Более того, Орлана учили убивать противника, а в данном случае делать этого не следовало. На него и так все смотрят боком, а убийство соклановца на глазах у всех вряд ли повысит его рейтинг «зрительских симпатий». Выстоять, но не убить. Оказывается, это так сложно. Тем более, когда его оппоненты этим ограничением не заморачивались. Каждый из них готов был разорвать недояутжа на части.

К тому же, был ещё один «противник», игравший против Орлана – усталость. Всё-таки даже крепкое тело яутжа имело предел выносливости. Он чувствовал, как всё больше выматывался. Ему бы передохнуть минутку, чтобы подключиться к внутренним резервам. Да вот только его противники вряд ли предоставят такой тайм-аут. В конце концов, он пропустил мощный удар, который свалил Орлана с ног.

Наблюдавшая за боем Ни-р'ен рванулась вперёд, но её удержало прочное ограждение и предупредительное ворчание конвоиров.

Один Охотник пнул человекохищника в бок, но бить лежачего яутжа всё же не стали, только столпились над телом кружком, довольно пощёлкивая.

— Эй, уман, если ты там так и будешь разлёживаться, то твой питомец уйдёт к другим хозяевам, — с издёвкой проурчал Омо-Т'ар, и ему насмешливо вторили воины клана.

Ни-р'ен гневно зашипела на Старейшину, но Орлан никак не отреагировал на колкость. Самка снова попыталась вырваться, яростно бросаясь на ограждение, и Омо-Т'ар приказал увести уманку в каюту. Он даже не позволил девушке приблизиться к спецназовцу.

Проводив недовольным взглядом возмущавшуюся самку, Старейшина жестом дал знак убрать тело человекохищника с арены. Однако едва двое воинов склонились над Орланом, как спецназовец тут же пришёл в движение. Он дёрнул рукой ближнего яутжа за ногу, уронив его на пол, и сильным ударом шипастой ступни откинул второго далеко в сторону. Пока тот поднимался, Орлан добил мощным выпадом первого Охотника и, перекувыркнувшись набок, увернулся от атаки третьего воина. Одновременно извернувшись, он подбил ногой и этого, заставив его с грохотом шлёпнуться на пятую точку. Четвёртый бросился помогать соклановцам и тут же получил прямой удар в мандибулы от вскочившего на ноги человекохищника. А за ним отхватил свою порцию и пятый яутжа. Спецназовец действовал с профессиональной чёткостью, на автомате выполняя все приёмы, которые выучило его предыдущее тело. Пока одна рука Орлана наносила удар, вторая успела выхватить у противника заткнутый за пояс клинок. А в следующую секунду острое лезвие прошлось по горлу подоспевшего второго яутжа, подрезав ему сухожилия нижних жвал. После чего клинок нашёл свою следующую цель, поразив противника в глаз. Не достаточно сильно, чтобы повредить мозг, но вот в поединке воин уже не участвовал, как и его приятель с окровавленным горлом. Даже не удостоив их взглядом, спецназовец сосредоточил внимание на оставшихся противниках. С громким рёвом они одновременно ринулись в атаку.

Орлан хорошо знал, насколько Хищники были выносливы. Даже со смертельными ранами они продолжали сражаться, начисто игнорируя боль. Но вот анатомических свойств организма никто не отменял. Если у марионетки оторвать удерживающие её верёвочки, то никакая сила воли кукловода не заставит её двигаться. И Орлан нашёл в теле яутжа такие уязвимые ниточки, что назывались сухожилиями и связками. Его клинок с невероятной стремительностью прошёлся по выбранным целям, с точностью хирурга нанеся чёткие удары по нужным точкам, которые ему уже хорошо были известны. Инопланетный металл отличался повышенной прочностью и остротой. Там, где земной нож не смог бы справиться с железной мускулатурой Хищников, то их собственное оружие резало крепкие тела как масло. А силы удара человекохищника вполне хватало, чтобы эффективно поразить выбранную цель. При этом Орлан не забывал сам уворачиваться от атак противника.

— Ты недооценил яутжеумана, — с насмешливой нотой щёлкнул Р'ур-Икст, глядя, как Орлан разделал пятерых Охотников.

— Скорее, я раскрыл его потенциал, — проурчал в ответ Старейшина.

— То может сам сразишься с ним? — продолжал старпом. — Так ещё лучше узнаешь все его навыки.

Омо-Т'ар понял, что Р'ур-Икст его подкалывает, но предпочёл ответить в том же духе.

— И как это будет выглядеть: Старейшина состязается с Неокроплённым?

— Хочешь, чтобы он прошёл Обряд инициации?

