При помощи инструкций маски, Орлан тщательно отшлифовал череп з’арага и даже попытался нанести на кость традиционный узор. Но так как последнее ему с непривычки не очень удалось, он отбросил эту затею, решив, что и так сойдёт. Потом он насволакивал с ближнего леска сухостоя и развёл костёр, теперь уже чтобы отпугнуть непрошеных гостей. Единственное, чего боялась вся местная живность – это лесные пожары. Случались они здесь нередко, и инстинкт заставлял всех держаться подальше от запаха дыма. Зато Орлан мог спокойно приготовить на костре себе ужин, и на этот раз мясо динозавра оказалось вполне сносным на вкус. Получше тех суррогатов, что он ел ещё на земной станции. Что ж, теперь этот мир казался человекохищнику вполне благоприятным: вкусная еда, безопасность в свете костра и тихая ночь с мерцанием мириад звёзд галактики. Не хватало только одного – чтобы рядом была Ни-р’ен.

Ещё в первый вечер он хотел связаться с кораблем и поговорить с девушкой, спросить, как её дела, но потом передумал. Яутжа на Охоте не отвлекаются на подобные сентиментальности, да и лишняя нервная встряска ему сейчас не нужна. Поэтому Орлан ограничился только скупым сообщением, что у него всё в порядке. Позже он ещё раз попытался наладить связь с кораблём, намереваясь получить дополнительные инструкции по выделке трофеев, но из-за магнитных бурь этого сделать так и не удалось. Тогда Орлан включил маячок, чтобы обозначить своё местоположение, и отправил запрос возврата на борт.

Ждать пришлось ещё сутки, пока наконец в мутном небе не появилось полупрозрачное пятно, что с шумом опустилось на плато, подмяв под себя молодой подлесок. Орлан собрал свои «пожитки» и направился к открывшемуся шлюзу, где возвышалась стройная фигурка девушки в знакомой тёмно-синей тунике.

Когда Орлан поднялся на борт челнока, то невольно опешил, не узнав его обстановку. Самка насмотрелась видео, что оставил ей бывший уман, и, пока тот охотился, она устроила на корабле перестановку, тайно слетав за необходимыми вещами в ближайшее аборигенское поселение.

Кругом пестрели воздушные занавески, в первой паре которых Орлан благополучно запутался вместе со своим трофеем. На металлическом перекрытии палуб лежали ковровые дорожки, а на стенах коридора красовались картины с какой-то живописью, изображавшей сцены из жизни похожих на уманов гуманоидов.

— Где ты всё это взяла? — спросил Орлан, раздражённо выпутываясь из ажурного тюля. Что-то он не помнил, чтобы приобретал на Дельтарусе подробное барахло.

— На местном рынке с другой стороны планеты, — просто ответила самка. — Их культура очень похожа на умановскую.

— Ты отлучалась с орбиты без моего ведома? — Человекохищник приостановился перед дверями трофейной и посмотрел на девушку.

— Всего на полчаса. — Ни-р'ен наивно хлопнула длинными ресницами. — Я не хотела отвлекать тебя на охоте.

Орлан недовольно повёл головой и решительно вошёл в тёмное помещение с немного затхлым запахом, с которым не могла справиться даже система очистки воздуха. Оставив там череп, человекохищник снова вернулся в коридор. Задев очередную занавеску, что свисала с металлической балки, он досадливо проворчал, обращаясь к девушке:

— И как тебе удалось всё это раздобыть? Не думаю, что здесь в ходу платёжные карты.

— Я просто появилась перед аборигенами из стелс-режима и пару раз выстрелила из пушки. Все разбежались. Не пришлось даже воевать с ними. Я взяла, что мне нужно, и ушла, — ответила Ни-р'ен.

Орлан вздохнул с видом обречённого.

— Прекрасно! Ты грабанула местное население, чтобы устроить на борту барахолку. — Он отбросил в сторону вконец испорченный тюль. — Вот зачем ты всё это здесь понавешала? — снова спросил Орлан, едва не грохнувшись на мягком покрытии, в котором застряли шипы его сандалий.

Ни-р'ен невинно пожала изящными плечиками.

— Я сделала так, как было показано в видео. Уманы же любят украшать свои жилища.

