— Мисс Ютани? У меня для вас есть новости… Да. Поиск дал положительные результаты. Мы нашли инопланетную тварь. Но это не Хищник… Да. Я перешлю вам данные. — И Стивенс отключил прибор.

Не совершал ли он ошибку, оповещая частную коммерческую компанию о столь опасной находке? Минуту подумав, он снова взял в руки трубку и набрал правительственный номер.

Строго наказав Младшему оставаться в медотсеке, пока его состояние не стабилизируется, Стихия замазала пекущей мазью ранку Лекс. Затем, вместе с Легендарным, учёная-самка отправилась в лабораторию на борт своего корабля, оставив молодого Охотника под присмотром уманки.

— Теперь объясни, причём здесь умановская кровь? — потребовал воин-элита, наблюдая, как Стихия проверяет показания приборов.

— Я изучила анализы Лекс и выявила необычное воздействие на регенерант её крови. Она его стабилизирует. Конечно, в этом больше заслуга организмов нашей расы, что способны быстро извлекать пользу из получаемого материала. Сама же кровь уманов не такая пластичная. С ней очень сложно работать. Уманы даже между собой не всегда могут сочетаться по группам крови. Точно их вид по каким-то причинам намеренно ограничили в совместимости…

— Выходит, кровь уманов может стать стабилизатором? — перебил самку Легендарный.

— Да. И в этом возникает одна серьёзная проблема. Если Гибрид заселит своими яйцами тела уманов, его потомство станет неуязвимым из-за регенеранта и стабилизированным кровью носителей. Они будут бессмертными.

— Ещё не лучше.

— Тогда умановскую планету ждёт полное уничтожение. На атомарном уровне, иначе заразу не остановить.

— А как насчёт дестабилизации Гибрида? Он может быть ей тоже подвержен?

— Скорее всего, так и есть. Более того, дестабилизация отрицательно скажется на функции размножения и временно её блокирует.

— Надолго?

— Неизвестно. Процесс дестабилизации постепенно будет усиливаться, если организм Матки не найдёт способ сам с ней справиться.

— Это возможно?

— Шансов мало. Нужен умановский ген и, скорее всего, не один, а определённая группа фрагментов. Я ещё не установила, какая именно. Система работает над поиском, но, чтобы перебрать все комбинации, нужно время и дополнительные материалы. Подобная работа ведётся не один месяц даже в мощных передовых лабораториях.

— У нас нет столько времени.

Стихия кивнула.

— Если бы найти хоть какую-нибудь зацепку. Грубое применение крови уманов надолго не поможет, и с каждым разом эффект будет снижаться. Сейчас я готовлю более-менее приличную сыворотку, но и она несовершенна.

— Хоть что-то. Как часто будет повторяться дестабилизация?

Самка пожала плечами.

— Раза два в сутки. Может чаще.

— После моего предыдущего приступа минуло больше суток, — как бы между прочим заметил Легендарный.

Стихия внимательно на него посмотрела, и в её глазах промелькнул странный оттенок.

— Может, организм сам стабилизируется? — предположил Легендарный.

Она отрицательно покачала головой.

— Конечно, твой организм выносливее, чем у Младшего, но даже он не справится с дестабилизацией самостоятельно. Твоя же кровь не контактировала с умановской, чтобы приобрести стабилизирующий ген?..

— Если тебя интересует, было ли у меня что-то с уманкой, то так и скажи, — проурчал Охотник, коснувшись мандибулами рецепторов самки.

Стихия вздрогнула, точно на неё вылили ведро холодной воды, и отошла на шаг в сторону.

— А если серьёзно? — как можно более спокойным голосом спросила она.

Легендарный щёлкнул жвалами, забавляясь внезапной робостью своей спутницы. Ещё в тренировочном зале она была такой вызывающе дерзкой и воинственной, а теперь в ней снова появилась волнительная застенчивость.

— А если серьёзно, — продолжал он, внимательно скользя по учёной взглядом, — то я не ксенофил, и меня вполне устраивают мелкие самки яутжа.

— А ещё серьёзней? — Стихия с беспокойством ощутила, как атмосфера в лаборатории начала меняться, пропитываясь нотами возбуждения.

