— Мне всё равно, если ты меня не простишь, — буркнул Мерцающий, демонстративно скрестив на груди руки. Он даже закрыл глаза для пущей убедительности.

— А что вы делаете? — внезапно раздался чей-то голосок. Лекс обернулась и увидела стоявшего в дверях Кванта. Мерцающий только удосужился скосить на малька взгляд и вновь принял философский вид египетского сфинкса.

— Да так, твой дядя Мерцающий перегрелся и вот лежит, мозги охлаждает, — ответила Лекс, вновь посмотрев на избранника.

Малёк подошёл ближе и окинул Охотника внимательным взглядом, потом он о чём-то поразмышлял и, внезапно взяв со столика сосуд с водой, вылил его на яутжа. Не ожидавший такой процедуры, Мерцающий тут же подскочил на ноги.

— И почему я сама до этого не додумалась? — проурчала мулатка, с трудом сдерживая смех.

Громко фыркая, яутжа встрепенулся, как большой лев энергично тряся гривой. Брызги полетели во все стороны, попав и на Лекс, и на Кванта. Малыш засмеялся и тоже начал трясти короткими отростками-дредами, на которых уже появился первый ряд серебристых заклёпок. Затем яутжёнок взял Мерцающего за руку и, подведя к Лекс, вложил её кисть в ладонь избранника.

— Вы такие грустные, когда не вместе.

Малыш добродушно улыбнулся, блеснув сияющими глазёнками, и снова выбежал из комнаты, оставив Лекс и Мерцающего одних. Мулатка медленно вытянула свою ладонь из руки яутжа и, отвернувшись, со вздохом произнесла:

— Ладно, я тебя прощаю. Но при одном условии, — она снова посмотрела на яутжа, — чтобы подобного больше не повторилось.

Мерцающий радостно мурлыкнул.

— Клянусь, больше никогда не гляну на других самок.

— Хотелось бы верить… — снова вздохнула мулатка, но настроение её всё же улучшилось.

Вечером Лекс и Мерцающий вместе отбыли к себе домой. Поначалу в душе Лекс кипела обида и боль, но, когда Квант вложил её ладонь в руку Мерцающего, несогласие в душе бывшей уманки мгновенно улетучилось, сменившись необычным умиротворением. Сама того не осознавая, мулатка попала под психологическое воздействие настоящего Предшественника, что жил в маленьком яутжёнке. И это не было временным чувством, как любой гипноз. Внезапно Лекс поняла, что действительно готова была простить Мерцающего, лишь бы только он вернулся к ней. К тому же, вина молодого яутжа была немного преувеличенной. Ведь он не по своей воле оказался жертвой воздействия психотропного препарата, как когда-то в прошлом так же попал под влияние феромонового стиимулятора Легендарный. И сложно было сказать, какая реакция оказалась менее болезненной: измена Мерцающего или убийственная страсть Легендарного. Поэтому самым правильным здесь оказался поступок маленького яутжа. Ведь малыш показал, что незачем тратить время на сожаление и обиды, а лучше ценить и дорожить тем, что есть.

***

— Мерцающий и Лекс наконец-то снова вместе? — поинтересовался у Стихии Легендарный, когда мулатка со своим избранником покинули их дом.

— Да, я уверена, теперь у них всё будет хорошо, — ответила учёная, присаживаясь рядом с супругом на диван. — Эта самка отказалась связывать свою жизнь с Мерцающим, так что Лекс можно больше не переживать по поводу соперницы. Когда я пришла к Комете и предоставила ей справку, что Мерцающий не является доминантным носителем суперрегенерации, она выглядела растерянной. Шелест оказался прав – этой самке нужен был не Мерцающий, а его неуязвимость.

— Она тебе поверила?

— Конечно.

— Потому что ты использовала гипноз, — догадался Легендарный.

— Только чуть-чуть для убедительности. Чтобы справедливость наконец восторжествовала.

— Справедливая ты моя, — мурлыкнул Легендарный, приобняв избранницу и шутливо добавил: — Тебе нужно было, как и Бирюзе, в арбитры идти.

— Тогда уж лучше в ликвидаторы. За своим избранником, — в тон ему ответила самка, погладив его по груди.

Легендарный довольно заурчал и спросил:

— Кстати, как там наша неугомонная? Сегодня она не вышла на связь.

— Она сказала, что очень много на базе работы. Шелест её загрузил теоретическими занятиями, а ей это не нравится. Он всерьёз за неё взялся.

