Постепенно белоснежная плитка на полу и стене в ванной комнате окрашивается в ярко-красный цвет. Пока кровь продолжает течь, предметы перед глазами все больше и больше размываются, а парнем овладевает жуткую слабость, легкое головокружение и неприятное ощущение тошноты в горле. Если бы Питер захотел попытаться подняться, то он, скорее всего, сразу же бы рухнул из-за того, что ослабевшие ноги вряд ли бы смогли удержать его вес. Впрочем, ему сейчас и сидеть немного тяжеловато, и он все больше хочет прилечь на холодный, окровавленный пол.
Сжав в руке кусок метала настолько крепко, насколько это возможно, Питер негромко кряхтит от адской боли, когда еще решительнее делает то, что уже сделал. И не обращает внимание на то, что его футболка и штаны к этому моменту окрасились в ярко-красный цвет. Силы Роуза стремительно уходят, перед глазами он видит лишь размытие очертания тех или иных фигур, по всему бледному телу стремительно распространяется жуткий мороз, а похолодевшие и задеревеневшие пальцы рук и ног теперь трудно разогнуть и согнуть. В какой-то момент Питеру становится жутко от того, что он перестает чувствовать свое тело и будто становится парализованным. Его накрывает приступ паники, из-за которого ему становится тяжело дышать, сердце отбивает сумасшедший ритм, а слезы сами собой текут из опухших, красных глаз. Сейчас как никогда сильно ощущение, что стены ванной комнаты начинают стремительно сужаться, а потолок опускается все ниже и ниже, желая раздавить парня как горошину.
В какой-то момент Питер пытается приподнять руку, немного привстать и дотянуться до дверной ручки с желанием выбраться из того места, где он задыхается как в темной и тесной коробке. Но отяжеленное тело резко тянет его вниз, а ослабевшие ноги теперь похожи на мешок картошки и более не поддаются контролю. Приближение неизбежного начинает не на шутку пугать парня, испугавшийся подобной потери контроля над ситуацией и над собой. Еще больше его начинают пугать ужасающие галлюцинации, что появляются перед глазами, что начинают медленно закрываться. Блондин изо всех сил пытается это предотвратить и удержать их открытыми. Пытается хоть как-то удержать контроль над ситуацией. Но постепенно он начинает сдаваться. Начинает сдаваться, пока кто-то или что-то шепчет в ухо вещи, убеждающие его в том, что все идет по плану, а все сомнения нужно послать куда подальше. Побуждающие его не противиться непоправимому, но неизбежному в данной ситуации. Черные фигуры с белыми глазами без зрачков теперь окружают Роуза со всех сторон, медленно, но хаотично летая в воздухе и пугая парня резкими и неестественными наклонами головы.
И они побеждают. Питер, тихо и безутешно рыдая, пускает все на самотек. И пристально, не моргая, наблюдает за тем, как кровь покидает его тело, по которому постепенно проходит волна тепла. Тепла, которое не согревает, а пугает и напрягает. Тепла, после которого парень камнем падает на холодный пол, прямо в большую ярко-красную лужу жижи, которой мгновенно покрывается вся его одежда и светлые волосы. В голове стремительно становится пусто. Ощущение размытости постепенно сменяется ощущением, что нечто затягивает его будто бы в черную дыру. В бесконечную темноту. Она все больше сжимает Питера в крепких объятиях и не собирается отпускать. И он уже не помнит, в какой момент безвольно закрывает глаза и перестает двигать конечностями с мыслями о тех людях, которые сделали его жизнь хоть чуточку лучше. О тех людям, которым он благодарен за то, что они пытались. Но зато запоминает злорадный смех черных фигур, что опустились на пол и, не мигая, пристально смотрят на него. А в какой-то момент из его расслабленной руки выпадает маленький кусок метала, который он так крепко держал в руке, что на ладони теперь также красуются глубокие, кровоточащие раны.
