— Хорошо, я вас поняла. А что насчет тех писем? Принести их вам прямо сейчас?
— Не прямо сейчас, а где-то через пятнадцать-двадцать минут, — вежливо отвечает Терренс. — А пока дай гостю почувствовать себя как дома и попроси Блер или Виолетту принести ему и нам с Ракель что-нибудь выпить. Пусть подойдут к нам с подносом и предложат выпить.
— Э-э-э, ладно, как пожелайте…
— Спасибо большое. Скажи Эдварду, что мы уже идем.
— Хорошо. С вашего позволения.
Кристиана медленно закрывает дверь и уходит, пока все еще красные Терренс и Ракель снова переглядываются.
— Ну что ж, рыбка сама клюнула на удочку, — с легкой улыбкой разводит руками Ракель.
— Это точно! — уверенно соглашается Терренс. — Объявился красавчик по собственному желанию! И еще не знает, что его сейчас ждет.
— Раз так, то придется отложить секс на потом. Ибо пришло время узнать всю правду.
— Мне уже хочется увидеть его лицо, когда он увидит эти письма. И услышать, как Эдвард начнет оправдываться, если он и правда имеет к ним какое-то отношение.
— Не терпится узнать, какую ложь Эдвард попытается придумать на этот раз. — Ракель немного приглаживает свои волосы. — И как скоро твой друг захочет расколоться.
— Так, ты помнишь, о чем мы договаривались? — Терренс мягко берет Ракель за плечи и уверенно смотрит ей в глаза. — Первые десять-пятнадцать минут ведем себя как ни в чем не бывало: улыбаемся, шутим, смеемся и просто мило болтаем. А когда Кристиана или кто-то еще принесет нам письма, то мы начнем наше шоу.
— Не беспокойся, милый, я все помню. Не подведу и буду притворяться до последнего.
— Хорошо. Давай я спущусь первым, а ты подойди к нам через пару-тройку минут. Мол, делаешь прическу или макияж. Что-нибудь в этом роде…
— Как вам будет угодно, сэр. — со скромной улыбкой склоняет голову Ракель.
Когда Ракель хочет развернуться и подойти к зеркалу, как Терренс берет ее под руку и разворачивает к себе с хитрой улыбкой.
— И запомни, малышка, я еще не закончил с тобой, — более низким голосом говорит Терренс. — Надеюсь, вечером у меня останутся силы и желание завершить то, что так бесцеремонно прервал мой друг.
— Если у тебя не будет сил, то у меня появится преимущество, и я точно сделаю с тобой то, что ты надолго запомнишь, — уверенно заявляет Ракель, слегка прикусывает губу и берет Терренса за горло, с широкой улыбкой заглянув ему в глаза. — И все-таки заставлю раздеться и свести меня с ума игрой своих мускул.
— Могу быстро показать тебе свои мощные бицепсы. — Терренс улыбается намного шире. — Показать результат своих упорных тренировок.
— Сегодня вечером. — Ракель берет лицо Терренса в руки, одаривает его продолжительным, невероятно страстным и волнительным поцелуем в губы, чтобы раздразнить мужчину, слегка оттягивает его нижнюю губу, медленно проводит языком по его небу и вокруг языка, резко отстраняется и смотрит на него с хитрой улыбкой. — А сейчас, дорогой мой, выполняй, что обещал сделать некоторое время назад.
— Э-э-э… — немного теряется Терренс. — А что я тебе обещал?
— Ну вспоминай! Кто сказал, что приведет свой стог сена в порядок, если я сделаю кое-что? Я считаю, что сделала достаточно . Так что вперед, бери расческу и приводи свое черное гнездо в порядок.
— Да ладно тебе, милая, мой образ это ничуть не портит. — Терренс с гордостью одергивает свою клетчатую рубашку. — Сегодня я хочу побыть плохим парнем и отойти от строгого стиля.
— Ага, если твой друг сейчас увидит этот причесон, то он будет громко ржать.
— Поверь, как только мы заикнемся об угрозах, то Эдвард и думать забудет о моей прическе. Малой даже не обратит внимания на мой фингал под глазом.
— Терренс МакКлайф, я кому сказала… — слегка хмурится Ракель. — Сейчас же приведи себя в порядок!