Легендарный неопределённо шелохнул жвалами и как бы между прочим пробурчал:

— Как бы он ещё по-другому за неё не взялся…

— Ты против? — Стихия посмотрела на избранника, но Легендарный отвёл взгляд.

— Я не хочу по глупости потерять верного друга, — и внезапно спросил, взглянув на самку: — Как там твои работы с антидотом токсина?

— Наконец-то появился положительный сдвиг, скоро будет готов первый прототип.

— Не опоздать бы…

— Шелест хоть и выглядит порой легкомысленным балагуром, но всё-таки рассудительности не лишён, — возразила Стихия.

— Когда дело касается таких милых гибридных самочек, как вы с Бирюзой, никакая рассудительность не поможет, — с мягкой нотой возразил Легендарный и серьёзно добавил: — Я хорошо знаю Шелеста. Он умный расчётливый воин, отличный стратег и верный друг. Но слишком любит риск, из-за чего порой преувеличивает свои возможности.

— Насколько мне известно, он ещё не совершал серьёзных просчётов.

— В делах – да. Но он не знает одной маленькой особенности сущности Бирюзы, которая передалась ей от тебя.

— Интересно, какой?

Легендарный зацепил пальцами рецептор самки, машинально его погладив.

— От вас невозможно отказаться, — проурчал яутжа.

— Имеешь в виду феромоновую зависимость? Так для неё нужен достаточно близкий контакт, — коготки самочки игриво зацепили чешуйки избранника. — Не думаю, что до такого быстро дойдёт. Шелест же знает о токсине.

— Близкий контакт, как ты выразилась, и не обязателен, — ответил Легендарный. — Ведь стоит лишь только раз вдохнуть нежный аромат и обратного пути уже не будет. — Его рука осторожно погладила светлую скулу. — Я в этом убедился на себе, когда впервые ощутил твой запах в гнезде жёсткотелых на С'гера-9.

— А ты не преувеличиваешь? — муркнула самочка.

— Нисколько.

— Тогда нам остаётся только надеяться на их благоразумие.

— Ты в это веришь? — с иронией проурчал Легендарный.

— Я верю в их удачу, — ответила Стихия.

Едва только Бирюза узнала, что Главный силовик вновь появился на базе, она тут же отправилась «устраивать митинг недовольных», пока кровь в её жилах бурлила негодованием. Дочь Ликвидатора без предупреждения ворвалась в кабинет начальства, с порога выразив своё возмущение:

— До каких пор я буду сидеть на базе, и почему мне поменяли график работ?

Шелест невольно замер, уставившись на разозлённую самку. Он не ожидал её столь внезапного вторжения, из-за чего оказался застигнут врасплох. Однако голос его звучал с привычной невозмутимостью.

— Расписание у арбитров не предусматривает их личные желания. Графики составляются в соответствии с текущей обстановкой.

Яутжа неторопливо приблизился к самке, и Бирюза явственно ощутила усиление его властной ауры, которой буквально жаждала подчиниться вся её сущность. Она уже жалела о своей импульсивности, но отступать было поздно. Её возбуждённое состояние, как инфекция, постепенно заражало Арбитра, дурманя разум сладким туманом. В гневе Бирюза выглядела такой соблазнительной, а её взволнованность заставляла опытного искусителя терять собственное равновесие, окунаясь в так хорошо знакомую ему прелюдию сближения. Всё сильнее возникало навязчивое желание подольше находится рядом с самочкой, чувствовать её настроение, вдыхать ошеломительные ноты нежного запаха, который становился всё явственнее, подогретый её разгорячённой кровью. Хотелось одновременно её успокоить и взволновать ещё больше, чтоб с головой погрузиться в эйфорию её шарма такого пленительного и завораживающего.

Помимо воли Шелест медленно пропустил через носовые щели аромат Бирюзы. Раздвоенный кончик змеиного языка неприметно скользнул между жвал яутжа, поймав лёгкие ноты феромонов самочки, и как гурман их с наслаждением просмаковал. Сознание взбудоражил мощный гормональный всплеск, трепетным потоком пробежав по жилам. Шелест на секунду прикрыл глаза, прислушиваясь к своему внутреннему состоянию. Чешуйки его шкуры слегка всколыхнулись, реагируя на сладостный раздражитель. Бирюза ощутила растущее в пространстве напряжение, как будто воздух наполнился статическим электричеством приближавшейся грозы.