Знайте, как стыдно признаваться людям, что к своим двадцати пяти годам я ничего не добился! — громко, раздраженно восклицает Эдвард. — Но благодаря отцу у меня есть потрясающий шанс поправить свое положение! И я не собираюсь отказываться от него. Я еще стану обеспеченным человеком и буду ничуть не хуже вас всех. Не надейтесь, что я до конца своих дней буду ходить в рваных штанах, изношенных ботинках и получать максимум восемьдесят долларов за небольшие подработки. Не надейтесь!

— Господи… — после небольшой паузы дрожащим голосом произносит Ребекка и тихо шмыгает носом, едва сдерживая слезы. — Эдвард… Эдвард, миленький… Господи… Ты хоть понимаешь, что сейчас говоришь?

— Понимаю , — уверенно отвечает Эдвард. — Раз отец оставил эти деньги мне, я не откажусь от них. И если у меня получится встать на ноги и сделать блестящую карьеру, открыв какое-то свое дело, то я буду всю жизнь благодарен ему за то, что он дал мне шанс не помереть с голоду. Я прощу ему все оскорбления и унижения. Потому что он все-таки вспомнил обо мне. Вспомнил, что я существую.

— Поверить не могу, что жадность и желание стать богатым погубили и тебя.

— Я собираюсь бороться за то, что принадлежит мне по праву. И будьте уверены – однажды настанет день, когда я перестану называть себя нищим бездомным. Буду жить как хочу: скупать магазины, дома, машины и квартиры, путешествовать по миру, зарабатывать деньги… И я уже не буду бояться, что мне снова будет грозить нищета. Да, мне придется много пахать и тратить кучу сил и нервов, чтобы добиться своего. Но поскольку фундамент уже есть, то останется лишь построить каркас. И я уверен, что справлюсь. Тем более, что у меня будут помощники, которые всегда подскажут мне, как лучше поступить.

— Не могу поверить… — Ребекка прикрывает рот рукой и шмыгает носом. — Эдвард, как ты мог так поступить с нами? Ты притворялся хорошим парнем, а на самом деле оказался мерзким и подлым подонком. Из зависти ты готов предать своих близких! Готов так легко подставить нас всех под удар, лишь бы тебе было хорошо!

— Я никому не желаю смерти. Я просто хочу сделать свою жизнь лучше.

— Хочешь сделать жизнь лучше – найди себе работу и упорным трудом прокладывай дорогу к успеху. Или ты не хочешь ничего делать? Ждешь, что деньги сами потекут рекой? А! Другие будут пахать, а ты только будешь сидеть в кресле и получать пачки долларов! Нет, миленький мой! Так не бывает! Любая работа требует огромного труда. Начальниками просто так не становятся.

— Да, но почему-то Терренс быстро стал известным и начал зарабатывать огромные деньги, — раздраженно отмечает Эдвард. — Сколько ему понадобилось, чтобы начать получать гонорары за роли в кино и заставить малолетних девчонок делать рекламу? Год? Два? Или ему не пришлось ждать? Переспал с нужными девушками – и все! О нем говорит уже весь мир!

— Твой друг работал с раннего детства, чтобы добиться того, что у него сейчас есть. Даже когда ему еще нельзя было работать из-за возраста, он все равно находил способы заработать деньги. Большую часть которых он отдавал мне. Терренс редко оставлял себе всю зарплату – только после моих долгих уговоров. Твой друг всегда был очень трудолюбивым и ответственным. Когда он получил свою первую небольшую роль, то выложился по полной и ни разу ни на что не жаловался. Вся съемочная команда восхищалась его профессионализмом и ответственностью к работе.