— Не могу не согласиться с тобой, приятель, — сделав пару глотков кофе, соглашается Терренс. — То, что нужно! Повезло, что мой любимый напиток такой шикарный! И довольно крепкий!

— Простите, парни, а ваши девушки не будут переживать, что вы не возвращайтесь домой? — делая маленький глоток кофе, интересуется Джессика.

— Не волнуйтесь, мы предупредили их. Да и тем более, что им и так хорошо, ибо они проводят время вместе.

— О, а разве ваши девушки дружат? — искренне удивляется Хелен, тихонько подув на горячий кофе.

— Скажу вам больше, Хелен, они подружились гораздо раньше, чем мы с Терренсом узнали друг о друге. — Даниэль замолкает на пару секунд, чтобы выпить немного кофе. — То есть, я знал , кто он такой, ведь МакКлайфа в свое время знала каждая собака. Но я познакомился с ним лично, когда он стал участником группы, из которой мы с Питером ушли.

— Ух ты! Здорово!

— А девушки у вас красивые? — интересуется Джессика.

— Очень, — в один голос отвечают Терренс и Даниэль и широко улыбаются, как Чеширские Коты.

— Моя девушка самая очаровательная и лучшая на свете! — восхищенно говорит Даниэль.

— А моя невеста – самый удивительный человек, без которого я бы не смог жить, — уверенно добавляет Терренс.

— У вас такая огромная любовь друг к другу? — с легкой улыбкой на лице, но грустью во взгляде интересуется Хелен. — У вас глаза так ярко загорелись, когда мы заговорили про ваших девушек.

— Да, но где-то несколько месяцев назад наша с невестой любовь была не такой сильной, как сейчас, — признается Терренс. — Мне кажется, чем больше времени проходит, тем сильнее становятся наши чувства. Да, в свое время мы немного забыли друг о друге и начали остывать. Но сейчас у нас все хорошо, и я нисколько не жалею, что скоро женюсь на этой девушке.

— Простите за нескромный вопрос, а про ребенка вы случайно не думали? — неуверенно интересуется Джессика.

— Пока нет, — скромно улыбается Терренс. — Но я бы этого хотел хотя бы одного малыша. Однако для начала нам бы хотелось разрешить наши проблемы. А потом уже можно и о ребенке подумать.

— Это правильно! — с легкой улыбкой говорит Хелен. — Рождение ребенка – это очень ответственный шаг, к которому нужно быть готовым.

— Я знаю. Именно поэтому пока что ни о каком ребенке не может быть и речи .

— Уверена, у вас обязательно будет малыш, — слегка улыбается Джессика. — Лучше обзавестись детьми поздно, и они будут желанными, чем поддаться на чьи-то уговоры и стать родителями тогда, когда вы либо сами буквально еще дети, либо не готовы к этому морально.

— Не могу не согласиться.

На секунду в воздухе воцаряется пауза, а затем Джессика скромно улыбается и переводит взгляд на Даниэля.

— Можете считать, что я окончательно обнаглела, но все же… — задумчиво говорит Джессика. — Даниэль, а вы еще не задумывались о женитьбе на своей девушке?

— Джесс, ну почему тебе так важно все знать? — ударив Джессику в предплечье, смущенно недоумевает Хелен. — Еще немного – и парни захотят сбежать от тебя и твоих личных вопросов. Ибо ты успеешь достать их своими вопросами до того, как к нам подойдет врач Питера.

— Да нет, все в порядке, не беспокойтесь, — хихикает Даниэль и чешет висок, слегка пригладив волосы. — Наоборот вы только помогайте нам отвлекаться…

— Именно поэтому я и спрашиваю, — уверенно отвечает Джессика.

— Да, я действительно уже думал о женитьбе на своей девушке. Но пока что считаю, что мне стоит разрешить проблемы с группой и еще кое-какие дела, прежде чем я захочу создать свою семью. Да и буду откровенным – я не так остро нуждаюсь в браке. И моя девушка не давит на меня. Нам и так хорошо, без всяких документов о женитьбе. Мы уже и так живем как семья и не видим ничего плохого в том, что живем без брака в одном доме. Наоборот, я считаю полезным пожить вместе перед свадьбой, чтобы притереться друг к другу.