***
Терренс и Даниэль довольно быстро добрались до высотного здания, в котором расположена квартира Питера, страшно боясь, что могут не успеть спасти своего друга. Чем ближе они подъезжали к нужному месту, тем сильнее ими овладевало нехорошее предчувствие. Оставив машину на небольшой парковке, на которой уже стоит несколько машин, Терренс выключает мотор и пулей выходит из машины вместе с Даниэлем. После чего он одним нажатием на ключ запирает ее, уже не обращая внимания на то, что на его полуразбитую машину удивленно уставляются все, кто проходит мимо. Включая и двух пожилых женщин, которые сидят на скамейке рядом со входом в здание и видят, как друзья Питера приехали сюда. И которые говорят им что-то, на что парни не обращают никакого внимания.
— Что, парни, решили проведать своего дружка Роуза? — интересуется одна из женщин. — Который уже несколько дней не выходил из квартиры!
— Да уж, наконец-то вы пожаловали сюда, — добавляет еще одна женщина. — Вам бы надо почаще навещать этого парня! А то Роуз стал подозрительно тихим и даже ни разу не ссорился с соседями за последние несколько недель.
— Эй, молодые люди, мы с вами разговариваем! — чуть громче возмущается женщина, видя, что и Даниэль, и Терренс не реагируют на их слова и быстрым шагом подходят ко входу. — Или вас не учили здороваться?
— Господи, вот выросли деточки в наше время! Даже не могут сказать простое « здравствуйте » тем, кто старше их! Чему мамаши с папашами вообще учат их? Или деточки так отупели из-за своего Интернета и компьютеров, что им не поможет даже крепкий подзатыльник или ремень?
— Ох, Хиллари, а что ты хочешь! — разводит руками женщина. — Роуз – сам тот еще наглый и невоспитанный мужик и находит себе друзей под стать. Больше всех здесь возмущается и постоянно ругается на моих кошечек, которые не делают ему ничего плохого.
— Согласна, Марта, — уверенно кивает Хиллари. — Но в последнее время его не слышно и не видно. Никто не видел, как он выходил из своей квартиры хотя бы раз. Так… Только когда сюда приезжала его подруга с темными волосами… Они куда-то уехали, а через пару часов она привезла его домой. И все – с тех пор Роуз стал тише воды, ниже травы.
— О, подруга, раз его дружки приехали сюда, то сейчас они точно устроят что-нибудь эдакое. Ведь если сюда приезжают те, кто дружит с белобрысым, то дома в ближайшие три часа лучше не появиться.
И пока женщины по имени Марта и Хиллари продолжают осуждать Питера и возмущаться, что сюда приехали его друзья, Терренс с Даниэлем заходят внутрь здания и подходят к одному из лифтов, который МакКлайф вызывает нажатием на кнопку.
— Ох, эти бабули никак не угомонятся… — устало говорит Даниэль. — Всегда находят повод поругать Питера за что-нибудь и повозмущаться, что мы приходим сюда. А одна так вообще уже помешалась на своих кошечках, которые уже все углы обгадили.
— Да уж… — соглашается Терренс. — Оставили бы уже бедного парня в покое… Или просто в этом доме живут одни лишь женщины в возрасте?
— Походу именно это их и злит. Своих мужиков у них нет – вот и решили отыгрываться на блондине, который успел переругаться почти со всеми, кроме одной. Которая живет в квартире напротив его хаты.
Лифт раскрывает свои двери, и Даниэль с Терренсом быстро заходят в него. МакКлайф нажимает на кнопку с цифрой нужного этажа и вместе со своим другом ждет, когда они окажутся в нужном месте.
— Ох, не знаю, как ты, приятель, но у меня какое-то плохое предчувствие, — прислоняясь спиной к стенке лифта, с тревогой на душе признается Даниэль.
— У меня тоже, — прислонившись спиной к противоположной стенке лифта и задрав голову к верху, тихо отвечает Терренс. — И мне немного страшно из-за того, что я никогда не имел дело с такими людьми, как он. Которые хотят покончить с собой…
— Если честно, то я не уверен, что смогу спокойно смотреть на то, что можем увидеть, если Роуз уже успел изрезать себя. Не знаю, смогу ли я собраться, преодолеть ступор и сделать все, чтобы помочь ему.
— Я тоже не уверен, что смогу на это смотреть, но мы должны сделать это. Ты же знаешь, что я ехал настолько быстро, насколько возможно. И нам повезло, что на дорогах не было пробок, и мы довольно быстро добрались сюда.
