– Леший. – упрямо повторил я. – Нет у нас имён. Пока что нет.

Зима

Через пару часов, мы уже будем под стенами кремля. И настоящие трудности у нас появились именно сейчас. Я, как мальчишка, сидел с глупой улыбкой до ушей. Командир старенького Т-72 грубо, но доходчиво объяснил мне, что теперь я наводчик, и если с прицельным огнём будут какие-то проблемы, то пушку зарядят уже мной. Любомиру же приказали сидеть тихо и молча. Убивать его почему-то не решались, но и находиться с ним рядом никто не собирался. Так и сказали, твой человек, ты и следи, нам психов своих хватает. Мне он, если честно, был не нужен в том состоянии, в котором он пребывал уже несколько дней. Молча, почти не мигая, он пялился в одну точку. На вопросы не отвечал, но на прямые приказы, по типу иди отсюда, встань туда, реагировал. Он не ел и почти не пил, помимо тех случаев, когда я вливал ему жидкость в рот насильно. Не чтобы поиздеваться, а чтобы не сдох. По ночам он что-то шепчет, какие-то строки из Библии. Но я в этом не разбираюсь.

Выглядели мы внушающе. Две танковые роты, состоящие из двадцати двух бронированных гигантов. И мотострелковая рота пехоты, в районе семидесяти человек на бронетранспортёрах с пулемётами. На секунду даже могло показаться, что никто и ничто не сможет нас остановить.

Мысли были только об одном. Какой же я даун. Она всë это время была у меня под носом, а я ничего не видел. Нет, я конечно смутно догадывался об этом, будто сама мысль о нашем родстве была где-то под коркой, но никак не хотела вылазить наружу, пока не стало слишком поздно. Осознание происходящего взорвалось фейерверком в моей голове, после слов Хилого. Блядь. Да она же копия моей мамы, да и наверное Юля, если бы выросла, выглядела бы точно так же. Но как же это? Ведь по родственной линии наши отцы были братьями. Если только покойный Станислав Сергеевич не трахал мою маму. А ведь Аня меня старше, может быть, на пару лет, но старше. Выходит, мама отдала Аню папке, а сама ушла к моему отцу. Или же всё было не так?Я попытался собрать мысли в кучу, но они упрямо разлетались в разные стороны. Как же так? Почему я никогда не замечал этой связи? Каждый раз, когда я встречал Аню, у меня возникало это странное чувство. А теперь, когда всё встало на свои места, эта идея казалась такой очевидной, что я чуть не рассмеялся от абсурда ситуации.

Но всё это уже не имело значения. Ни для меня, ни для неё. А знала ли она? Плевать. Это ничего не меняет. Сейчас мы по разные стороны баррикад. И я даже рад, что всё так вышло.

Мне вдруг стало невыносимо душно в этой консервной банке.

Я вылез наружу, хотелось пройтись по свежему, скрипучему снегу, хоть немного успокоить мысли. Да и, если честно, поглядеть на столицу. Я никогда здесь не был. Когда-то величественные, современные, да и просто красивые здания, сейчас стали лишь руинами. Обломками прежней, роскошной жизни. Ну и поделом. Нет, я не обвинял мирняк во всём этом, хотя по большей части, половине населения земли уже всё равно, что с их домом, семьёй и деньгами. А деньги у них явно имелись. Но живым мертвецам не до этого. Единственное, что сейчас имеет цену, это человеческая жизнь. А все те, у кого звёздочки, да ордена, за победы прошлого, делают то, что так хорошо умеют, разменивают чужие жизни, на клочки земли. Уже никому не нужной и пустой. Я понимал это, да и сам, скорее всего, буду поступать так же в будущем. Если у меня будет это будущее.

Холод пронизывал до костей, ледяной ветер приносил запах зимнего снега, металла и травы. Я принюхался. Слабый, едва ощутимый запах каннабиса доносился до моего обоняния. Я нахмурился и продолжил идти вперёд. Внезапно из открытого люка на башне моего танка, показалась голова мехвода. Тот, надрывно кашлял.

– Фух... – выдохнул он. – А ты говорил не оно, ещё как оно! – прокричал он кому-то внизу.

– А кто за рулём? – испуганно спросил я.

Мехвод лихорадочно вертел головой в разные стороны.

– Кто здесь?

– Я.

– Кто? – ещё раз уточнил мехвод, так же тупо мотая головой.

