– Стой! Не надо.

– Дёрнешься – вышибу мозги, – пообещал стоявший за моей спиной охранник.

Пыточных дел мастера оживленно переговаривались у стола и громыхали железом. Зиг повернул голову и испуганно наблюдал за вознёй у стола с инструментами. Один из китайцев вытащил из груды железок огромные садовые ножницы, но его напарник запротестовал, размахивая каким-то предметом. Разгорелся оживленный спор.

– Штуцер, скажи им, чтобы они говорили на кантонском, я ни черта не понимаю их нанкинский диалект.

– Извини, друг, не я тут командую, но и без переводчика всё ясно. Если я всё правильно понял, тот, что повыше, хочет отчекрыжить тебе причиндалы с помощью ножниц, а тот, что поменьше, возражает и для разминки предлагает нафаршировать тебя какими-то фруктами.

– Знаешь, бро, оба варианта меня не устраивают, – экс задёргался и попытался освободиться от кандалов.

– Прекрати это, – обратился я к главарю Триады.

Тот покачал головой.

– Я должен убедиться, что ты не врёшь, поэтому стой и смотри, как он страдает.

Тем временем оба заплечных дел мастера сошлись в своём выборе.

– Э-э-э, ребятки, вы там никак грушу боли решили использовать?

Экс явно догадался, о каких фруктах идет речь, и не прекращал попыток освободиться.

– Только попробуйте, и я вам устрою. Слышите, коротышки? Это я вам двоим говорю! Не прекратите это безобразие, и утром ваши задницы будут напомнить японский флаг. Штуцер, может хоть ты подскажешь мне стоп-слово? А то как-то мне больше не хочется участвовать в этих играх.

– Мандарин, я расскажу всё, что ты захочешь, только отпусти его.

Глава Триады снова покачал головой, похоже, вся эта ситуация его забавляла. А я и девушка только и могли, что стоять как два истукана и наблюдать за пытками.

– Да бросьте вы эти железки. Мы так до утра тут провозимся. Тащите уже крыс и клетку, а то наш гость что-то заскучал. Старые добрые крысы. Знаешь, Штуцер, что мне в них нравится?

Я пожал плечами, размышляя, как бы успеть убить всех бандитов в этой комнате и уйти из форта живыми.

– Грызуны, можно сказать, достигли вершины эволюции. Живут рядом с нами, кормятся, размножаются. Слышал про то, как полчища этих грызунов наводнили города в средние века и вызвали чуму? Так вот, люди считали, что виной всему эти чудесные создания, но, как оказалось, крысы были лишь верхушкой айсберга. Мы сами своим свинским поведением вырастили их. Вместе с развитием наших городов появлялись всё новые и новые способы убийства этих мелких тварей. Яды, хитроумные ловушки, специально выведенные породы собак, но всё это мелочи. Даже сейчас, когда человеческий прогресс достиг своей вершины, мы не смогли найти способ уничтожить столь жалкого и ничтожного врага. Уже здесь, в Мешке, мы научились охотиться на тварей, но это лишь потому, что они не способны противостоять нам на равных. А что, если поставить во главе роя матку?.. Правильно, хаос превратится в организованный порядок, и вот разрозненные особи становятся единым организмом, способным в одночасье разрушить укрепленный форт или десяток фортов. Для того, чтобы построить новый мир, нужно снести всё старое. Отречёмся от старого мира! Отряхнём его прах с наших ног!

– Да ты никак в коммунисты заделался?

Стоявший позади меня охранник ударил меня прикладом в почку. Я упал на пол и зарычал от боли.

– Извини, не люблю, когда меня перебивают.

– Подонок!

Гадюка упала рядом, получив свою порцию тумаков.

– В наручники их быстро.

Щёлкнули браслеты.

– Ну, прямо дежавю, – простонал я, когда меня подняли и усадили на деревянный табурет.

– Так о чём я там говорил, когда ты меня так неучтиво перебил? А, точно, вспомнил. Ты ведь видел нашу башню?

Я кивнул.

– Несмотря на вашу диверсию, мы смогли всё восстановить, но для полного завершения проекта нам не хватает крошечной детали. Догадываешься, какой? По глазам вижу, ты знаешь ответ. Нужен крохотный чёрный камушек, который лежит в том самом чемоданчике, который попал к тебе в руки.

– Не понимаю, зачем вам нужен камень. Установка же работает.

