Броневик замер у одного из зданий. Мы выскочили наружу. Прикрывая друг друга, мы рванули к остовам горящей техники. Рискуя получить пулю, Гадюка бросилась к лежавшему в придорожной пыли предмету. Не без труда я его рассмотрел. Небольшой плюшевый мишка. Девушка опустилась на колени, подхватила игрушку с земли и расплакалась.

– Стой, не впадай в панику.

Девушка всхлипнула.

– Раз среди убитых их нет, значит, они живы. Видишь, всех людей Фаберже стащили к обочине. Думаю, изначально целью нападавших были именно дети.

Гадюка ещё раз всхлипнула, а я услышал голос Зига:

– Нужно валить, пока сюда не нагрянули дружинники из форта.

Я потащил упирающуюся девушку к машине. Пришлось залепить ей несколько хлёстких пощёчин, чтобы прервать на корню зарождающуюся истерику.

– Зиг, давай двигай в сторону Биржи. Нужно покрутиться поблизости, навести справки, узнать, что да как. Может, найдем того, кто обладает нужными сведениями.

– Думаешь, это хорошая идея, там появляться? С таким-то раскладом?

– Пока других мыслей у меня нет.

Броневик сорвался с места, и мы двинули в сторону Биржи.

– Штуцер, на что ты надеешься? Паука мы прикончили, а это значит, что в близлежащих фортах больше нет торговцев, обладающих нужной нам информацией.

– Я бы не был столь категоричен. Почему ты думаешь, что нам обязательно нужно возвращаться на Биржу?

– Но ты ведь сам только что сказал.

– Я сказал, что планирую побывать в близлежащих фортах.

– Штуцер, это плохая идея. Не вздумай даже пытаться. После наших фокусов Триада спустит с тебя шкуру. Они же конченые отморозки. Давай не будем пороть горячку и попробуем решить всё без привлечения кого-то со стороны. Мы и так взяли на себя слишком много обязательств. Зачем еще больше подливать масла в огонь? Ты же прекрасно понимаешь, что они вряд ли тебя отпустят.

– Думаешь, я этого не понимаю? Брось, Зиг, мне прекрасно об этом известно.

– Но так мы сможем убедиться, что дети не в руках бойцов Триады. Плюс подкинем им информацию насчёт раскола среди наёмников. Плюс, раз они подмяли под себя всю сеть информаторов, будет неплохо к ним наведаться. – Зиг, ты ведь бывал в китайском форте. Я прав?

– Доводилось пару раз испытать на себе тамошний колорит. Знал бы ты, какие у них массажные салоны. А какие девочки. Ммм, закачаешься.

– Странно, тогда почему ты отказываешься туда идти? – я вопросительно посмотрел на крутившего баранку экса.

– Да брось, просто надоело мне там всё. Чужие люди, чужая культура.

– Зиг, не юли. Пять минут назад ты нахваливал их массаж, а сейчас вдруг ни с того ни с сего решил спрятать голову в песок.

– Ничего подобного, – запротестовал напарник. – Просто не хочу менять родные осины на ощипанный бонсай.

– Бонсай вообще-то это японская культура, – заметила взявшая себя в руки девушка.

– Да какая разница. Чё пристали? Не хочу я туда и всё. Не заставите. И даже не пытайтесь меня уговорить.

– Хм, а я всегда думал, что ты ничего не боишься. Неужели за твоим нежеланием выполнить нашу крохотную просьбу скрывается какая-то тайна?

– Крохотную? Вы сейчас издеваетесь? Да там ведь настоящее преступное логово. Тем более я там буду, как белая ворона, у всех на виду.

– Ну-ка прищурься.

Экс показал мне средний палец.

– Да, хреновый из тебя китаец. Придётся нам искать другой вариант.

– Нечего мне там делать. Да и что могут знать эти узкоглазые?

– Фу, Зиг, не будь расистом. Китаянки тебе ведь нравятся.

– Как и бурятки, мулатки, негритянки и прочие особи женского пола.

– Ну, тогда чего ты ломаешься? Тебе всего-то и нужно, что пройти в форт. Покрутиться там на виду, а нужные люди сами тебя найдут.

– Зиг, я думаю, у нас есть способ уговорить тебя.

– Если ты намекаешь на пытки, то спешу заверить, что мой дух крепок и не сломлен.

