– Она нам пригодится. – буркнул Любомир.

На лифте спускаться не решились, и потому бодро побежали по лестнице.

– Ну, как боевой настрой? – уточнил я у Рыжего.

Это же ему всё приключений не хватало.

– Нормально. – ответил он. – Предчувствие у меня дурное.

– Предчувствие. – явно с сарказмом повторил Косолапый. – Вы если не поняли ничего до сих пор, то мы для них всего лишь пушечное мясо. – зло продолжил он.

– Ну в тебе килограмм под сто уже. – бросил Рыжий. – Брюхо я смотрю отрастил, да и второй подбородок уже выглядывает.

Косолапый, несмотря на явно лишний вес и на то, что хромал на правую ногу, от нас ни чуть не отставал.

– Могу себе позволить. – в тон ему ответил Косолапый. – Не казённым питаюсь. Всё своё. Всё свеженькое с огорода. А ты скоро сам в банку консервную переберёшься.

– Кончай душу травить, Копатыч. – уже беззлобно произнёс Рыжий.

И вправду, хорошо им там живётся. А мне уже эта тушёнка поперёк горла стоит.

– Тише вы. – произнёс Люба. – Слышите?

Мы замерли, прислушиваясь к звукам, доносящимся снизу. Шаги, глухие разговоры, металлический лязг.

– Ну всё, приехали. – нахмурился я.

Леший, сжав автомат, покачал головой.

– Да в ваших катакомбах эхо такое, что и не разберёшь толком откуда звук.

Мы продолжили спуск уже обычным шагом, стараясь не шуметь.

На нужном нам этаже, нас встретила привычная узкая коридорная система. Людей поблизости не было. Хотя, возможно, нам это только казалось.

– Ну всё парни, мы на северном, держим выход. – кивнул нам Косолапый.

– Не прощаемся. – кивнул Рыжий.

Когда они с Лешим уже почти умчались во мрак, Рыжий вдруг его окликнул.

– Данил, погоди.

– Что? – на секунду притормозил тот.

– На шашлыки к тебе съездим, а?

– Посмотрим на твоё поведение. – ухмыльнулся Косолапый и скрылся в правом коридоре.

Слева же послышались команды, и резкие крики.

Чуть пройдя вперёд, я кивнул Рыжему.

Тот, присел на одно колено и чуть отклонил корпус в сторону.

Я же прислонившись к стене, заглянул за угол. Вперёд по нашему коридору, стояла группа военных. Они были вооружены до зубов и выглядели напряжёнными. Я почувствовал, как сердце заколотилось ещё быстрее.

– Дымовуха и лимонка. – прошептал Рыжий.

– Ты сдурел? От неё осколки только на метров пятьдесят летят. – громко зашептал Любомир.

– А у тебя в кармашках может быть другие гранаты имеются? – огрызнулся Рыжий. – Пацифист, сука.

– Тут железобетон кругом, не обвалится. – объяснил я. – Давай. – кивнул я Рыжему, и взял лимонку.

Для начала я отогнул усики предохранителя, прижал рычаг к корпусу и выдернул чеку.

И вот вроде знаю, что не взъебёт, пока я держу рычаг, а сердце всё равно неприятно сжимается.

Рыжий же тем временем, бросил дымовуху.

Пока парни сообразили что к чему, Любомир уже открыл по ним беглый огонь.

– Бросай, даун. – сквозь зубы произнёс Рыжий.

Я со всей силы швырнул лимонку в задымлённый коридор, уходя за угол.

– Ушки прижать. – скомандовал Рыжий.

Рвануло так, что пол под нами задрожал, а с потолка посыпалась крошка. В ушах звенело, во рту неприятный металлический привкус.

Мы незамедлительно кинулись вперёд, стараясь не потерять друг друга, в облаке серого дыма. И даже успели добраться до конца коридора и выскочить в новый, пока за нашей спиной раздавались всхлипы и крики.

– Куда дальше? – бросил Серёга.

У него как был топографический кретинизм, так он с ним и остался.

– Прямо, налево, и прямо. – ответил Любомир, не сбавляя темп.

– А потом ещё обратно бежать к северному. – заныл Рыжий.

За очередным поворотом, нас ждал неприятный сюрприз.

Человек двадцать не меньше, и все они держали оборону. Пока мы, словно мыши, шкерились за углом.

И ведь совсем чуть-чуть до кабинета полкана не дошли.

