Самочка секунду смотрела в его глаза, а потом неожиданно закатила яутжа пощёчину.

— Впредь больше не смей скрывать от меня стратегическую информацию, — гневно прошипела дочь Ликвидатора.

Шелест шелохнул жвалом, чувствуя, как оно слегка зудело от коготков самочки, но внешне выражение его лица не изменилось.

— Знакомое безрассудство, — спокойно ответил силовик, не сводя глаз с молодой Воительницы. — Но в курсе ли ты, что за этим может последовать?..

Бирюза почувствовала, как у неё в груди появилось странное трепетное стеснение. Только что она совершила опрометчивый поступок, недопустимый среди яутжа. Влепить пощёчину вышестоящему лицу. Но вот не эта мысль отразилась в переменчивой зелени глаз Шелеста. И прежде чем Бирюза догадалась о его намерениях, яутжа в резком выпаде внезапно поймал жвалами мордашку самочки, насильно захватив её в грубый поцелуй. Обескураженная Бирюза даже не подумала вырваться, ошеломлённая поступком начальника. Но Шелест также быстро её вновь отпустил, из-за чего взволнованная самочка едва не упала.

— Я учту твою просьбу, — тихо щёлкнул Арбитр, отвечая на упрёк молодой Воительницы. Затем, спокойно развернувшись, он направился к выходу. — Идём. Корабль ждать не будет.

Бирюзе потребовалась вся сила воли, чтобы заставить повиноваться непослушные ноги. Глубоко вздохнув, она последовала за яутжа, чувствуя, как её затуманенное сознание обуревал целый вихрь противоречивых эмоций. Она до конца так и не поняла, что произошло. Но лишь одно воспоминание о властном поцелуе Главного Арбитра слабостью подкашивало её ноги, трепетной дрожью отзываясь в теле. В конце концов, Бирюза решила, что это опять какое-нибудь испытание хитрого начальника, и эта мысль её разозлила, неожиданно придав сил. Она постаралась больше не думать о случившемся. Что ж, Бирюза позволила себе лишнего, влепив начальнику пощёчину. Шелест ей отомстил. Можно считать они квиты. О том, почему Главный Арбитр так поступил, она не хотела задумываться. (А может опасалась, чтобы не увязнуть в своих мыслях?) Но наперёд Бирюза решила, что больше не позволит собой манипулировать. Она не одна из глупых поклонниц Главного силовика, о которых говорила Дымка, и не намерена ею быть.

Но чем больше Бирюза уверяла себя в собственной неуязвимости, тем слабее оказывалась её защита. За исключением смертельного токсина, который циркулировал в её крови. Об этом знал Шелест. Он понимал, что сильно рискует, совершая подобный выпад. Малейшее сопротивление со стороны самочки, и он поранил бы нежный эпителий её ротовых перепонок. Но благодаря эффекту внезапности, яутжа смог ошеломить Бирюзу, парализовав её волю, как яд паука – свою жертву. На короткое мгновение. Он поспешил ретироваться не так из-за Бирюзы, которая могла опомниться от потрясения, как из-за собственных чувств, чтобы не утонуть в этом недопустимом сладком миге. Слишком сладком для его искушённого сознания. И удивительно желанным.

Что ж, теперь он знал, что у Бирюзы ядовитая только кровь и, если её не пролить, можно, к примеру, сорвать с изящных жвалок поцелуй. Зачем? Он вряд ли мог ответить. Возможно потому, что любил рисковать и получать награду за свой риск. Впрочем, повторно устраивать такой эксперимент он больше не собирался. Ведь возникала серьёзная угроза сорваться в пылающий омут, который станет наказанием похуже, чем смерть проклятого отступника. Или блаженством большим, чем чертоги Кетану…

Время шло, щепетильно складывая часы в похожие друг на друга дни. Несмотря на покровительство Шелеста, поблажек Бирюзе не делалось. Возможно, Главный Арбитр хотел показать юной самочке, насколько сложную профессию она выбрала, или же просто не желал давать повод для лишних судачеств у охочих почесать жвала коллег. О пикантном инциденте, произошедшем на первом задании, никто не вспоминал: ни Бирюза, ни Шелест. Главный Арбитр предусмотрительно решил не заигрываться в своих фантазиях, а самочка уже и сомневалась, было ли что-то во мраке пустынного помещения.