— А ещё серьёзней, я даже к ране её не прикасался, когда передал ей целительную смесь «эликсира». Не говоря уже о других… контактах. Это Младший с ней возится, как с ценным трофеем. При этом стабилизирующего эффекта не приобрёл.

— Значит их… кровь непосредственно не смешивалась, чтобы стабилизировать регенерант, — подытожила учёная.

— Возможно. Я в их отношения не влезаю. А вот чья кровь и попала в мой организм за последние сутки – так это скорее твоя, — вкрадчиво заметил яутжа, намекая на недавние события. — Но ведь ты не уманка.

Лицо Стихии неуловимо переменилось, и на нём промелькнуло замешательство. Но его тут же вытеснил импульс неожиданной догадки.

— Так вот где решение! И как это я сразу не сообразила…

— Не сообразила что? — насторожился Ликвидатор.

— Я… — Самка вздохнула. — Не хотелось об этом вспоминать… Но я всё же должна рассказать тебе о своём прошлом.

— И что не так с твоим прошлым?

— Моё происхождение. — Стихия сделала несколько шагов по лаборатории, собираясь с мыслями. — Моя мать была насильно подвергнута опытам по генной инженерии. В итоге я… не совсем стопроцентная яутжа, — начала самка издалека.

— Гибрид? — Взгляд Легендарного блеснул напряжением.

— Да. — Стихия говорила с трудом. Разговор ей был неприятен. Ведь данная информация секретна, и самка никому о ней никогда не сообщала, тщательно скрывая свою тайну. И вот теперь…

— И чей генофонд ты содержишь? Впрочем, можешь не отвечать, — внезапно догадался Легендарный. — Уманов.

Стихия только молча кивнула, не глядя на своего собеседника.

— Мою мать подвергли опытам, когда она была беременна. В результате чего эти генетические модификации воздействовали на её ещё нерождённого малька, то есть меня. Думали, что я вообще не выживу. Но меня спасли современные препараты. Отлежалась месяц в изоляторе и пошла на поправку. Все рассчитывали, что малёк будет обладать улучшенными физическими данными, а оказалось наоборот: я была тщедушнее своих сверстников. В результате, проект сочли неудавшимся и решили избавиться от слабого гибрида. Меня спас один учёный-лаборант. Он помог сбежать и некоторое время перепрятывал от преследователей. Обучал всему, воспитывал как родную дочь. Тогда у меня и проявились неожиданные склонности к точным наукам. Вероятно, повлияли фрагменты умановских генов.

— Но ставить опыты над яутжа запрещено. Тем более над беременными самками, — возразил Легендарный.

— Лаборатория была нелегальной. Вряд ли их интересовали этические нормы, — заметила Стихия. — За мою мать заступиться было некому. А вот лаборатории покровительствовали высокопоставленные лица. Кто будет считаться с бедной самкой?

— И что же стало с твоей матерью?

— Её убили при попытке к бегству. Она хотела меня спасти, но у неё ничего не вышло.

— А твой отец?

— Я его никогда не знала. Одарённый (учёный, что меня спас) рассказывал, что он был Охотником и погиб на какой-то планете, сражаясь с Жёстким мясом. — Стихия сделала паузу, а потом продолжила: — Позже Одарённый устроил меня в лабораторию Умнейшего, где впоследствии я стала работать над усовершенствованием регенерирующих препаратов. — Самка глубоко вздохнула. — Теперь ты… будешь презирать меня? — обречённо спросила она, подняв взгляд на Ликвидатора.

Легендарный молча посмотрел на неё, а потом, притянув к себе, в порыве обнял.

— Мне всё равно, гибрид ты или нет. Теперь ты – моя самка. Только моя. — И он сильнее прижал её к своей груди.

Стихия облегчённо вздохнула, чувствуя к своему избраннику безмерную благодарность.

— Кажется, я был не прав, когда сказал, что не люблю гибридов, — заметил Легендарный, коснувшись жвалами гребня самки и вынуждая её поднять голову. — По крайней мере, один приходится исключением…

Их отвлёк внезапный сигнал, прозвучавший из наруча Охотника. По-прежнему удерживая самку, яутжа просмотрел голографическое сообщение бортового компьютера его челнока. Система слежения зафиксировала посторонние объекты в районе крушения корабля Охотников.