– Да, она работает, но не так, как нужно мне. Мой план до банального прост, но, впрочем, ты и сам всё увидишь, если, конечно, вернёшь мне камень.

– Повторяю ещё раз, у меня его нет.

– Очень жаль, – Мандарин недовольно поджал губы. – Жаль, что я не привык верить на слово. Видишь вон ту клетку? Да-да, ту ржавую в дальнем углу. Там сейчас сидят несколько очень шустрых крыс, если я дам им стимул, они начнут рвать твоего друга в клочья. С людьми так же, чтобы принять правильное решение, им нужен стимул. Ты со мной не согласен? Какое несчастье, что ты заставляешь меня прибегнуть к таким жестоким мерам убеждения. Из-за твоего упрямства я вынужден пытать этого замечательного человека.

Мандарин неодобрительно посмотрел в мою сторону. Чёртов актер, нацепил на себя лживую маску и пытается убедить меня, что ведёт честную игру. Хорошо, ублюдок, будем играть по твоим правилам. Я перехватил взгляд экса, который буквально молил меня. «Не вздумай ничего ему говорить, иначе мы трупы», – расшифровал я.

Мандарин постучал по столу, привлекая моё внимание.

– Долго мне еще ждать? Назови уже место и сможешь покинуть мой форт целым и невредимым. Обещаю, – главарь бандитов поднял руку.

– Хм, я ещё надеялся, что мы с тобой сможем договориться. Ты конченый псих.

Китаец тоненько рассмеялся.

– Не сомневайся, Штуцер, я как никто другой готов к сотрудничеству. Заметь, мы ведём с тобой диалог, и я не вгоняю тебе иглы под ногти.

– Ты пытаешь моего друга! Почему я должен поверить, что ты сдержишь своё обещание?

– Прими на веру. Неужели этот псих тебе не дорог? Странно, я всегда считал тебя моралистом, потому ты и ушёл из наёмников, привык быть чистеньким. Начинайте.

Я ничего не ответил китайцу, а тем временем один из бандитов поставил клетку на живот экса. Зиг сглотнул слюну и едва слышно заскулил.

Китаец смерил меня взглядом.

– Не упорствуй, Штуцер, следом за твоим другом на плаху может отправиться эта чудесная девушка.

– Прекрати его истязать. Повторяю ещё раз. Камень не у меня.

– Жаль, тогда у меня не остаётся другого выбора. Сейчас двое этих молчаливых парней уберут задвижку и разместят сверху клетки жаровню с углями. Угадай, что произойдёт дальше? О, можешь себя не утруждать, я тебе расскажу. Крысы очень любят жизнь, поэтому, спасаясь от жара и огня, начнут прогрызать себе дорогу к спасению. Прямиком через брюхо этого парня. Сначала кожа, потом мышцы, следом мягкое нутро. Крысы останутся в живых, а вот твой друг погибнет от кровопотери, если, конечно, я не прикажу дать ему микс. Ну так что, стоит ли этот камень его жизни?

Я молчал, мысленно проклиная себя за то, что втянул напарника в эту авантюру. Не дождавшись моего ответа, Бао сделал знак. Щёлкнула задвижка, и испуганные крысы громко запищали.

– А-а-а!

Зиг задёргался, пытаясь сбросить с себя клетку с рвущими его на части грызунами. Гадюка закрыла лицо руками и прокричала:

– Стой! Стой! Прекрати! Я скажу, где находится камень!

– Молодец, я в тебе не ошибся. Подготовьте транспорт, мы выдвигаемся.

Полтора десятка разномастных машин и почти пятьдесят бойцов. Именно в таком составе наша колонна выдвинулась в направлении спорткомплекса. Усиленная охрана зорко следила за нами, пресекая любые попытки переговариваться или общаться с помощью знаков.

До места, указанного Гадюкой, мы добрались лишь через двое суток. Бао, хоть в открытую это и не признавал, но явно опасался, что мы ведём его отряд в ловушку, поэтому колонна шла в полной готовности. Днём отряд делал длительные остановки на отдых, а с наступлением темноты снова трогался в путь. Признаю, к вылазке триадовцы отнеслись серьёзно. Чего только стоили наливник с топливом и несколько грузовиков с ремонтным оборудованием. Триада стянула сюда едва ли не все имеющиеся в форте силы. На самой базе по моим прикидкам остались лишь отвечавшие за охрану дружинники и два десятка рядовых бойцов.