– Бляха. – выругался я. – Денис Зима.

Мехвод улыбнулся и погрозил пальцем куда-то в небо.

– В танке нет руля, здесь у меня рычаги. – ласково объяснил он, вдумчиво разглядывая облака.

– Кто шофёрку крутит, баран? – вскипел я.

– Любаша. – нежно протянул он, и наконец заметив меня, громко закричал. – Шухер, мужики!

Голова мехвода тут же исчезла. Люк захлопнулся. Я, не без усилий, забрался на башню и замолотил кулаками по крышке.

– Эй, откройте!

Ответом мне была тишина. Да они, скорее всего, не слышали меня. Танкисты блин доморощенные.

– Пиздец. – сокрушался я, усевшись на крышку люка. – Вы же там задохнётесь, придурки.

Ничего не происходило, и танк, не меняя скорости, всё так же двигался вперёд вслед за остальными. Сзади двигалась пехота. К ним что ли пойти? А что я им скажу? Мой экипаж накурился травы, и мне теперь, как самому некурящему, некуда идти? Засмеют.

Внезапно люк подо мной ощутимо подпрыгнул.

Я вскочил на ноги и потянул крышку на себя, в проёме показался густой дым, из него, словно из облаков, высунулась голова командира.

– Кто такой? – спросил он у меня.

Я был готов заплакать.

– Денис Зимин, наводчик. – отрапортовал я.

– Наводчик? Это хорошо. Почему снаружи?

– Подышать вышел. – едко заявил я.

– И вправду, что-то как-то несвежо у нас. – командир одной рукой разогнал дым у своего лица.

Я, не дожидаясь приглашения, полез внутрь, люк предусмотрительно оставил открытым. Любомир и в правду сидел на месте водителя. Однако на моё появление, он никак не отреагировал.

Подведём итог, у меня был я сам, свихнувшийся Любомир, и угашенный до опизденения, экипаж танка.

Командир и мехвод глупо таращились друг на друга и хихикали.

– Ну ты и урод, Романыч. – обратился мехвод к командиру.

Раздался оглушительный хохот обоих. Командир шлёпал себя по ляжкам, и кажется, был готов обоссаться со смеху.

Я устал терпеть этот балаган, и решил принять меры. Вообще, можно было сходить к ротному, но думаю, он бы вряд ли нам чем-то помог.

– Любомир Власов. – громко, с приказным тоном произнёс я, перекрикивая хохот.

Тот выпрямился, но не встал. Голова повернулась в мою сторону, покрасневшие глаза блестели.

– Власов? Генералом не становись. – оживился командир. – А то закончишь жизнь на перекладине в Бутырке.

Новый взрыв хохота заставил меня снять с предохранителя свой ПМ.

– В Бутырке. – уже подвывал мехвод.

– Быстрый способ вывести траву из организма в полевых условиях? – задал я единственный важный вопрос

Тот отреагировал мгновенно.

– Пить много жидкости, принять горячий душ, выполнить пару физических упражнений.

– Пиздец блядь. – выдохнул я и выдал каждому по фляге с водой, предварительно проверив, что там действительно вода.

– Я так и не понял, а куда мы едем то? – командир удивлённо уставился на меня.

– В наркодиспансер. – едко бросил я.

– Я не хочу. – замотал головой он. – Я уже там был.

Я хмыкнул. Кто бы сомневался.

Я обратил внимание на Любомира, сейчас он мне казался самым нормальным из всех нас. Он сидел словно статуя. В его глазах не было ни страха, ни понимания.

– Слушай, Любомир. – произнёс я, подходя ближе к нему. – Ты слышишь меня? Мне нужно, чтобы ты пришёл в себя. – сквозь зубы произнёс я.

Он не ответил. Я взял его за плечо, покачал слегка, но он всё так же неосознанно смотрел на меня. Мехвод и командир, заметив, что я пытаюсь разговорить его, тоже подошли к нам. Командир, с явным желанием помочь, присел рядом.

– Любомир. – произнёс он, стараясь говорить тихо. – Мы все здесь, мы твои братья по оружию. Ты должен вернуться. Нам нужен ты.

Любомир вдруг презрительно скривился.

– Я знаю вас несколько дней, вы для меня никто. – твёрдо начал он, в красных глазах наконец появилась осмысленность. – А он мой враг.