– Обезьяна! – на всякие крикнул Рыжий.

Ответом ему была длинная очередь из автомата.

– Ну, ахуеть теперь. – задыхаясь от бесконечного бега, произнёс Серёга.

И тут к нам вернулся, запущенный нами бумеранг. Сначала в нас кинули дымовую шашку, а затем, и гранату.

Серёга, почти вслепую, героически пинает по ней, швыряя её обратно. Он опоздал всего на мгновение. Нам не хватило буквально одной секунды.

Грохот взрыва, моё тело сначала бьётся о стену, а затем и об пол.

Сознание снисходительно меркнет.

Мямля

Отступать было поздно.

Канарейка и Князь уже начали свою операцию, и теперь нам оставалось только идти вперёд.

Я периодически проверял детонатор в кармане, врученный мне Князем.

– Я с вами не пойду. – встал я как вкопанный, почти перед самым ангаром.

В этот момент, мой внутренний голос отчаянно боролся со здравым смыслом.

– Что на этот раз? – начал раздражаться Канарейка.

– Нет, вы не поняли, я пойду, но не с вами. – я пытался жестикулировать, чтобы они хоть что-нибудь поняли.

Они не поняли. Хотя я и сам не особо понимал, что именно хочу до них донести.

– Это всё она, Аня. Я знаю это. Мне до неё не добраться, но я знаю того, кто тоже мог быть ко всему этому причастен. – произнёс я почти шёпотом.

– Зима уже идёт к Полковнику. – известил меня Князь.

– Я не о нём. – пояснил я.

– Служба безопасности. – кивнул Князь.

– Возьми. – понимающе улыбнулся Канарейка и протянул мне подобие пластиковой коробочки.

– И что мне с этим делать? – с сомнением посмотрел я на него.

– Подорвешь тут всё, когда посчитаешь нужным. – подмигнул мне Канарейка.

– А как я пойму?

– Поймёшь. Но не раньше назначенного времени.

– Сколько? – без страха спросил я, уже зная, что здесь я и останусь.

– Двадцать минут.

– Успеете?

Князь и Канарейка синхронно кивнули.

– Тогда, прощайте.

– Ты же осознаёшь, что это самоубийство? – флегматично, без тени сочувствия уточнил Князь.

– Я знаю.

Я в одиночку добрался до центра бункера, почти не встретив сопротивления.

Сквозь тусклое освещение я пробирался по узким коридорам, которые казались бесконечными.

Страх ушёл на второй план. В голове крутились мысли о том, что если я не выполню свою часть плана, все наши усилия окажутся напрасными. Его смерть, окажется напрасной.

По пути мне встретились несколько охранников, но благодаря тренировкам, которые я прошёл, и внезапности момента, мне удалось их нейтрализовать. Каждый шаг приближал меня к цели. Я чувствовал, как адреналин закипает в крови. Время шло, и оставшиеся минуты, напоминали о себе всё настойчивее. Наручные часы беззвучно тикали, а стрелки казалось бежали с немыслимой скоростью.

Дверь кабинета начальника службы безопасности была не заперта.

Семён Павлович поприветствовал меня кивком и продолжил курить самокрутку.

– Не страшно? – вскинул брови я.

– А чего мне бояться? Правда, я надеялся, что ко мне придёт Зимин собственной персоной. Это ведь он, верно? А я знал, знал что так и будет. А Стасик мне говорил, мол кишка тонка, да и родственник, как-никак. А я не зря на Анечку ставил, она молодец, девчушка, она всех вас к ногтю прижмёт.

Я выхватил пистолет и направил на деда.

– Вы, сука, друга моего убили, слышишь? – к моим глазам подступили слёзы. – Аня твоя, тварь безжалостная. Он же отец её ребёнка. А вы с ним так.

– А, вот оно что. – глухо рассмеялся дед и вышел из-за стола, затушив сигарету.

Я сжал зубы, и не сдержавшись, выстрелил деду в живот.

Он вскрикнул и упал на пол.

– Вот только в чём загвоздка. Ты злишься не на меня, не на Аню, а на него. – произнёс старик сухим, хриплым голосом, безуспешно пытаясь, зажать рану в брюхе.

– Можешь говорить, что хочешь, это не остановит меня.

– Ты думаешь я пытаюсь тебя остановить? – из его горла вырвался смех, а потом кровавый кашель. – Мы всегда виним тех, кто оставил нас. Чем раньше ты это поймёшь, тем скорее ты...