— Ну… — задумывается Хелен. — Только если ради этого… Ведь жить в одном доме и раздельно – это разные вещи.

— Однако не думайте, что я использую свою девушку как прислугу, которая убирается, готовит и стирает мою одежду. Когда-нибудь я обязательно женюсь на ней, но не прямо сейчас. И нас не будут осуждать те, кто против сожительства до брака.

— Мы верим, что вы порядочные и серьезные люди, которые точно знают, чего хотят от жизни, — отмечает Джессика.

— Однако иногда случается то, из-за чего мы начинаем теряться, — признается Терренс. — Это может сильно выбить нас из колеи и столкнуть с правильного пути.

— И нас часто одолевают сомнения и страхи, — добавляет Даниэль. — Например, сегодня мы тоже растерялись, когда нашли Питера с перерезанными венами. Но благо нам удалось быстро взять себя в руки и сделать то, что от нас требовалось.

— Так что не думайте, будто мы неуязвимые люди, которые ничего не боятся и могут решиться на любую глупость или начать смеяться над чем-либо, как полоумные придурки.

— Однако вы недавно смеялись друг на другом, — скромно хихикает Джессика.

— Не обращайте внимания, к вам это никак не относится, — дружелюбно отвечает Даниэль. — Просто Терренса всегда нужно держать на коротком поводке и не давать ему слишком зазнаваться. А иначе он совсем обнаглеет и забудет, кто есть кто.

— Да и нашего многоуважаемого Даниэля тоже надо хорошо контролировать, — тихо усмехается Терренс. — А то если его занесет не туда, то может случиться буря. Вот и приходиться время от времени остывать жаркий пыл этого жеребца.

— Мы уже поняли… — скромно хихикает Хелен. — Хотя мне иногда и Джессике приходиться промывать мозги, чтобы она не слишком расходилась.

— Ну и я могу иногда настучать Хелен по башке, если она превращается в упрямую ослицу, — задумчиво отмечает Джессика.

— Короче говоря, достается абсолютно всем, — скромно хихикает Даниэль.

— Верно…

Все четверо скромно хихикают и затем задумываются о чем-то своем, окинув взглядом все, что их окружает, и сидя на неудобных стульях, из-за которых у них вскоре все начинает болеть.

***

Терренс, Даниэль, Хелен и Джессика просидели в этом коридоре еще полтора часа в ожидании новостей о Питере. Они старались хоть как-то отвлечься от плохого, говоря на абсолютно разные темы, которые никак не касались их проблем, получше узнавая друг друга и рассказывая что-то из своей жизни. И как раз благодаря этому всем четверым удалось довольно быстро скоротать время и не сойти с ума из-за столь долгого и томительного ожидания.

— Слушайте, сколько мы здесь уже сидим? — устало интересуется Джессика, слегка ерзая на стуле и тихонько постанывая от легкой боли в спине. — Кажется, от этих неудобных стульев у меня болит все! У меня сейчас спина отвалится…

— Почти два часа, но новостей никаких нет, — бросив взгляд на свои наручные часы, задумчиво отвечает Терренс. — И мне как-то становится не по себе, ибо за все это время никто не проходил, кроме нескольких людей.

— Черт, пусть хоть кто-нибудь придет и скажет нам хоть что-нибудь о Питере… — задрав голову к верху и тихо простонав, устало говорит Даниэль. — Надоело уже мучиться от неизвестности…

— Думаю, уже скоро к нам должны подойти, — тихо говорит Хелен. — Мы уже и так сидим здесь достаточно долго.

— Если мы так ничего и не узнаем в течение часа, то мы сами можем подойти к девушке за стойкой регистрации и спросить у нее, — предлагает Терренс. — Вдруг они тут вообще забыли про нас, а мы как идиоты сидим и ждем, что к нам подойдут.

— Да, думаю, лучше подождать еще немного… — тихо вздыхает Джессика. — Хорошо, что нам не надо никуда торопиться, мы могли просидеть здесь хоть до ночи.

— Сейчас мы только это и можем делать, — уставив свой взгляд в одной точке, без эмоций говорит Даниэль.

— Ожидание – это всегда тяжело, — задрав голову к верху и немного повертев головой, чтобы размять слегка болящую шею, говорит Терренс. — Успеешь перебрать все варианты, подумать о самом худшем и начать переживать.