Я не был рад ни одному из них.

– Вы где всё это взяли? – присвистнул Зима. – Из нашего пиздили?

– Экспроприировали, – Князь важно скрестил руки на груди.

– Что-то со складов наших тащили, что-то прямо с улицы, – закивал Канарейка. – В общем, добра много, для особых случаев.

– Прямо так, в наглую? – не отставал Зимин.

– А ты что, завхозом подрабатываешь на полставки? – огрызнулся Канарейка. – Там и так всего дохуя, никто даже не заметил.

– Но это всë мелочь, это нам только на первый этап, – продолжил Князь.

– Да чтоб всем так жить, как вы прибедняетесь. – хмыкнул Рыжий.

– А Напалм где? – спросила Люба.

Я ничего не ответил.

Зима же сунул мне в руки свою фляжку, я сделал большой глоток и зажмурился. Разбавленный водой спирт сильно обжигал горло и пищевод.

Мы, не сговариваясь, уселись на разложенные матрацы, передавая фляжку по кругу.

Когда очередь дошла до Аркаши, или, как было написано на его жетоне, Лешего, тот неуверенно посмотрел на Косолапого.

– Пей, Аркаша, помянуть надо, – кивнул тот.

Парнишка сделал маленький глоток, весь скукурузился, и отдал фляжку Косолапому.

– Как это произошло? – совсем тихо спросил Аркаша.

– Вчера ночью к нам пришла секретарша полковничка плешивого, – с жаром начал я.

Они должны были знать, почему всё так случилось.

– Кого? – не понял Леший.

– Хилого, – ответил Косолапый и дал мне продолжить историю.

– Лёша дело говорил, мы для них всего лишь оружие, – закончил я.

– Чё за Фриц? – спросил Рыжий.

– Понятия не имею, московский.

– Но нужно ведь что-то делать, – неуверенно начал Аркаша.

– Это какое-то недоразумение, – продолжила его мысль Люба.

– Если мы поговорим, то, возможно, всё разъяснится.

– Ага, свинцом накормят, точно всë разъяснится, – с желчью бросил Рыжий.

– Люба с Лешим правы, мы пойдём на базу, – улыбнулся Канарейка. – Мы пойдём туда и всех убьём.

– Убьём? – повторил Косолапый. – Ради этого вы нас вытащили?

– Ой, успокойся, вернёмся ещё до того, как снег выпадет, – пообещал Канарейка.

– Если вернёмся, – пробурчал я.

Я проглотил ком, который застрял у меня в горле. Мы все были расходным материалом.

– Нам нужно сделать вид, что это типа рейдерский захват или что-то вроде него, – начал объяснять Князь. – В тот момент, когда вы будете устраивать дискотеку, мы с ребятами из бункера будем перевозить технику.

– А нам от этого что? – вновь влез Зима.

И когда это он стал таким жадным?

– А нам всё, что плохо лежит.

– И что, так все и согласились? – закатил глаза Рыжий.

– А мы и не всем предлагали, – фыркнул Князь. – Несогласные остаются на вас. Учтите, в их числе несколько штурмовых отрядов. Будет жарко, но в целом выполнимо. Запомните, все, кто в бункере, автоматически ваши враги. В конце подорвём это всё дело и в закат.

– Отказы не принимаются, каждый знает, за что он здесь воюет, – закончил Канарейка.

Несколько минут мы молчали, обдумывая ситуацию.

– Время? – задал действительно важный вопрос Рыжий.

– Готовность – пятнадцать минут, – ответил Князь.

Мы начали собирать оружие и боеприпасы. Я взял пулемёт и несколько гранат. Внутри меня всё будто огнём горело.

– Ты уверен, что сможешь? – всё же решил доебаться до меня Зима.

Я не собирался ему ничего объяснять и лишь покивал головой. Если кому и плакаться, то точно не ему. Зима кивнул мне, сжав моё плечо. После того как всё было готово, мы начали подниматься обратно на поверхность.

На улице всё ещё лил дождь.

Зима

Как же хитро они придумали. Кого угрозами, кого обещаниями, но они всё-таки заставили нас всех собраться. Взять автоматы и вновь сражаться. А за что? За свободу? За власть? За благополучие близких? Да за всё на свете. За возможность дышать полной грудью. За возможность жить, никого не боясь.