Во Втором отряде Бирюзу приняли вполне благосклонно, особенно после её пройденного первого задания. Но вот остальные арбитры относились к ней по-разному. Кому-то было всё равно, кто-то с любопытством за ней наблюдал, а кое-кто и недолюбливал. К примеру, ревнивая соперница со своей компанией подруг. Изморозь не упускала возможность жёстко поддёрнуть внезапно нарисовавшуюся конкурентку. И иногда стычки с ней перерастали для Бирюзы в серьёзную проблему. Так однажды случилось на восьмой день её пребывания в рядах арбитров.

Ночью Бирюза плохо спала и под утро она чувствовала себя не очень хорошо. Чтобы улучшить своё состояние, самочка решила устроить утреннюю разминку и пойти позаниматься в Малом тренировочном зале, оснащённом гимнастическими снарядами. Обычно арбитры предпочитали Первый зал с боевой ареной, где они любили поработать в спарринге с товарищами.

Время было ранее. Огромное помещение оказалось пустым, предоставив в распоряжение Бирюзы все тренажёры и виртуальные мишени. Дочь Ликвидатора начала с небольшой пробежки по периметру, затем привычно сделала растяжку и отправилась поупражняться на брусьях. Легко балансируя на перекладинах, она с грацией гимнастки перескочила на следующий ярус, затем выше, пролетела на гибком канате в другой конец зала, сделала сальто и зацепившись руками за новый турник, завершила гимнастическое упражнение идеальной вертушкой. Легко соскочив на упругий настил пола, она прошлась серией колец по беговой дорожке, в прыжке увернувшись от свисавшего каната. Тело быстро вошло в норму, демонстрируя послушность и полную готовность к активным действиям. Настроение Бирюзы заметно улучшилось. Самочка собиралась перейти к силовым упражнениям, когда её отвлекло ехидное урчание:

— Какое забавное зрелище. Вы посмотрите на эту кч'фру[обезьянку]. По ходу, Шелест приволок к нам в Отдел живую мишень.

Бирюза обернулась и ожидаемо увидела стоявшую у входа в зал злополучную соперницу с двумя соратницами.

— Что подруги, поохотимся на дичь? — Изморозь посмотрела на молодую конкурентку, и её глаза хищно блеснули. — Сейчас проверим насколько эффективна твоя суперрегенерация, мелкая выскочка.

Бирюза беззвучно оскалилась, чуть вздёрнув уголок носовой складки, однако в её глазах не было страха, только промелькнул оттенок напряжения, когда оппонентка развернула блестящий хлыст из острых сегментов. Это оказался вовсе не тренировочный кнут, а боевой. Две сообщницы Изморози извлекли из-за спины телескопические копья и заняли позиции с боков от своей предводительницы.

— У арбитров это называется честный бой? Трое против одной, — с сарказмом фыркнула Бирюза.

— Это называется коллективный загон дичи, шкура которой не стоит того, чтобы стать достойным трофеем, — ответила Изморозь.

— А если я вас убью? Случайно, — парировала Бирюза.

Самки переглянулись между собой и насмешливо заурчали.

— Даже если тебе повезёт хоть одну из нас отправить в чертоги Кетану, то ты вылетишь из арбитров, это я тебе обещаю, — рыкнула Изморозь.

Бирюза наигранной вздохнула.

— Хф-ф, и в самом деле, — согласилась самочка, — вряд ли я смогу отправить хоть одну из вас в чертоги Кетану. — Она сделала многозначительную паузу. — Ведь там таких не принимают.

На мгновение расплывшиеся в довольных минах жвала самок тут же яростно растопырились и, отрывисто рыкнув, три Воительницы бросились в атаку на дерзкую выскочку. Бирюза мгновенно распределила приоритет опасности и первым делом увернулась от просвистевшего в воздухе кнута, в прыжке уйдя за опору турника. Металлический хлыст с неприятным скрежетом прошёлся по перекладине, едва не зацепив белошкурую самочку. Однако тут же Бирюзе досталось от наконечника копья второй противницы. Острая грань распорола одежду на её бедре, зацепив кожу. Благо неглубоко, так что рана не сильно повлияла на боеспособность молодой Воительницы. Бирюза недовольно зашипела от боли, спешно отклонившись от второго копья.