– А что, если я укажу тебе координаты места, где ты сможешь раздобыть столько сигар, что тебе хватит на сотню жизней?

– Наивная девочка, рая в этом мире не существует. И вообще, это подло использовать чужие слабости себе на благо. Ты ведь про сигары не шутишь?

Девушка улыбнулась.

– Хрен с вами. Я согласен. Говорите конкретно, что я должен сделать? Убить Клинтона? Надрать зад Вину Дизелю?

– Нет, всё куда проще. Ты должен прийти к главному административному корпусу и передать охране привет от Хантера.

– Привет от первого главы гильдии наёмников? Ты, блин, серьёзно? Это всё равно, что намекнуть одному из глав Триады, что он задержался на этом свете, а, значит, скоро к нему придут злобные гуки и сделают ему больно.

Я улыбнулся и хлопнул наёмника по плечу.

– Уверяю тебя, ничего страшного с тобой не случится.

– Ага, максимум побьют или выкинут связанным за стену, чтобы приманить тварей.

– Не сгущай краски. Никто тебя не тронет.

– Легко вам говорить. Штуцер, а почему тебе самому не сходить лично с этим приветом? В конечном итоге эффект будет тот же.

– Нет, исключено, их глава не слишком жалует тех, кто приходит в его дом без приглашения. Сначала нужно попросить его об аудиенции.

– Штуцер, ты, блин, что, надо мной издеваешься? Помнится, именно ты строил невинные глаза и уверял меня, что ни сном, ни духом об их лидере. А выходит, ты знаешь даже его привычки и предпочтения. Это как вообще понимать?

– Извини, друг, но у меня были свои резоны. Что же касается их главы, то старика зовут Мандарин. Он один из тех, кто стоит во главе их организации, и в наших интересах заручиться его поддержкой. Кто бы ни похитил детей, так просто он их не отдаст.

– Предлагаешь отдать камень триадовцам? Да ты обалдел! Как только он окажется в их лапах, они нас грохнут. Хотя вру, они нас грохнут сразу, как только поймут, что камень у тебя.

– А кто сказал, что я собираюсь говорить, что он у меня?

– Мне кажется, что это подтверждённый факт, к тому же Мандарин был кое-чем обязан Хантеру. С чего ты взял, что после того, как ты напомнишь ему про должок, он станет нам помогать? Нам ведь он ни черта не должен.

– Поверь, я решу эту проблему. Главное, чтобы ты сделал всё в точности, как я говорю.

– Бро, хочешь верь, хочешь нет, но у меня снова плохое предчувствие.

Гадюка притворно вздохнула.

– Эх, жаль, придётся сигарам подождать еще пару сотен лет, пока не отыщется достойный ценитель, готовый ради них совершить настоящий подвиг. А ты, мой друг, пока покури подорожник или лопушок.

– Да ну вас. Шантажисты. Схожу я в этот ваш форт. Только что вы будете делать, если я не смогу оттуда выбраться?

– Знаю одно, убивать они тебя точно не станут, а, значит, тяни время. Если не появишься до наступления следующей ночи, я приду в форт лично. Как-никак, ты выступишь в роли парламентёра.

– Угу, намекаешь на то, что эти узкоглазые отнесутся ко мне с почтением. Помню, когда я в прошлый раз был у них…

Мы с наёмницей обратились в слух.

– Давай, друг, договаривай, что ты там такого учудил.

– А, не важно, что было – то прошло. Да и с той поры утекло много воды.

– Хм, да в тебе прямо поэт погибает, – усмехнулся я. – Думаю, что если мы не сбавим ход и продолжим двигаться с наступлением дня, то ничего страшного с нами не случится. Как-никак, и я, и Гадюка неплохо научились прикрываться от тварей Мешка.

– Лучше действовать по старинке и переждать день в каком-нибудь другом месте поблизости от форта.

– Если не сбавлять ход, мы можем успеть добраться до них до наступления утра. Хорошо хоть торговцам и Триаде хватило ума расположить свои опорные пункты в непосредственной близости от Биржи. Торговля привлекает сюда много людей, а, значит, на пути можно расположить узловые точки, где люди смогут тратить заработанные камни. Экономика, мать её.

Зиг остановил броневик у небольшого двухэтажного здания старой постройки. Я вопросительно на него посмотрел.

– Всё, дальше поедем по карте.