— Да, но не нужно было стягивать на борт весь местный блошиный рынок. — Орлан зацепил плечом блестящую побрякушку, и та повисла на нём точно гирлянда на новогодней ёлке, позвякивая мелкими колокольчиками.

— Я думала, тебе понравится, — обиженно произнесла самочка.

Человекохищник провёл когтистой рукой по лбу, не найдясь, что ответить. Пока он воевал со здешними динозаврами за трофей, его самка ограбила местное население гуманоидов. Спецназовец внезапно замер, повторно прокрутив в голове словосочетание «его самка». А ведь он был бы не против, чтобы Ни-р'ен стала его самкой… спутницей жизни, избранницей или как там у этих Хищников называется. Но увы, он считал это невыполнимым. Ощутив от последней мысли ноющий оттенок, Орлан досадливо шелохнул жвалами и, чтобы нарушить затянувшуюся паузу, неожиданно повесил на шею девушки массивное ожерелье из когтей, перьев и разноцветных ракушек, которые он нашёл на берегу реки.

— Держи, это тебе.

— Что это? Ожерелье?.. Похоже на ритуальное… — На щеках Ни-р'ен румянцем вспыхнуло волнение.

— Ну, можно и так сказать, — с улыбкой согласился спецназовец, отметив первобытный колорит собственного творения. Такое ожерелье точно неплохо было использовать в каком-нибудь обряде.

— Ты… даришь его мне?.. — Самка вконец смутилась.

— Конечно тебе. А что, не нравится?

— Нет, что ты, оно… великолепно! — В золотистых глазах Ни-р'ен появилось столь трогательное выражение, что Орлан едва сдержался, чтобы не схватить девушку и не прижать где-нибудь в тёмном уголочке, к примеру, как под той замысловатой картиной влюблённой парочки гуманоидов. Набрав в лёгкие воздуха, он быстро попытался успокоиться и миролюбиво произнёс:

— Вот и прекрасно! Тот череп тираннозавра в трофейной тоже твой. Потом скажешь, куда его тебе здесь по «фэн-шую» поставить. — Орлан жестом указал на обвешанный точно витрина антикварной лавки коридор и направился в душевую кабину, чтобы смыть с себя следы сумасшедшей охоты и понизить градус возбуждения, начинавший повышаться лишь от одного присутствия Ни-р'ен. Он не заметил, как в золотых глазах самочки появился загадочный огонёк, и она, проводив спецназовца долгим взглядом, мягко улыбнулась.

Орлан даже не подумал, что, подарив Ни-р'ен первобытное на вид ожерелье, он фактически сделал ей предложение. Ведь удивительным образом, сочетание острых когтей тираннозавра и мягких перьев с цветными ракушками указало самке на серьёзность намерений человекохищника.

***

После душа, настроение Орлана заметно улучшилось, и он, что-то тихо мурлыча себе под нос, прошёл в рубку управления. Самка больше не попадалась ему по пути, но спецназовец на это как-то не обратил внимания, лишь с удовлетворением отметив, что вся мишура и дорожки в коридоре оказались убраны, вернув кораблю первоначальный вид. Рубка тоже не имела посторонних предметов. Одобрительно щёлкнув, человекохищник проверил показания приборов и направился к себе в каюту, намереваясь отдохнуть после удачной охоты.

В комнате улавливались ноты запаха самочки, но Орлан не придал этому значения, решив, что непоседливая малявка просто недавно здесь прибрала свой умановский дизайн. Коротко хмыкнув по этому поводу, типа «и сюда успела добраться», он с разгона запрыгнул на кровать и тут же услышал, как под ним что-то сдавленно вскрикнуло. Быстро подскочив, Орлан настороженно уставился на выползшую из-под мехов самочку.

— Ты меня чуть не придавил, — кашлянула она, прикрывая мягкой шкурой обнажённое тело.

— Что ты здесь делаешь? — резко щёлкнул Орлан, проигнорировав её слова.

Ни-р'ен, казалось, была удивлена его вопросом.

— Тебя жду…

— Зачем?

Удивление самки сменилось замешательством.

— Как зачем?.. Ты же сам подарил мне ритуальное ожерелье, и я его приняла.

— И? — по-прежнему не понимал Орлан, чем теперь уже обеспокоил самку.

Ни-р'ен вся как-то сжалась, а её голос дрогнул, когда она неуверенно ответила:

— У нашего народа это растолковывается как предложение стать избранницей.