Как же глупо с Напалмом получилось. Совсем чуть-чуть не дотянул парень. И главное кто и за что? Лёха всю жизнь ниже травы, тише воды был. Слова дурного никому не сказал. А погиб первым. Может бог так сказать уберёг? Самого светлого к рукам прибрал. У меня конечно были мысли на этот счёт. И нет, я даже не думал на Хилого. Кишка тонка у ублюдка. Хотя, за это время, всё сильно могло поменяться. Тогда зачем он нас всех собрал? Надо будет найти его, и задать пару уточняющих вопросов. Сейчас же, нужно было сделать свою работу.

Мы ехали в кузове урала, накрытого брезентом.

– А как мы пройдём? Там несколько гермодверей, у каждой охрана, да и этажей уебаться. – по внутренней линии раздался голос Косолапого.

– Почти везде наши люди. – ответил Князь.

– А как понять, кто наш, а кто нет? – орал Леший.

Лица товарищей сморщились.

Визгливый голос Лешего, неприятно резанул по правому уху.

– Извините. – тут же тише добавил он.

– Они будут в тебя стрелять. – ответил Рыжий, зло ухмыляясь.

Дальше мы ехали в напряженной тишине, прерываемой лишь звуком капель дождя, что тарабанили по брезенту. Каждый был погруженный в свои мысли. Предстоящее задание, вызывало у меня внутренний дискомфорт, но я понимал, что отступать уже поздно. Мы были заложниками ситуации, которую сами же и создали.

Выбрав южные ворота, мы словно мыши, тихо побрели по редеющим кустам.

Канарейка приказал нам остановиться. После чего мы разделились. Я, Рыжий, Люба, Косолапый и Леший должны были зайти с юга, как мы и договаривались. После чего, разделиться ещё раз внутри. Леший с Косолапым уйдут на северные гермоворота, подготавливать путь отхода. Князь, Канарейка и Мямля, войдут со стороны запада. Они должны будут с остальными ребятами с бункера, вывозить уже подготовленную технику.

Времени было в обрез.

– И ещё кое-что. – тихо произнёс Князь. – Кодовое слово обезьяна.

– Почему обезьяна? – неуверенно спросил Леший.

– Потому что приказ. – огрызнулся Князь. – Всё. На взлёт парни.

Меня одолевали смешанные чувства. Вот только недавно, меня везли в этот бункер, чтобы спасти. А теперь, я вхожу в него как захватчик.

И хоть часть военных уже была осведомлена. Нам всё равно предстояло столкнуться с хорошо вооруженным и обученным противником, и я не был уверен, что мы выйдем из этого живыми.

Но отступать было поздно.

– А чё делать то? – спросил Косолапый, когда мы уже были у входа.

Я оторопел. И вправду. А чё делать то? Не было ни единого шанса открыть эту дверь снаружи. Все замки находились внутри.

Рыжий неуверенно подошёл и постучал.

Всё было тихо.

Тогда он постучал ещё раз.

– Это... Как её... Обезьяна! – закричал он.

И вновь тишина.

Мы все стоим как дебилы и тупо пялимся на дверь.

– Ну-ка, подсади меня. – попросил Рыжий Косолапого.

– Зачем? – тут же с недоверием шарахнулся тот.

– Чтобы было дохуя. – невпопад огрызнулся Рыжий. – Давай бегом.

Тогда Косолапый чуть наклонился, а Серёга забрался к нему на плечи и свесил ноги.

Люба покачал головой, и указал на камеру в верхнем правом углу двери.

– Обезьяна! – орал Рыжий, чуть ли не облизывая камеру.

Пару секунд ничего не происходило, но затем, двери начали медленно расходиться в стороны.

– Чтоб вы без меня делали. – весь надулся от гордости Рыжий, слезая с шеи Косолапого.

Когда вторые двери разъехались в стороны, за ней показались парни с автоматами.

– Вот те раз. – икнул Леший.

– Вы чё тут устроили, клоуны?! – рявкнул на нас один из часовых.

– Дак у нас это... У нас блат. – пожал плечами Любомир.

– Да хоть сестла. – съязвил уже другой часовой.

Опускать оружие они явно не торопились.

– Обезьяна. – совершенно невинно произнёс Рыжий.

– Вижу, что обезьяна. – расхохотался третий часовой.

После этого, они наконец опустили автоматы, и расступились в стороны.

– Удачи. – произнёс один из часовых, когда мы неуверенно зашагали вперёд.