— Посмотрим, — уклончиво ответил Омо-Т'ар и, развернувшись, отправился прочь из тренировочного зала.

Проводив его взглядом, Р'ур-Икст посмотрел на человекохищника. Он был весь израненный и еле стоял на ногах, но в его синих глазах горел огонь решительности. Если понадобится, Орлан готов был биться до последнего.

— Отведите умана назад в каюту и пусть медик его осмотрит, — указал Р'ур-Икст двум воинам, и те кивнув, отправились выполнять приказ.

Однако осуществить своё намерение им не удалось. Орлан внезапно отказался подчиняться, и к числу раненых добавилось ещё двое Охотников. Не обращая внимания на собственные повреждения, человекохищник яростно зарычал. Увернувшись от подоспевших троих воинов, он в несколько прыжков оказался на балконе. Его разгневанный взгляд скользнул по настороженным Охотникам и остановился на Р'ур-Иксте.

— Где она? — рявкнул человекохищник, готовый свернуть здесь всем шеи.

— С ней всё в порядке. Омо-Т'ар велел увести её назад в каюту, — спокойно ответил Старпом, коротким жестом остановив готовых броситься в атаку воинов. Его лицо не выражало абсолютно никакого беспокойства.

Орлан раздражённо оскалился, непокорно блеснув глазами.

— Я хочу её видеть. Он обещал, если я одержу победу…

— Уверяю тебя: ты увидишь её.

— Но не сейчас?

— Нет. Ты же не хочешь навредить Ни-р'ен, — спокойно проурчал Р'ур-Икст и добавил: — Но теперь ты можешь покидать свою каюту и передвигаться в пределах первого уровня.

— Ни-р'ен ведь находится на втором.

— Да. Тебе ещё не положено там быть.

— А Ни-р'ен, значит, можно.

— Разве ты бы хотел, чтоб её содержали в камере для питомцев?

— Нет.

— Тогда вопрос решён.

Человекохищник с раздражением фыркнул и резко развернувшись, направился прочь той же дорогой, которой его сюда привели.

— Зайди в медотсек, О'рлан, — щёлкнул ему вдогонку Р'ур-Икст.

— Сам справлюсь, — не оборачиваясь, возразил спецназовец. Через минуту он уже пожалеет о своей опрометчивой строптивости, но Орлан никак не хотел показать слабость перед бывшими врагами. Или же он просто проявил присущее ему упрямство.

Р'ур-Икст насмешливо шелохнул максиллой, глядя в след человекохищнику. Ни-р'ен раздобыла Омо-Т'ару серьёзную проблему.

Уже больше недели Орлан пребывал на борту корабля Хищников, но до сих пор не добился каких-либо весомых результатов. Он видел Ни-р'ен всего раз, во время сражения за неё на арене, но даже не смог к ней приблизиться. Хоть она и считалась его питомцем, однако распоряжаться своей собственностью человекохищник не имел права. Орлану сложно было определить собственный статус на корабле. Сначала его держали взаперти, и лишь в последнее время позволили добровольно покидать каюту, в которую переселили из прежнего карцера. Удобств здесь оказалось не больше, чем в предыдущем месте. Разве только матрас помягче на всё таком же спартанском ложе.

Каюта Неокроплённого. Самый низкий ранг среди Охотников. Чем-то схоже с положением призывника, едва поступившего в армию. Таких, как Орлан, здесь было около двух десятков. Они тренировались и проходили усиленное обучение, чтобы в скором времени пройти Обряд посвящения, что-то вроде экзамена или зачёта. После него ты или станешь Охотником, или… не станешь. Раньше понятие «не пройти Обряд» означало погибнуть во время него. Сейчас, благодаря суперрегенеранту, Неокроплённые выживали. Но вердикт по-прежнему оставался суровым. Редко кому позволялась повторная попытка. Считалось лучше погибнуть, чем не добыть свою священную дичь.

Как только Орлан получил разрешение свободно передвигаться по нижней палубе корабля, он, конечно же, первым делом постарался изучить «вражескую территорию», действуя по принципу разведчика в тылу противника. Внешне он вёл себя относительно тихо, исполняя все правила поведения клана. Мозг же его постоянно разрабатывал дерзкие стратегии, чтобы встретиться с Ни-р'ен, но при этом остаться незамеченным и не навредить девушке. Всё-таки привязанность к перевоплощённой самочке сдерживала бывшего спецназовца от инстинктов его прошлого промысла и въевшегося в сознание армейского устава космических сил Земли: быть беспощадным к врагу и всегда защищать свою Родину, свой народ. Вот только теперь он принадлежал к расе ранее ненавистных Хищников и, помимо воли, начинал раскрывать для себя их мир, законы, обычаи.