— Нет, не хочу! — Терренс мило целует Ракель в лоб, держа ее лицо в руках, и начинает играть с ее взъерошенными волосами. — А вот если ты выйдешь к моему дружку с прической « стрижка-вспышка », то он точно не сможет сдержать своего смеха. Как, впрочем, и я тоже…
— Ах так! — широко раскрывает рот Ракель, расставив руки в бока. — Ну все, козел, тебе вечером придет конец! Я точно привяжу тебя к этой чертовой кровати полуголым, завяжу рот и буду пытать всем возможными способами. И клянусь, ты очень громко заскулишь после такого!
— М-м-м, ты уже раздразнила меня… — с загадочной улыбкой мурлыкает Терренс, берет в руки одну из висячих сережек Ракель и пару секунд рассматривает ее. — Эх, люблю я таких страстных девушек, которые могут быть извращенками. Плохие девчонки заводят меня гораздо больше примерных и послушных.
— Потому что ты – похотливый самец. Самец, которому я обязательно надеру задницу как следует. Еще будешь умолять о пощаде…
Терренс ничего не отвечает и, немного тяжело дыша и резко притянув Ракель к себе за талию, жадно впивается в ее губы. От чего та сначала замирает и напрягает свои мышцы, а потом резко расслабляется. Немного погодя мужчина отстраняется и, взяв ее за руку, нежно гладит девушку по щеке другой, которую она мягко обхватывает, гладя его запястье и на пару секунд прикрыв глаза. Потом он пару раз целует ее в шею, ласкает ей лицо уже обеими руками и губами проводит по некоторым его частям.
Однако когда Терренс отстраняется и хочет подойти к зеркалу, чтобы поправить прическу, Ракель легонько шлепает его по ягодицам и невинно улыбается, когда он вздрагивает и разворачивается к ней. А чтобы усилить эффект, девушка уверенно подходит к нему вплотную и, смотря своему жениху прямо в глаза, сильно, но нежно стимулирует его твердое на ощупь мужское достоинство. Вместе с этим она также немного ласкает его ухо и место за ним с помощью языка. От чего он еще сильнее вздрагивает, напрягает все свои мышцы, и едва сдерживает себя, чтобы не издать граничащий с криком стон. С чувством, что через него будто пропустили мощный разряд тока. Из-за накатившей на него волны у него на некоторое время перехватывает дыхание, а он сам испытывает сильное головокружение.
Ракель с невинной улыбкой как ни в чем не бывало отстраняется от Терренса и плавной походкой, слегка покачивая бедрами, подходит к окну. Тяжело дышащий мужчина так бы и пялился на свою невесту, но потом он вспоминает про Эдварда, ждущего их обоих в гостиной, и с трудом берет себя в руки, чтобы не поддаться искушению посмотреть на девушку. Перед выходом из комнаты он все-таки подходит к зеркалу, берет расческу с туалетного столика и причесывает свои волосы, чтобы они не торчали в разные стороны, не забыв поправить воротник своей рубашки, одернуть вниз футболку и подтянуть джинсы. Только после этого МакКлайф покидает комнату и закрывает за собой дверь.
Ракель смотрит Терренсу вслед с хитрой улыбкой, намеренно дразня его с целью заставить мечтать о вечере, когда она доставит ему максимум удовольствия. Ну а когда дверь закрывается, девушка подходит к зеркалу и пару секунд рассматривает свое отражение, видя свое покрасневшее лицо, всклокоченные волосы и чуть испорченный, недоделанный ранее макияж. Именно поэтому она начинает копаться в своей косметике, быстро исправив недостатки и замазав лицом пудрой, дабы скрыть покраснение. А потом берет расческу и просто расчесывает свои волосы, решив уложить косую челку на бок и немного подкрутить ее, чтобы потянуть время, которое она должна отсидеть, прежде чем отправиться в гостиную.
***
Спустившись вниз по лестнице, Терренс оказывается в гостиной, где его уже ждет Эдвард, стоящий к нему спиной со скрещенными на груди руками и рассматривающий какую-то вещь, что стоит на маленьком столике рядом с диваном. Мужчина выглядит заметно напряженным и, слегка нахмурившись, переминается с одной ноги на другую. Он задумывается о чем-то не очень приятном, но из раздумий его выводит голос Терренса, как ни в чем не бывало улыбающийся и делая вид, что ничего не знает о делах своего друга.
— Здорово, Эдвард, — дружелюбно здоровается Терренс. — Прости, что заставил ждать…
